Софи Кинселла - Брачная ночь

– Нет, я сама, – говорю я и вновь завладеваю сумочкой, но Джо уже успела наполовину открыть «молнию». Из сумочки вываливается недоеденная половинка шоколадки, почти допитая мини-бутылочка белого вина (еще одна уступка с моей стороны) и разорванная на несколько частей фотография Ричарда (так ему и надо!).

– Ой, извините! – ахает Джо и бросается собирать обрывки. – Извините, пожалуйста. Я даже не знаю, как это получилось! – Она подносит к глазам один обрывок. – Это, кажется, фотография? Но как она могла порваться?

– Вот ваша шоколадка, – говорит другая девушка, поднимая с пола остатки «Гэлэкси».

– А это, кажется, старая «валентинка». – Ее подруга поднимает с пола обгоревшую половинку глянцевой открытки. – Что это с ней? Такое впечатление, будто ее…

«…Сожгли», – чуть не брякаю я. «Валентинку» от Ричарда я попыталась сжечь в пепельнице, когда сидела в кофейне «Коста» (ну да, я – слабая женщина, но ведь нужно же было чем-то заниматься?), но официантка попросила меня прекратить, пока она не вызвала полицию.

Глаз Ричарда (левый) с укоризной смотрит на меня с обрывка фотографии, и я чувствую, как во мне снова просыпается боль, которую я почти победила. Девушки начинают многозначительно переглядываться, а я никак не могу придумать подходящую ложь, которая позволила бы мне выйти из этой неловкой ситуации изящно и с юмором. Джо пристально рассматривает мои покрасневшие глаза с лопнувшими капиллярами, потом, видимо, приняв какое-то решение, начинает быстро заталкивать мое имущество обратно в сумочку.

– Короче говоря, – заявляет она, – сейчас мы сделаем так, что вы будете выглядеть просто сказочно, и тогда он поймет… – она подмигивает мне с заговорщическим видом. – В общем, неважно. На это, правда, потребуется некоторое время, но вы ведь не против? Скажите честно – не против?..

Да.

Именно это мне и нужно.

Я не знаю – зачем, но нисколько не сомневаюсь, что именно таким должен быть ответ на вопрос, который я не могу сформулировать. Я сижу в кресле и, закрыв глаза, купаюсь в океане блаженства, пока девушки во главе с Джо трудятся над моим лицом, пуская в ход то кисти, то карандаш, то ватные палочки. Они нанесли на кожу основу, накрутили волосы на бигуди и теперь спорят, какую форму придать моим глазам, но я их почти не слушаю. Мне хорошо. Мне наплевать, что я поздно вернусь на работу. Я отключилась от всего и почти дремлю. Перед моим мысленным взором вихрем проносятся яркие, фантастические образы, причудливые мечты, обрывки мыслей. Время от времени я вспоминаю и о Ричарде, но сразу стараюсь переключиться на что-нибудь другое. Не застревать на прошлом. Двигаться дальше. Сосредоточиться на чем-то новом, интересном, захватывающем. Все будет хорошо. Со мной все будет хорошо, я это знаю. Нужно только последовать своему собственному совету и решительно изменить свою жизнь. Как? Да очень просто. Сделать ремонт в квартире. Заняться боевыми искусствами. Записаться на курс атлетического фитнеса и привести себя в отличную форму. Коротко остричь волосы, накачать бицепсы, как у Хилари Суонк – чем не вариант?

Можно, впрочем, просто сделать пирсинг пупка. Ричард говорил, что терпеть не может, когда женщины прокалывают пупок. Решено, завтра же иду в салон!

Хорошо бы также отправиться путешествовать. И почему раньше я так редко куда-нибудь ездила?

Мои мысли снова возвращаются к Иконосу. Я нисколько не преувеличивала, когда рассказывала девушкам о своих последних каникулах. На острове мне действительно было очень хорошо – во всяком случае, до тех пор, пока не случился тот страшный пожар (после него отдыхать как-то расхотелось, к тому же на Иконос понаехала полиция). Я была молода. Я была очень стройной, почти худой, и носила только собственноручно крашенные шорты и лифчик от бикини. Я вплетала в волосы крупные голубые бусины и ела апельсины, грейпфруты и гранаты, которые срывала прямо с деревьев. И конечно, тогда у меня был Бен – мой первый настоящий бойфренд. Мой первый любовник. Темноволосый, с постоянно прищуренными голубыми глазами и гладкой загорелой кожей, от которой так приятно пахло потом, морской солью и лосьоном «Арамис». Мы с Беном постоянно занимались сексом – как минимум, три раза в день, а то и чаще, – а если мы случайно им не занимались, то мечтали о нем. Это было настоящее безумие. Наваждение. Наркотик. Бен был самым первым парнем, который настолько мне нравился, что я даже хотела…

Стоп. Минуточку.

Бен?..

Я резко открываю глаза, и Джо кричит:

– Что вы делаете?! Не шевелитесь!!

Не может быть, думаю я. Не может быть!..

– Прошу прощения… – Я моргаю, пытаясь сохранить спокойствие. – То есть… Можем мы на секундочку прерваться? Я только что вспомнила: мне нужно сделать один важный звонок.

Джо кивает. Я выуживаю из кармана мобильный телефон и нажимаю кнопку быстрого набора. Ну что за глупости, думаю я, ожидая, пока Кайла ответит. Это не может быть он! Ну конечно – не может.

– Привет, Лотти, – раздается в трубке приветливый голос Кайлы. – Что-то случилось?

С какой стати он стал бы звонить мне после стольких лет, думаю я. Ведь мы расстались пятнадцать лет назад, и с тех пор ни разу не виделись и не перезванивались. Пятнадцать лет… Что же случилось?

– Привет, Кайла, – говорю я в трубку. – Ничего не случилось. Мне просто нужен телефонный номер того парня, который звонил вчера… Бена… – я стараюсь говорить спокойно, словно речь идет о самых обычных вещах. – Кажется, я поняла, кто это может быть…

Интересно, почему я так сильно сжимаю свободную руку, что ногти вонзаются в ладонь, и мне становится больно?

– А-а, одну минуточку… – Кайла диктует мне номер. – А кто это?

– Один старый знакомый, – отвечаю я уклончиво. – Но, может быть, и нет. Я только предполагаю… Он точно не называл своей фамилии?

– Нет. Он сказал – Бен. Просто Бен, и все…

– Ну, ладно. – Я даю отбой и долго смотрю на номер, который я нацарапала на листке блокнота. «Просто Бен», значит?..

Это не тот Бен, говорю я себе решительно. Это просто предприимчивый студиозус, которому ужасно хочется работать в «Блейз фармасьютикл». Или кто-то из университетских профконсультантов, который вообразил, будто мы знакомы настолько хорошо, что я должна помнить его по имени. Или это Бен Джонс, мой сосед, который позвонил мне на работу по какому-то не слишком важному делу… Сколько человек в мире носят имя Бен? Тысячи. Сотни тысяч.

Просто Бен…

В том-то и дело, вдруг понимаю я. Мне вдруг перестает хватать воздуха, и я инстинктивно выпрямляю спину, чтобы выглядеть как можно привлекательнее. Кто из этих миллионов Бенов назвал бы себя «просто Бен», кроме моего первого бойфренда?