Личная юрэй первого принца. Том 2 - Селина Катрин

— Она не согласится.

— Так подари ей что-нибудь ценное, согласится.

— Нет. — Катэль снова мотнул головой. — Ты не понимаешь. Ей ничего не надо.

Что-то подсказывало дракону, что даже будь у Юли тело, она бы не согласилась выйти замуж из-за подарка. Не тот склад характера. Возможно, эта деталь в ней его и подкупила окончательно.

— Совсем ничего?

— Совсем.

— И вправду удивительная женщина, — протянул Рэйден, с изумлением разглядывая старшего брата. — Впрочем, Лера тоже не принимала подарки.

Истинная или нет, но только сейчас по тому, как Катэль куда-то мысленно провалился, думая о загадочной барышне, он понял, что девушка эта особенная. Как минимум для его брата. Рэй долго молчал, разглядывая лепестки нежно-лиловой глицинии, что покачивались на ветру. Потом негромко произнёс:

— Мне сложно дать тебе совет, брат. Но прежде, чем сделать девушку наложницей, второй женой или служанкой, реши сначала, кем она тебе нужна. Сердце знает раньше головы. Просто голова обычно громче кричит, и за её криком не слышно сердца.

Катэль собирался спросить что-то ещё, но острый драконий слух уловил шорох гравия. От Харакуна по широкой дорожке к ним шла Лорен-Валерия с подносом, заставленным всевозможными блюдами и пиалами, а за ней ещё и двое слуг. Редко, когда хозяева так рады гостям, что сами прислуживают.

Стоило жене брата подойти ближе, как первый принц разглядел очень необычное сочетание продуктов.

— Яичница с жареными огурцами? — шёпотом спросил он, думая, что глаза его обманывают.

— Коронное блюдо Леры, не смей отказываться, — со смешком так же тихо ответил Рэйден.

[1] Тории — красные ритуальные П-образные ворота, выполняют роль религиозного турникета: прошёл — и ты в священной зоне. В мире «Очень Тёплая Азия» тории служат защитой от злых духов. ↑

[2] История Лорен и Рэйдена рассказана в книге «Солнечное сердце». ↑

Юля

Если кто-нибудь когда-нибудь спросит меня, как лучше всего провести ночь после того, как окончательно поссоришься с семисотлетним драконом, я отвечу честно: рыдать на пляже в обнимку с рыжим котом, который складывает у тебя в ногах горку местных карасей. Очень рекомендую. Прекрасно очищает, проветривает и отрезвляет.

К утру у меня внутри образовалось то, что бабушка называла «ёкарный бабай». Не уныние, не разочарование, не разбитое сердце, а вот именно этот хозяйственный, упрямый бабай, который говорит: «А ну-ка, Юленька, встала и пошла. Делов невпроворот. Нечего разлёживаться!»

Я смотрела, как мутно-золотое солнце поднимается из-за моря в кисее утреннего тумана, и понимала с какой-то новой, отчётливой ясностью: нечего из-за мужчин рыдать. Даже если этот мужчина — первый принц Огненного Архипелага. Даже если он золотой дракон, без пяти минут император и в придачу красавчик с вишнёвыми волосами. Даже если он, гад чешуйчатый, не оценил мои новоприобретённые духовые навыки и приревновал к собственному телохранителю.

Я у себя одна. А Катэль… Да ядрёна кочерыжка, он мне ничего не обещал! Не признавался в чувствах! Как меня вообще так угораздило-то себе всякого навоображать, а? Не дело это — страдать по тому, кто не заслуживает, лучше собой заняться.

— Мандарин, — сообщила я коту, который провёл у моих ног всю ночь, — у нас сегодня намечается плодотворный день.

Кот в ответ мяукнул с интонацией: «У тебя план, а у меня — завтрак. Подкармливай и излагай».

Первым делом я повторила иероглифы с последнего занятия с сенсеем Тадаси. Следующим в моём расписании значился Икари-сан. Я нашла его в одной из боковых галерей, он сосредоточенно проверял порядок несения караула, тихо что-то выговаривая одному из младших стражников с логотипом… тьфу, родовым гербом в виде лилии. Тот стражник кривил лицо и всячески невербально показывал, что Левое Крыло первого принца ему не указ у него свой господин имеется, который всё одобрил. М-да, тяжело Икари с новой стражей приходится…

Я дождалась, пока Икари его отпустит, и дунула на ближайшую лампадку.

Левое Крыло мгновенно повернулся, кивнул с непроницаемым лицом и направился в соседний уединённый кабинет. Закрыл двери, достал из мешочка ароматическую палочку, поджёг.

— Госпожа Юлия. Чем могу служить?

Ух ты, умничка какой! Сразу понял, что мне нужна его помощь. Я воодушевлённо подышала на дым и сообразила, что попросить «увеличьте частоту и продолжительность уроков с сенсеем Тадаси» при помощи благовоний — задачка не из лёгких.

Я увела дым в сторону помещения, где занималась леди Юрико, и Икари долго гадал, что это значит. Он смотрел на мои манипуляции с дымом с видом человека, который решает в уме арифметическую задачу.

— Спальня не там. Кухня? Галерея? Крыша? Музейный зал? — перечислял Левое Крыло, пытаясь меня понять.

Он догадался:

— Учебная комната?

— Да!

— Госпожа Юлия желает изменить расписание уроков с сенсеем Тадаси? — произнёс он.

— Да.

— Отменить всё?

— Нет, ни в коем случае!

— Увеличить количество занятий?

— Да.

— Поставить два раза в седмицу?

Я завила дым колечками, показывая неопределённость.

— Три раза? Четыре? — терпеливо уточнял Икари-сан, пока не выдал желаемое: — Ежедневно подойдёт?

— Да!

К чести Икари-сана, за все полчаса, что я доносила мысль, они ни разу не повысил голос и не ругался, что меня невозможно понять. Лишь галантно переспросил, правильно ли всё понял.

— Будет исполнено, госпожа Юлия. Я лично передам ваше пожелание сенсею Тадаси и распоряжусь, чтобы вам выделяли дополнительное время.

«Спасибо», — благодарно выдохнула я в дым.

Видел бы меня сейчас бывший начальник. Он бы прослезился от гордости. «Юля научилась делегировать вопросы через помощника на иностранном языке без устной речи». Вот это гибкие навыки коммуникации!

После общения с Икари-саном я нашла пустующую гостевую комнату на третьем этаже (неиспользуемых комнат во дворце вообще было, на мой взгляд, многовато, но они всегда стояли в полном порядке) и принялась тренировать свои магические таланты. Я твёрдо решила, что нечего им пылиться. Первое — переодевание и преобразование собственного тела — давалось уже не так сложно, как поначалу, и служило разминкой. Второе — игра с дымом — давалось значительно сложнее, но и потенциал у навыка был огромным.

Вечер я посвятила тому, что давно откладывала