Жажда бессмертия. Том 8 - Морфиус

А противник тем временем даже не обернулся в мою сторону, подвесив посох в воздухе и медленно, даже лениво, начав стаскивать свой халат, обнажая худой, исчерченный сотнями шрамов торс, изуродованный десятками цепей, колючих, впивающихся в кожу и, такое ощущение, продетых прямо сквозь его внутренности и грудную клетку. Как вообще можно было двигаться и жить с этим?

Земляне начали двигаться обратно. Но медленно. Пока слишком медленно. Они, наверняка, пока не поняли всего. Не поняли, что и я, находящийся тут, не решу эту проблему!

— Вам не нужно никуда лететь. Мы можем решить все и сейчас. Со мной. Главой отделения… — Проорал он, смотря в сторону фигур на мечах. И его голос, каждое слово, прорезали тело болью. Невероятно… Он что, собирается вступить в бой со всеми нами? Или он реально может убить всех нас? Раз уж даже ко мне он не поворачивается, считая не больше чем букашкой? Ударить первым? Рывок и меч душ. Этого хватит, чтобы его убить. Конечно, если я смогу достать до тела. Вот только учитывая его скорость, это закончится лишь моей смертью.

А фанатик тем временем воздел руки к небу, словно бы вознося молитву, и медленно повернулся ко мне, застывшем в просветлении и перебирающим варианты.

— Присоединишься к битве? — С этими словами он подхватил посох, совершая замах, от которого меня пробрало новой волной страдания. А его лицо, ранее казавшееся воплощением спокойствия, теперь выражало неописуемую смесь страдания и предвкушения. Это предложение выйти против него или вместе с ним? Впрочем, это было неважно.

— Нет… — Все, что я сказал, осознавая что, если уж мне дают выбор, то мне вообще будет лучше отойти подальше, как бы это ни звучало. Помогать землянам я не собирался, уже осознавая к чему это может привести. Вот только там была и Нелл…

Место действия: Паутина миров

Время действия: 13 июля 2060 года

Тишина… Эта гнетущая тишина вызывала больше паники, чем нескончаемый рев тварей. Ведь тогда все было просто и понятно. Сейчас же, глядя вслед удаляющемуся монстру, я даже не знал, что делать. Оставалось только смотреть. Смотреть как то ли старик, то ли юноша, посвятивший весь свой путь постижению Боли, не спеша идет навстречу зависшей в воздухе семерке практиков, намереваясь вступить с ними в бой. При этом подтанцовывая и даже кружась в каком-то странном танце, рождающемся словно из… Из стихии… Для кого-то эти движения могли показаться глупыми, детскими, безумными… как будто дурачок захотел изобразить балет… Вот только я вдруг начал видеть во всем этом то же самое, чего требовал от меня мой звук. Я вдруг осознал всю ту глубину, простоту и естественность, что ужасала. Я и сам до конца не мог понять всех своих мыслей. Даже под просветлением казалось, что я не вижу всего и не понимаю ничего. Но что-то в этом адепте заставляло меня преисполниться восхищением и одновременно ужасом, вне зависимости от того, что произойдет дальше.

— Что за дерьмище? — Сбоку и сверху донесся недовольный голос, и я чуть обернувшись глянул на Ихсана. Халифатец в уже пылающем силой доспехе застыл на мече рядом, глядя на эту картину. Видимо, быстро прилетел на вспышку силы. Но я ничего не ответил.

— Почему ты дал ему убить их? — Новый вопрос, и теперь на меня наваливается давление концепта меча.

— Он был в своем праве… — Сухо произнес я, не особо заботясь о том, что обо мне подумают.

— М… — Халифатец хмыкнул, а его аура лишь уплотнилась, заиграв отсветами, как будто он был недоволен, но в то же время в раздумьях.

— Может быть. Но ты хочешь встать на сторону врагов? — Смесь ярости, неприязни, осуждения. Он может и считал так же, как и я, что убивать посла это плохо. Но не проникся идеей справедливости так же, как и я.

— Ламех тебя убьет… Лучше улетай. — Не дождавшись ответа, процедил он. А я вдруг понял, что он прав. Но халифатец не стал ничего больше говорить, рванув вперед. Видимо, он тоже планировал атаковать противника. Однако его остановил уже я.

— Если не умрет Ламех. — Слова вырвались сами собой.

— Чего? Чего? — Мечник забуксовал по воздуху, тормозя. А в его вопросе смешалась глубочайшая ирония и удивление. Но я не стал ему ничего говорить, переведя взгляд на адепта боли, что, казалось, никуда не спешил, продолжая свой танец и идя неспешным шагом в сторону четверки. Почему-то мне показалось важным увидеть все это до последней детали. Увидеть бой того, кто познал стихию куда лучше меня. И лучше Ламеха, наверное… Ведь те ощущения боли, которыми меня пробрало…

— Он настолько силен? — Новый вопрос халифатца я тоже проигнорировал, продолжая наблюдать и взлетая на десяток метров, чтобы лучше увидеть то, что грянет совсем скоро.

Первым не выдержала Лиань. Она соскользнула с меча, пролетев вниз метров сто и без паузы устремившись к противнику, выбивая ногами груды земли. А я даже задержал дыхание, наблюдая, как реинкарнировавший монстр в детском искалеченном теле бросается в бой на адепта боли. Существо этапа тела ци и существо этапа ядра. Исход был предрешен?

Хлопок! - Силуэт объятый кровавым сиянием взрывается. Я с трудом вижу ее удар небольшой ручкой, разогнанной до чудовищной скорости. А потом и все ее тело исчезает во вспышке удара. Сверхзвук. Но красная ударная волна встречается с той самой, почти прозрачной. И два взрыва сливаются в один. А сквозь тело проносится волна чужих концептов, заставляя ощутить страдания.

— О Небеса… — Охает Ихсан, когда его меч проседает на ладонь, даже на таком расстоянии. А я понимаю, что концепт крови и всего того, что намешано в силе Лиань меркнет на фоне Боли и всего прочего, вложенного в удар Гаем. Сильная звезда может убить мусорного ядровика. А сможет ли ядро убить мастера?

Через мгновение ударные волны рассеиваются, позволяя увидеть две фигурки. И маленькая, кровавая, несется вперед, с