Вторая жизнь. На этот раз я не ваша, дракон - Майкл Скофилд

Я вспомнила закрытый экипаж во дворе, куда мне не дали заглянуть шесть лет назад. Только теперь по-настоящему осознала, что там были двое.

Я знала имя одного.

Имя второго услышала только сегодня.

Рейнар убрал использованную ткань в отдельный мешок.

Я протянула свой носовой платок.

— Возьмите.

— Оставьте себе.

— Он чистый.

Он посмотрел на мои колени. Серое платье было порвано, из-под ткани выступала тонкая полоска крови.

Я тоже увидела ее только сейчас.

— Это ерунда.

— Тогда хотя бы вытрите, прежде чем ткань присохнет.

Он подал мне воду.

Я взяла флягу и замерла с ней в руке.

В первую секунду все было нормально. Обычная металлическая фляга, вмятина на боку. Потом я поднесла ее ближе и поняла, что не могу сделать глоток.

Рейнар ждал.

Я отвела флягу от лица.

— Что? — спросил он.

— Ничего.

— Госпожа Ровен.

Я закрыла глаза.

Мне надо было взять себя в руки. Мы едва ушли от людей, которые пытались нас убить, а я сидела перед чужим мужчиной и боялась воды.

Рейнар протянул руку за флягой.

Я отдала.

Он сделал небольшой глоток и вернул ее мне.

Я выпила. Не потому, что он доказал безопасность воды: откуда мне было знать, как быстро действует возможная отрава? Просто это человеческое, немного сердитое движение помогло выбраться из памяти о чашке.

— Спасибо, — сказала я.

Он ничего не ответил.

Сел рядом с Тореном на корточки и начал проверять подпругу, чтобы раненому не пришлось лишний раз тянуться левой рукой.

Я смочила платок и осторожно приложила к колену. Рана действительно была неглубокой. Левое запястье, по которому ударил засов, уже припухало.

Торен заметил.

— Оно двигается?

— Да.

— Это хорошо. Только не доказывайте ему это каждые две минуты.

Я поняла, что все время сгибаю пальцы, проверяя, не исчезла ли способность ими пользоваться.

Убрала руку на колени.

— Я Аделина, — сказала я.

Торен посмотрел на меня без улыбки.

— Знаю.

— А вы…

— Торен Брек.

— Господин Брек, я…

Он поднял здоровую ладонь.

— Сейчас не надо.

Я замолчала. Он имел право не слушать мои извинения.

Рейнар закончил с седлом.

— Придется идти в обход. До Риана сегодня не успеем. Ночью остановимся у знакомого человека, если дорога останется свободной.

— А если нет? — спросила я.

— Найдем другое место.

Это звучало неопределенно. Я привыкла, что Валент сообщал мне готовое решение и устранял все неприятные подробности из разговора. На его месте я услышала бы, что о ночлеге можно не беспокоиться.

Рейнар не знал, где мы будем ночевать.

И сказал об этом.

— Я могу ехать, — ответила я.

Он помог мне подняться. Не задержал руку, когда я обрела равновесие, и не стал снова спрашивать, уверена ли я.

Мы вышли из-за сушильни.* * *

К середине дня грязь на моем подоле высохла твердыми полосами.

Дорога стала узкой, с камнями, которые Рута осторожно обходила. Я раньше считала, что за садами лежат поля, а за полями сразу начинается лес. Теперь между ними обнаружились канавы, старые изгороди, мелкие хозяйства и люди, которым не было никакого дела до моего знания будущего.

Рейнар вел нас через эти промежутки, избегая широкого тракта.

Торен держался за ним. Иногда раненая рука соскальзывала с поддерживающей повязки, и он поправлял ее зубами. Каждый раз мне хотелось остановить всех и помочь, но он неизменно замечал мое движение раньше, чем я успевала открыть рот.

— Еду, — говорил он.

Через несколько часов я научилась просто ждать.

У ручья Рейнар остановился и дал лошадям отдохнуть. Я спешилась сама, хотя земля после долгой езды показалась слишком далекой.

Он передал мне кусок хлеба и твердый сыр.

Я отломила маленький кусочек. Есть не хотелось, но стоило проглотить его, как желудок болезненно сжался от голода.

Рейнар посмотрел на меня.

— Когда вы ели?

— Вчера.

Для него это значило вчерашний вечер.

Для меня — последний ужин в доме мужа.

Я не стала уточнять.

Хлеб оказался грубым, с жесткой коркой. Сыр крошился на платье. Я сидела на поваленном стволе и ела жаднее, чем позволила бы себе дома.

— Вы знаете, куда мы едем? — спросил Рейнар.

— Вы сказали — в Риан.

— Вы представляете, где это?

— Примерно.

— Примерно не подходит. Если разделимся, вам придется ехать самой.

Я перестала жевать.

Он взял сухую ветку и начертил на влажной земле две линии.

— Это большой тракт. Мы идем восточнее него. После каменного моста будет развилка у старой часовни. Левая дорога ведет к деревне, правая — в Риан. У городских ворот спросите, как найти дом Астена. Здесь меня знают.

— А если вас не будет?

— Ждите.

Я посмотрела на две линии.

Слишком простая карта. Без названий всех дорог, без уверенности, что мост еще стоит и часовня окажется единственной. Но он давал мне возможность действовать, если не сможет сделать все сам.

— Повторите, — сказал он.

Я повторила.

Торен, прислонившийся к дереву, приоткрыл один глаз.

— Часовня белая. Ее красили три года назад, а крышу так и не починили. Другую трудно перепутать.

Я невольно улыбнулась.

Он закрыл глаз.

Рейнар стер линии подошвой.

— Теперь