Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
Лонгботтом продолжал. В детстве он, помнится, вообще не отличался разговорчивостью.
— Сириус был невиновным человеком в бегах. И Гарри, очень по-сириусовски, тоже оказался в бегах. К счастью для нас, его бег закончился там же, где все началось, — в Хогвартсе. Гарри спас нас. Теперь он женат на Дафне, и я надеюсь, она спасет всех нас от его любви к приключениям и сумеет удержать его в нынешнем, гораздо лучше ухоженном состоянии. Сама Дафна бегать не любит. Она для этого слишком тонкая натура. Зато танцует намного лучше, и, кажется, это начинает передаваться Гарри.
Невилл поднял бокал.
— За Блэков! Пусть «Просто и гладко» никогда не заканчивается в их шкафу.
— За Блэков! — повторили гости.
Дафна испытала скучающее отчаяние от банальности происходящего.
— И лично от себя, кузина, хочу пожелать, чтобы Гарри когда-нибудь прокатил вас на своей метле. Я годами слушал, какая потрясающая штука «Молния».
Лонгботтом сел. Дафне отчаянно захотелось проклясть его за намек, будто она будет... с метлой Поттера.
Гарри нахмурился на Невилла. Дафна вздохнула. Бритые обезьяны.
— Гарри. Теперь вы, — прямо сказала она.
Поттер поднялся, достал из мантии заготовленную речь, взглянул на нее... и решил говорить от себя.
— Вообще-то у меня была очень красивая речь. Но вместо нее скажу проще. Познакомьтесь: моя жена, Дафна Блэк. Она — мозг семейства Блэк. А я, как вам всем известно, школьный недоучка на пенсии с двумя фамилиями. Жаль, что крестный сегодня не здесь. Он бы мной гордился и наверняка заявил, что я никак не мог самостоятельно заполучить жену настолько красивую, образованную и утонченную, как Дафна. Но вот я здесь. Женат.
Дафна замерла. Поттер одновременно сказал ей комплимент — чего почти никогда не делал — и умудрился раздражать самим существованием.
— Семья у меня небольшая, — продолжал он. — Но хочу обратить внимание: вон там, рядом с моей тетей Андромедой Тонкс, урожденной Блэк, сидит мой крестник Эдвард Римус Люпин, наследник Блэк. Если будете смотреть достаточно долго, увидите, как его волосы меняют цвет. Он Блэк и метаморфомаг — как его мать и еще один-два Блэка на столетие, если верить семейным историям. Вот, собственно, и все. Тетя Нарцисса недавно сменила карьеру на «заключенную», потому что выбрала неправильную сторону войны. Нас немного, но мы — Блэки, и никуда не денемся. Ну, за исключением Дафны. Ей, возможно, еще придется съездить в Париж за покупками.
Гости вежливо засмеялись. Дафна нахмурилась. Поттер специально посмотрел на нее в ожидании этой реакции.
Он ЗНАЛ, что раздражает меня. И делал это НАРОЧНО.
— Я уже наговорил глупостей и слегка раздосадовал жену, поэтому перед тем, как передать слово моему тестю Сайрусу Гринграссу, скажу последнее. Роксана, это была не моя вина. Сайрус сам заставил.
Поттер сел с ухмылкой. Дафна скрестила руки. Он тоже получит носки на день рождения.
Папа поднялся, задумчиво глядя на карточки.
— Гарри, после такого представления мне придется немного переработать свою речь прямо на ходу.
Он отбросил несколько карточек на стол.
— Дафна, как знают все, кто знаком со мной, моя старшая дочь и весьма способная помощница. Я теряю бесплатную помощницу, а Гарри ее приобретает. И, после того как я расспросил Гарри о его финансах, могу сказать: моя дочь будет очень занята.
По залу прошли смешки.
Папа сделал паузу.
— Гарри, как всем известно, храбр, очень силен в магии и довольно хорош в квиддиче. Жаль, что попал в Гриффиндор. Слизерину не помешал бы приличный ловец.
Гости рассмеялись. Папина речь, пожалуй, не так ужасна.
— За последние месяцы я также выяснил, что Гарри — новатор в танцах. Как только он начал учить не танцевальные шаги, а квиддичные схемы, уровень неодобрения Дафны его танцевальными талантами упал до исторического минимума. Как справедливо заметила сама Дафна: если ты настолько хорош на метле, как вообще можно так плохо танцевать? Кажется, первый эксперимент заключался в том, что Гарри провез Дафну через зал «вуллонгонгским шимми». Она впечатлилась. Не сильно. Но сам факт впечатления уже был достижением.
Дафна вспомнила, как двигалась задом наперед, а Поттер неудержимо толкал их через зал, словно Хогвартс-экспресс. Идиотская квиддичная бритая обезьяна.
Раздались новые смешки. Грейнджер вдруг начала что-то писать на салфетке.
Она же не... о Мерлин, да. Она записывает, чтобы потом дрессировать своего Уизли. Еще один гриффиндорский квиддичист. Еще одна бритая обезьяна.
Папа отбросил еще несколько карточек.
— Кстати, бар оплачивает Гарри, так что не сдерживайтесь. На свадьбах часто говорят, что не теряют дочь, а приобретают сына. Я повторять этого не стану. Гарри Блэк забирает мою старшую дочь и передает ей огромное количество семейных дел. Надеюсь, он позволит Дафне заниматься ими так хорошо, как она умеет, потому что моя дочь в этом действительно очень хороша, а Гарри совершенно неинтересно.
Папа посмотрел на Поттера.
— Надеюсь, Гарри простит меня за историю, которую он сам рассказал. В одиннадцать лет Гарри выходил на свой первый квиддичный матч. Капитан Оливер Вуд — сейчас он играет за «Паддлмир Юнайтед» — сказал ему: «Выйди и поймай снитч или умри, пытаясь». Гарри, будучи Гарри, воспринял Вуда буквально и в итоге поймал снитч ртом, одновременно врезавшись в землю. Оставил в поле довольно приличную борозду.
Гости засмеялись.
— Мы с Гарри однажды провели вечер за историями и вопросами. И одна из вещей, которые он тогда сказал: теперь он хочет просто сидеть очень тихо. У Гарри была совершенно невероятная жизнь. Надеюсь, теперь, когда Дафна будет делать то, что Гарри неинтересно, он действительно сможет немного посидеть очень тихо. Он это заслужил. И Гарри... спасибо, что женился на Дафне.
Дафна удивилась. Папа вообще ничего не рассказывал о той позорной пьяной ночи.
Раздались мягкие аплодисменты. Поттер посмотрел на папу, который выглядел очень довольным собой.
— Вы правда сказали это моему отцу? — тихо спросила Дафна, когда гости снова начали разговаривать.
— Помимо прочего, — ответил Поттер.
В его голосе появилась тихая, едва ощутимая угроза.
После десерта — без паточного пирога, Поттер может купить себе его в магазине — Дафна