Золото Блубёрда - Девни Перри

Каси

Из рации в моем грузовике послышался треск помех, прежде чем из динамика донесся голос Чака.

— Каси Рэйнс, меня слышно?

Я вздохнул и, сняв микрофон с подставки, нажал на кнопку, поднеся его ко рту.

— Да, слышно. Прием.

— У нас проблема на Каттерс-Лэйк. Я послал Ларри, но он только что позвонил. Нужна помощь. Прием.

— Черт возьми, — пробормотал я, отключив рацию. Почему мои помощники могли справиться со всем, что происходило в течение недели, но в воскресенье вечером им требовалась моя помощь?

Я поднес микрофон ко рту.

— В чем проблема? Прием.

— Звонила леди и сказала, что вокруг хижины Айка По шнырял какой-то мужчина. Прием.

Ну и что? Хижина была пуста. Насколько я знал, никто не заходил туда с тех пор, как Айк умер несколько месяцев назад. Я сомневался, что внутри было что-то стоящее. Пожаловался кто-то из соседей? Жителям Каттерс-Лэйк не нравилось движение транспорта или посетители на их дороге. Или, может быть, кто-то собирается вломиться в дом, чтобы причинить неприятности? В любом случае, Ларри должен был справиться с этим сам.

— Кто звонил в полицию? Прием. — Я ставил на Сью Энн Холмс. Она была одной из соседок Айка и не понимала, что значит «не лезь не в свое дело».

— Илса. Прием.

— Какая еще Илса? Прием, — спросил я, ожидая услышать фамилию. И не услышал ее.

Это значит, что Чак, который сегодня отвечал на телефонный звонок в участок, не удосужился спросить.

— Говорю тебе в последний раз, Чак. Ты должен спрашивать фамилии. Каждый звонок. Прием.

— Извините, шериф. Прием.

Я вздохнул.

Дерьмо.

На данный момент, самостоятельное выяснение деталей заняло бы меньше времени, чем попытка передать их через Чака.

— Передай Ларри, что я уже в пути. Конец связи.

Пакеты с продуктами на заднем сиденье моего «Бронко» зашуршали, когда я притормозил, чтобы развернуться на Мэйн-стрит. Вот вам и поужинал дома.

Я потянулся к рации, переключая канал, прежде чем снова взять микрофон и позвать маму.

— Вязальные спицы.

Линда Рэйнс любила вязать. Женщина никуда не выходила без спиц, отсюда и название. Ей потребовалась минута, чтобы ответить.

— Вязальные спицы на связи.

— Извини, мам, я опоздаю на ужин. Прием.

— Опять? — Ее разочарование было таким же холодным, как сегодняшняя минусовая температура. Ей надоело, что меня вызывают и в воскресенье вечером. — Ну, ничего нового. Я покормлю Спенсера. Прием.

— Ценю это. Надеюсь, я ненадолго. Конец связи. — Я выключил рацию и нажал на педаль газа, проносясь мимо оставшихся в городе зданий.

Впереди простиралось шоссе, обрамленное высокими вечнозелеными растениями, которое, изгибаясь, проходило через горную долину Далтона. Конечно, этот звонок означал, что мне придется ехать на Каттерс-Лэйк. Боже упаси, это было где-то в городе, где-то поблизости.

— Сукин сын. — Я пообещал Спенсеру, что сегодня вечером у нас будет жареная курица. Что мама проведет с ним вечер в качестве бабушки, а не няни. Мы планировали поиграть в карты, а потом посмотреть телевизор.

Мы со Спенсером хотели посмотреть матч плей-офф. Никто из нас не был заядлым болельщиком «Майами Долфинс», но нам обоим нравилось наблюдать за игрой Дэна Марино. Возможно, если я потороплюсь, то смогу спасти часть вечера. По крайней мере, проведу час или два со своим ребенком.

Но в тот момент, когда я свернул с шоссе, я понял, что поездка будет небыстрой. Узкая дорога, ведущая к Каттерс-Лэйк, была занесена снегом, и я едва мог ехать по обледенелым колеям.

Спешить было некуда, по крайней мере, сегодня.

Мои руки сжимали руль, пока я ехал по дороге, все глубже и глубже углубляясь в лес. Свет моих фар перескакивал с одного ствола дерева на другое. Несколько разросшихся веток ударили по боковым зеркалам «Бронко».

На Каттерс-Лэйк жили не так много людей, еще меньше оставалось на зиму. Большинство домов в этом районе были летними.

Те немногие, кто оставался здесь круглый год, были, ну… затворниками. Люди, которым не нужно было часто приезжать в город. Которым было все равно, что дорога завалена снегом и им придется ждать неделю или две, пока власти округа пришлют грейдер, чтобы расчистить ее.

Кто такая эта

Илса

? Я не знал здесь никого по имени Илса. Но имя… оно было знакомым.

К тому времени, как я добрался до озера, я так и не смог вспомнить где слышал его. Может быть, это родственница Сью Энн? Она всегда рассказывала о своих многочисленных кузенах и кузинах из Айдахо, когда я сталкивался с ней в НАБ (прим. ред.: Независимый Альянс Бакалейщиков — сеть американских продуктовых магазинов, основанная в 1926 году).

Из трубы дома Сью Энн повалил густой дым, когда я увидел ее бревенчатый дом в форме буквы А. Ее круглое лицо было прижато к стеклу в гостиной.

Следующим домом, к которому я поеду, будет дом Роберта Аарона. Казалось, горели все лампы, освещая его дом, как факел.

Через пятьсот ярдов, спрятавшись в зарослях деревьев и примостившись на берегу озера, стояла хижина Айка. Последняя на дороге вдоль Каттерс-Лэйк.

Я ожидал, что будет темно, но из окон лился золотистый свет. Из трубы тянулась струйка дыма. А рядом с двухцветным серебристо-бирюзовым грузовичком «Форд Рейнджер» Айка был припаркован мятно-зеленый «Фольксваген Рэббит».

— Илса. — Я щелкнул пальцами, и вспомнил. Дочь Айка.

Он почти не говорил о ней, по крайней мере, со мной. Последний раз это было много лет назад. Насколько я понял, они не общались. Это был ее выбор, а не его.

Что она здесь делала? Я припарковался рядом с патрульной машиной Ларри, затем потянулся к бардачку, чтобы взять фонарик и пару кожаных перчаток, которые Спенсер подарил мне на Рождество. Надев их, я вышел на улицу как раз вовремя, чтобы услышать женский голос, доносящийся из открытой входной двери домика.

— Вон то окно. Прямо там. — Она указала на стену дома и рявкнула на Ларри. — Он стоял прямо там и пристально смотрел на меня.

— Мэм…

Она зарычала.

— Помощник шерифа, пожалуйста, перестаньте называть меня «мэм» и найдите мерзавца, который шпионит за мной.

Черт.

Сегодня вечером у меня не было сил общаться с разъяренной женщиной.

Я глубоко вздохнул и направился к хижине, оглядываясь по сторонам. Снег был усеян следами ног. Маленькими. И большими.

— Ларри, — сказал я, подходя к нему сзади.

Он резко повернулся, стоя на крыльце, его глаза были широко раскрыты, а живот натягивал молнию на черной куртке полицейского департамента. Когда он заметил меня, его тело обмякло.

— Шериф.

— В чем проблема?