Фактор Рояля - Алексей Леонидович Самылов

Артур, намочив тряпку обеззараживающим раствором, нагнулся и принялся вытирать низ тела пациентки.

— Хотя бы… дитя… — еле слышно простонала роженица.

— Какой хотя бы? — уверенно ответил ей Артур. — Тут два целителя. Никто сегодня не умрёт. Так. Усиливаю?

— Ага, — кивнула Дана. — У неё сил не хватит, посмотри, какая худая.

— Понял, — Артур принялся натягивать перчатки.

Потом он склонился над пациенткой.

— Ой! — раздался уже вполне уверенный голос роженицы.

— Я же говорил, — усмехнулся Артур. — Вы в надёжных руках.

— Начинаем тужиться! — скомандовала Дана.

— Эй, дядя! Туда нельзя! — раздался мальчишеский звонкий голос снаружи.

— Я отец! — в ответ совсем молодой голос.

Полный истеричного страха.

— Нельзя туда! — крикнул снова Юрай.

Потом звук удара.

— Понятно, почему Танатрия с тобой ходит, — констатировала Дана.

— Всякое бывает. Ну, начали.

* * *

Танатрия покосилась в сторону хижины. Просто оттуда донёсся детский крик-плач. Эри хмыкнула.

— Командир! Выходит, получилось, да? — воскликнул Юрай.

Пацан прям переживал.

— Сам слышишь, — ответила эри.

— Хорошо! — просиял паренёк.

Сидящий на земле перед эри совсем молодой парень, ещё борода толком не пробилась, дёрнулся. Но ломиться уже не рисковал. Только с тоской глядел на проём. В хижине горел свет найтрума.

Вскоре из хижины вышла Дана. С ребёнком на руках. Ребятёнок прям заливался плачем. Танатрия кивнула парню. Тот подскочил, подлетел к Дане… И, мужики. На ребёнка, конечно, парень посмотрел. Но больше пытался в хижину глянуть.

— Жива, — произнесла Дана. — Только слаба сейчас.

— Ох!

— Эй, папаша, — заговорила Танатрия. — Иди-ка сюда. По оплате поговорить надо.

Дело в том, что эти двое жили на отшибе. А приехали сюда из Астерии. Беглецы, фактически.

Парень подошёл.

— Госпожа…

И замолк, когда ему под нос сунули кулак в боевой перчатке. Которая вот только что ему прилетела в лоб.

— Господа в Астерии, понял? — внушительно произнесла Танатрия. — Асене, называй. Это «старшая» у эри.

— Понял, асене.

— Итак. Понятно, что денег у вас нет.

— Я могу рыбой там, овощами…

— Какими? Ты же сам на подёнщине. И жрать вы потом, что будете? У тебя жена на руках с ребёнком. А впереди зима и здесь не Астерия. Вы вообще, чем думали? Ты дрова, уголь — на что покупать будешь?

Парень склонил голову.

— Я думал в карьер податься.

— Ага, а баба с ребёнком одна дома мыкаться будет? Впроголодь? — Танатрия покачала головой.

Из хижины вышел Артур. С руками в крови (не по локоть, слегка). Жестом подозвал Юрая. Тот, кстати, стоял не один. Тут ещё был пацан… как его, из рыбаков. Фоб. Собственно, это он заметил, как девушка упала, а потом еле до хижины добралась.

Артур сделал жест наставнице, показывая, что у ребёнка есть дар. Постучал по груди и сжал, разжал кулак. Танатрия кивнула.

— Ну? — произнесла она, обращаясь к собеседнику. — Ещё есть планы?

— Нет, асене, — признался парень, опустив плечи. — Думал… Справлюсь. Но не выходит.

— Ребёнка делать, ты справился, — наставительно произнесла Танатрия. — И тож, дело-то нехитрое, да? А может ты хотел, чтобы померли твои?

Парень вскинулся, взглядом сверкнул.

— Ну, а что мне ещё думать? — придавила Танатрия. — Живёте, считай, почти на воздухе. Если бы не наши целители, твоя жена бы уже отошла, вместе с ребёнком. Ты как, голову-то включать планировал, или как выйдет?

— Я… люблю её… — тихо произнёс парень, опустив голову. — Если бы…

— Отличный план, — поняла Танатрия, что имел в виду собеседник. — Так зачем сюда ехали? По пути бы в море прыгали и всё. Красиво. Ушли втроём. И мучиться не нужно. Работать.

— Я готов работать! И работаю!

Эри хмыкнула.

— Ну, а делать ты, что умеешь? Руками? Ты хоть понимаешь, сколько это всё стоило? Что тебе жизни не хватит, чтобы расплатиться?

— Вам нужна моя жизнь? — а вот сейчас парень спросил удивительно спокойно. — Нужна приманка, да?

— Парень. Я про умения тогда, зачем спросила?

Собеседник Танатрии смутился.

— Голову уже включай. Это в жизни помогает. Так что умеешь?

— Я… ну, у себя. Семья у меня кожемяки. Это умею.

— Ну, вот.

— Только тут свои есть, не нужны чужие.

— Разберёмся. Слушай сюда…

* * *

Интерлюдия. Кмея и Брок

— Брок, — слабым голосом позвала Кмея.

— Да, — парень сидел у очага.

А девушка лежала вместе с ребёнком на лежанке. Лежанка была сооружена прямо на земляном полу, но и это для них роскошь.

Младенец спал, закутанный в чистый отрез ткани. Тоже, кстати, выданный целителями.

— Как мы… дальше? Это же… Такие целители — это же, наверное…

— Кмея. На тебе наш сын. Думай о нём. Тебе нужно хорошо кушать, чтобы выкормить.

— Но, Брок…

— Кмея, — строго ответил парень. — Как окрепнешь, мы в другое место уйдём.

— Куда? — испуганно спросила Кмея, приподнявшись на руке.

— Тут деревня есть. Недалеко. Там ферма. Эти целители — они же из команды. Вот, при их ферме жить будем.

Кмея несколько мгновений смотрела на мужа. Потом вздохнула.

— Ну, наверное, это… лучше.

— Не хуже, по крайней мере, — ответил Брок. — Там хоть вместе жить будем.

— Но это выходит… Они купили нас?

— Выходит, так, — нахмурил брови Брок. — Но хотя бы еда будет, Кмея. И мне работу обещали. Такую же, как дома. И, вообще-то, им наш сын нужен.

— Зачем? — вот теперь в голосе Кмеи прозвучал настоящий ужас.

— Одарённый он. Теперь понимаешь их интерес?

— Одарённый… Брок…

— Кмея! Зато он будет здоровым! Или ты ему хочешь такой же судьбы, как наша⁈

— Нет, — еле слышно ответила девушка.

Но по её щекам катились слёзы…

* * *

Следующий день

Разумеется, на тренировку они были экипированы, как в бой. В андоне же придётся бегать во всей сбруе, так что странно было бы и сейчас бегать налегке. Впрочем, некоторое послабление Танатрия допустила. Рюкзаков не было. Но что-то подсказывало Артуру, что далее наставница не только рюкзаки скажет надевать, но и что-нибудь тяжёлое в них положить. Принцип увеличения нагрузки. Или: «Тяжело сейчас, жив