Развод в 45. Твой срок годности истек - Панна Мэра
Сдалась и полностью доверилась Белову. Поверив в то, что он навсегда останется со мной. От безусловной любви, из уважения и преданности.
Какой наивной нужно быть, чтобы в моем-то возрасте верить в безусловную любовь?
Раздается неуверенный стук в дверь.
Может, Ангелина вернулась? Решила извиниться за свою грубость?
Но дверь со скрипом приоткрывается и на пороге появляется домработница.
— Нина Николаевна, ваш муж просит спуститься вниз. Юрист уже пришел и готов обсудить детали развода.
Ну вот и всё. Сейчас я узнаю, какие еще сюрпризы готовит мне Белов.
Неуверенно выхожу из-за стола. Сомневаюсь, что Коля вообще станет что-либо обсуждать со мной. Наверняка ведь уже все решил.
Спустившись вниз, замечаю, что гостиная заметно преобразилась со вчерашнего дня.
Никаких посторонних людей. Или огромной кучи подарков, которые сгромоздили сюда жених с невестой.
Сейчас нас в комнате трое.
Мой муж, его адвокат. И я. Неуверенно приближающаяся к двум акулам.
Белов приоделся.
Белая рубашка, галстук, который надевает на ключевые деловые встречи.
— Нина, сядь, — требует он своим приказным тоном, когда я оказываюсь рядом. — Мы составили договор, который нужно будет подписать.
— Подписать сразу? Я думала, мы только обсуждаем детали.
Адвокат с Беловым загадочно переглядываются.
— Нина Николаевна, от вас нужна только подпись, — юрист моего мужа, как ни в чем не бывало просовывает мне бумаги.
От обиды сложно подобрать правильные слова. Она сдавливает мне горло, заставляет подчиняться тем законам, которые я не выбирала.
— Хочешь, чтобы я подписала это не глядя?
Я знаю своего мужа, если сейчас начну качать права, он надавит и пережмет меня.
Я останусь не просто униженной брошенкой, я останусь брошенкой, у которой отняли все.
— Ваш муж предлагает очень щедрые условия, Нина Николаевна. Вы, конечно, можете прочитать договор, но думаю, что за подписью дело не станется, — подначивает адвокат.
Стараясь скрыть свой страх, я утыкаюсь носом в бумаги и начинаю бегло читать.
“К моменту заключения настоящего договора гр. Белову Николаю Казимировичу принадлежит следующее имущество: квартира общей площадью 86 кв. м, дом, общей площадью 309 кв. м, находящиеся по адресу… три автомобиля…”
Вот тебе раз! Значит, на самом деле этот дом он себе решил оттяпать.
Мне становится дурно, когда я представляю себе, как его молодая пассия скачет по нашему газону.
Список продолжается бесконечно, я листаю и листаю, стараясь дойти до страницы, где Белов, наконец, вспомнит про меня.
"К моменту заключения настоящего договора гр. Беловой Нине Николаевне принадлежит следующее имущество: золотые и серебряные украшения, а также ювелирные изделия из драгоценных и полудрагоценных камней согласно прилагаемому к договору списку; а также дом, площадью 56 квадратов в поселке Ярдово."
Перелистываю страницу, но с ужасом понимаю, что на этих двух пунктах заканчивается список моих владений.
Я поднимаю ошеломленный взгляд на мужа.
Неужели он решил отнять у меня все?!
Глава 13
— Ты это сейчас серьезно?
Чувствую дрожь в голосе, с трудом заставляя себя посмотреть в глаза Коле, но не вижу там и доли неуверенности.
— Более чем, — отвечает муж холодно, — тебя что-то смущает?
Хочется закричать!
Вскочить с дивана и отделать его целой стопкой документов, но вместо этого я в очередной раз приказываю себе успокоиться. Вдохнуть поглубже и не вестись на провокации Белова.
Он только и ждет от меня эмоций. Раскачивает, чтобы довести до момента, когда я потеряю рассудок и мной можно будет управлять.
— Даже не знаю, Коля…, — язвительно произношу я. — Тебе не кажется, что условия слегка несправедливые.
— А по-моему условия очень щедрые, Нина. Ты ведь не вкладывалась в наше имущество материально.
Вот как у него дела просто делаются?! Видимо, вклад в брак и отношения у Белова уже перестал считаться трудом?!
— Значит так ты оценил мой вклад в двадцать пять лет совместной жизни? Будкой в деревне на 50 квадратов?
В этом доме мы с мужем не были уже лет десять.
Планировали перестроить его к нашей старости, чтобы на пенсии проводить больше времени на свежем воздухе. Но потом Белов увлекся другими проектами и напрочь забыл про наш план.
— Ты сама мечтала о домике в деревне, разве нет? — повторяет он с нескрываемым ехидством в голосе.
— Я мечтала о даче, на которой я буду проводить время с тобой, а не о конуре, в которую ты меня ссылаешь, чтобы здесь с любовницей кувыркаться!
Я с яростью бросаю стопку документов на стол.
Это просто фарс! Неужели он думал, что я соглашусь подписывать этот унизительный документ?
— Ты же сама хотела провести свою старость подальше от суеты. Сама выбрала этот дом, — довольно разводит он руками, — к тому же я оставляю тебе все твои подарки.
Интересно, он правда не понимает, в чем проблема?!
— Скажи честно, ты издеваешься надо мной? В этом доме даже нормального пола нет! Или ты надеешься, что я сама буду его отстраивать?
Адвокат сидит молча.
Совершенно очевидно, что он не ожидал сопротивления с моей стороны.
Да я и сама от себя не ожидала.
Но пятьдесят метров в Ярдово! В поселке, куда лавка с продуктами доезжает раз в две недели!
Похоже, мой муж решил насовсем от меня избавиться!
— Я может и домохозяйка, но знаю, что по закону мне положена как минимум половина этого дома, Белов! А еще половина нашей квартиры и несколько машин, если, конечно, ты не намерен компенсировать мне их деньгами.
Я вскакиваю с дивана, пытаясь унять дрожь в руках.
Что ж. Мирно договориться не получилось.
— В тебе внезапно юрист проснулся? — усмехается Коля, — тогда давай-ка ты в суде будешь объяснять, почему ни дня после брака не проработав, ты требуешь половину этого дома.
— Но по закону, я могу…
— Что