Босс из головного офиса - Саша Малевич

Парень громко фыркнул, закатил глаза и прижался щекой к ладони так, словно комфортно лег на нее как на подушку. Я зависла. Убирать руку опасно, оставлять — так он слишком хорошо живет. Вспомнила про свой козырь в рукаве, с силой надавила на щеку, мешая удобно на ней лежать, и процедила:

— Не забывайся, Риверс, я по-прежнему твоя начальница.

Он быстро подался назад, и я пошатнулась из-за резко пропавшей опоры.

— Забудешь, когда ты все время об этом напоминаешь.

Стоило, наверное, уйти подальше от Риверса. Но внутри проснулась любопытная кошка, которая хотела знать, что сделает мышка. Пользуясь моментом, я пробежалась взглядом по помещению, старательно избегая угла, где затаилась Ширли. Уловила на себе несколько взглядов сотрудников, которые отвернулись, стоило оказаться пойманными. Разглядела Филлипса с Роуз — они общались с кем-то из спасателей. Помещение, на самом деле, забилось до отказа. Часы на стене напротив намекали на приближение закрытия курорта, поэтому многие свою работу уже закончили и теперь толпились, празднуя открытие сезона. Только вокруг нас с Кайлом образовалась небольшая зона отчуждения.

— Что ты хочешь за помощь? — голос над ухом вырвал из размышлений. Я, не глядя, щелкнула пальцами и, кажется, попала по губе. По крайней мере, это было что-то мягкое, припухшее. Кайл издал недовольный сип, и стало чуть прохладнее — он перестал горячо дышать в висок.

— Ты неделю будешь самым примерным сотрудником в мире...

— Идет! — согласился он быстрее, чем я договорила.

Я закатила глаза, не особо веря в то, что у Риверса получится, после чего окинула его самым холодным взглядом из своего арсенала и распорядилась:

— Стой рядом и не беси.

Парень ухмыльнулся мартовским котом. Уголки губ поползли вверх, глаза сощурились, а сам он подался вперед, то ли прося потрепать «между ушками», то ли желая цапнуть за нос и удрать, довольным собственной шалостью. Я, на всякий случай, сделала шаг в сторону от него и уперлась плечом в холодную из-за мороза на улице стену.

Вопреки моим опасениям, на этом все закончилось.

Риверс прошел чуть вперед, встал около стола и налил себе новый стаканчик сладкого розового шампанского. По моим наблюдениям его пили только девочки и он.

— Значит, виски, — парень взял пустой стаканчик и потянулся к бутылке с блестящим оранжевым напитком.

— Значит, розовое шампанское, — я изогнула бровь, не понимая, к чему был комментарий про виски.

— Это вкусно! — ощетинился Риверс, протягивая мне наполненный стакан.

— Я не сказала, что это плохо. Просто констатировала факт, — покачала я головой и приняла стакан из рук парня.

Из колонок на надрыве разносился голос Wood'n'rose. Я наблюдала за тем, как Филлипс чуть возвышается над собравшейся вокруг него компанией. Парень в куртке спасателя что-то рассказывал, активно жестикулируя. Роуз смотрела поверх его головы и выглядела максимально безучастной. Почти как Филлипс. С той лишь разницей, что мужчина все же смотрел в глаза собеседнику. Его поза была расслабленной. Черная водолазка плотно обнимала тело, подчеркивая мощный торс и рельеф мышц. Вот на плечо легла небольшая рука Роуз — она поманила пальцем Филлипса, заставляя его ухом склониться к ее губам. Наверное, девушка что-то сказала — с моего места не разглядеть. Но мужчина кивнул, прежде чем выпрямиться и снова обратить свое внимание на разговорчивого спасателя.

— Обычно все ждут, что я буду пить что-то типа виски.

Я вздрогнула, поскольку уже успела забыть про стоящего рядом Риверса. И раздавшийся над ухом голос заставили мобилизоваться все ресурсы организма: от ускоренного сердцебиения до нервной энергии в руках. Не заметив, как подействовал на меня, парень глазами указал на мой стаканчик.

— Ты разве из тех, кого волнует чужое мнение? — я глубоко вздохнула, возвращая себе спокойствие.

— Иногда устаю от навешанных на меня стереотипов, — пожал тот плечами, устремив взгляд в толпу.

Перед моим носом к столу протиснулся Нэйтан, приговаривая «простите, извините», я попятилась, чувствуя дискомфорт от излишней близости к его заднице.

— Например? — уточнила, разглядывая спину главного канатчика.

Он хмыкнул и промолчал. Я перевела взгляд с Нэйтана на Риверса. Его взгляд по-прежнему бродил среди коллег, иногда теряясь в толпе, застревая на ком-то отдельном, но неизменно продолжая блуждать. А ведь он сейчас не там, среди своих друзей и приятелей. Его это, наверное, бесит. Мог тогда просто уйти, раз Ширли не дает ему хорошо проводить время на подобных мероприятиях.

Нэйтан отошел с тремя стаканами, снова оставив нас вдвоем.

— Нам всем люди приписывают собственные ожидания, — я сделала глоток. Виски привычным огнем разлился во рту, покалывая язык и обволакивая нёбо.

— И тебе? — взгляд парня остановился где-то в центре помещения.

— Да, — я попыталась проследить, на кого он смотрит. Где-то в той области нашлись инструкторы, стоящие рядом со спасателями. Следит, чтобы не сильно напивались? Я до сих пор не сделала для себя вывод, насколько Риверс хорош как руководитель.

— И какие же? Что раз ты малявка, то милая и пушистая? — он отвернулся от толпы и ухмыльнулся.

Я вздохнула, перевела взгляд с его правого глаза на левый и обратно, после чего спокойно уточнила:

— Ты хочешь услышать ответ или поругаться?

Губы Риверса дернулись, поджимаясь и расслбляясь обратно. Он опустил взгляд вниз и тут же посмотрел на меня обратно. И только после этого глухо произнес:

— Ответ.

Кажется, алкоголь развязал мне язык. Иначе с чего бы так откровенничать с Риверсом? Хотя, уверена, что и до него доходили слухи, раз уж я знаю про него с Ширли. Любая организация — это муравейник, стоящий на трех китах. Сплетни. Презрение. Секс. И последнее являлось для меня триггером по многим причинам. Виски удивительно быстро закончился в стакане. А Риверс, стоящий рядом, казался неотъемлемой частью моей рабочей жизни.

— Все думают, что должность я получила через постель.

Признание сорвалось с губ легко. А вот последовавшая за ним пауза тяжелым грузом опустилась на плечи. Риверс закусил нижнюю губу в месте пирсинга и отвел глаза. Я негромко хмыкнула. Звук утонул в музыке, хоть звучала она скорее на фоне, не особо перебивая наши голоса.

— Это не