Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
У маглов есть почта, вспомнила Дафна. Люди вместо сов. Наверное, ужасно унизительно.
— Передняя дверь открывается для членов семьи. Просто берете и открываете. Замок распознает Блэков. Думаю, вас тоже.
— Я туда не пойду, — сказала Дафна.
Это же магловская территория.
— В случае опасности я могу усилить защиту. На максимуме никто не войдет и не выйдет. Раньше дом был под Фиделиусом. Знаете, что это?
— Читала в истории первой войны.
Поттер вздохнул.
— Откуда вы вообще столько знаете о доме? — спросила Дафна.
— Из семейного гримуара. Вы, наверное, сможете читать его и не умереть. Там написано, как усиливать защиту. А... и вот это точно семейная магия.
— Что именно?
— Эм... След. Которым Министерство отслеживает детскую магию. В доме он не работает. И еще несколько министерских следящих эскриффелей тоже.
Мозг Дафны запнулся. Чары, блокирующие След над поместьем, не были чем-то неслыханным. Драко тихо хвастался, что у Малфоев такие есть, и некоторые другие семьи тоже ими пользовались. Но... Поттер вообще ЗНАЛ, что такое эскриффель. Откуда квиддичист знает настолько экзотическую разновидность прорицательной магии?
— Какие... эскриффели?
— Это семейная магия. Говорить о ней нельзя.
И вдруг комната словно сдавила Дафну. Воздух стал густым, тяжелым, невозможно вдохнуть. Магия семьи Блэк была здесь, ощутимая, будто свинец залили прямо в горло.
— Внутри дома не работают эскриффели, которые фиксируют три Непростительных проклятия, — сказал Поттер. — Это один из темных секретов Блэков. Еще есть щит над каким-то отвратительным проклятием для инферналов, но это сейчас неважно.
— О. Непростительные. Как... весело.
Давление исчезло.
— В общем, если что-то случится: стены — хорошая защита. Снаружи аппарируете. И еще домовики.
— Домовики?
— Кр... наш, — поправился Поттер. — Он может перемещаться внутрь и наружу. Не зовите сюда домовиков вашей семьи. Они войдут, но выйти сами не смогут, и им это не понравится. Если опасность — зовите его и велите перенести вас в безопасное место. Мало кто помнит блокировать аппарацию домовиков. Мне это пару раз жизнь спасало.
— О.
Полезный совет по безопасности, решила Дафна. Никогда не звать Глинкит.
— И чтобы окончательно показать, насколько Блэки были параноидальными ублюдками: на максимальной защите даже домовики вроде Кр... нашего не смогут войти или выйти. Если все снова покатится в бездну, я наложу на дом Фиделиус. Тогда его вообще никто не найдет, а передняя дверь выдержит осадные проклятия. Неплохая крепость.
— Осадные проклятия? — недоверчиво переспросила Дафна.
— Да. Правда, чтобы запустить защиту, понадобится немного крови.
Он совершенно буднично упомянул магию крови.
Дафна деревянно кивнула. Понятно. Если нужно удержать дверь, просто истеки на ней кровью. Совершенно не жутко.
— А, раз уж вспомнил: в библиотеке есть пара гримуаров с кровяными замками. Я не рискую на них кровью — я не Блэк по крови. Так что вы тоже лучше не пытайтесь открыть.
— Какие именно? — спросила Дафна исключительно ради ясности.
— Два, обмотанные цепями и прикованные к полке. Они кусаются, если трогать. До вашего приезда я звал Билла и Флер посмотреть. Они решили, что снимать проклятия не стоит. Тедди сможет открыть, когда станет старше.
Поттер задумался.
— Лет в сто, наверное.
— Вы приглашали Билла и Флер проверить проклятые книги?
— Я приглашал их проверить, не врет ли семейный гримуар про защиты дома. И они помогли снять проклятие с напольных часов. Раньше те каждый час стреляли в людей арбалетными болтами. Идиотская штука, которая даже время показывает плохо.
Дафна невольно склонила голову. Поттер был... чертовски хорош в Защите от Темных искусств.
— Вы проверили, — сказала она.
— Доверять нужно людям, а не заплесневелым старым книгам.
И только что продемонстрировал запасы интеллекта, которые обычно прекрасно скрывает.
А еще у него была совершенно нелепая магическая мощь. Дафна помнила. И Патронус.
— Можете... эм...
Начав, она тут же поняла, как глупо звучит.
— Что? — Поттер поднял брови. Наверняка сарказм.
— Вызвать Патронуса. От него становится лучше. А дом воняет, и слабый запах мускатного ореха приятнее гнили.
Поттер уставился на нее, ничего не понимая. Потом уголки губ поднялись, он улыбнулся... и внезапно захихикал.
— Что смешного? Я прочитала все, что нашла про Патронусов, и нигде не написано, что они должны иметь вкус!
Дафна уже подозревала, что он издевается.
— Это... случайность, — сказал Поттер и почти захохотал.
Он сошел с ума.
Наконец Поттер успокоился, пробормотал: «Надо проверить на Роне и Гермионе» — и вызвал Патронуса.
Запах гнили не исчез. Значит, гнило что-то совершенно реальное, а не темная магия. Но когда Дафна коснулась серебряного оленя, снова пришли покалывание, безопасность и... вот он, слабый вкус мускатного ореха и корицы.
— Мускатный орех и корица. Но только когда касаюсь.
Поттер кивнул.
— Любопытно. Придется провести эксперимент на друзьях.
Он ухмыльнулся.
— Запах гнили Патронус не убирает.
— Это не освежитель воздуха, — сухо ответил Поттер. — Иначе я бы был очень востребован у ремонтников.
— Значит, что-то здесь действительно гниет. В остальном уборщики справились. Но мне нужно все переоформить.
— Я прошу только об одном: поменьше жутких ламп.
С этим Дафна была полностью согласна. Какому безумцу хочется, чтобы у змеиных настенных светильников были латунные ногти? Слизеринская гордость — одно, но Блэки были ненормальными.
— — —
Из-за разницы в возрасте договор Астории вступил в силу всего через несколько месяцев после свадьбы Дафны с Поттером... с Блэком.
С помощью папы и отца Трейси, который занимался юридической частью, Астория заполнила необходимые бумаги и официально стала миссис Малфой. Поскольку Драко находился в тюрьме, она получила доступ к счетам Малфоев и первый же день просидела с папой. Выяснилось, что за три месяца без управления их предприятия заметно пострадали.
За ужином Дафна сказала Поттеру:
— Дела Малфоев немного просели. Три месяца ими никто не занимался.
Поттер странно на нее посмотрел.
— Сочувствую.
Только уже лежа в постели, Дафна поняла, что это