Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

— Вы решили сделать из наследника управляющего?

— Я решила, что если когда-нибудь он будет владеть Ранвелем, полезно знать, что хлеб не появляется на столе сам.

Теон очень серьезно добавил:

— И что зимой муки нужно больше.

— Почему?

— Потому что людей больше в доме и Гарн печет чаще.

Марта посмотрела на меня.

— Ладно. Это действительно полезно.

— Запишите дату. Вы согласились со мной без спора.

— Не привыкайте.

Я улыбнулась.

Эту фразу в Ранвеле явно скоро начнут вышивать на семейном гербе.

Самым заметным изменением стали завтраки.

Роэн обещал два раза в неделю.

На второй неделе пришел трижды.

Никто не комментировал.

Особенно я.

Но Теон заметил.

Конечно.

В третий раз он сидел за столом и очень старательно пытался не улыбаться, пока отец наливал себе кофе.

— Что? — спросил Роэн.

— Ничего.

— У тебя лицо как у человека, который что-то задумал.

— Я просто ем.

— Теон.

Мальчик сдался.

— Вы сегодня сами пришли. Госпожа Маррен даже не напоминала.

Я подняла чашку.

— Не втягивайте меня.

Роэн посмотрел на сына.

— Иногда я действительно помню о собственных обещаниях без посторонней помощи.

— Значит, можно четыре раза?

— Нет.

— Почему? Если три уже получилось...

— Не начинай.

— Я просто спрашиваю.

Роэн посмотрел на меня.

— Это ваше влияние.

— Я учу его задавать вопросы правильно.

— Он и до вас прекрасно умел.

— Теперь хотя бы знает, где поставить запятую.

Теон возмутился:

— Я и раньше знал.

— Вчера вы поставили три запятые в одном предложении, где не нужна была ни одна.

— Мне казалось, так красивее.

Роэн подавил улыбку.

— В этом вопросе я на стороне госпожи Маррен.

Теон тяжело вздохнул.

— Вы всегда теперь на ее стороне?

На секунду стало тихо.

Вопрос был детским и не имел второго смысла.

Но я почему-то слишком отчетливо почувствовала присутствие Роэна напротив.

Он ответил спокойно:

— Нет. Но когда она права, спорить только из принципа глупо.

Я подняла брови.

— Это признание стоит записать.

— Не злоупотребляйте.

Теон рассмеялся.

Я тоже.

И вдруг поняла, что за столом стало легко.

Не потому, что исчезли проблемы.

Человек на холме по-прежнему не был найден. Охрана продолжала проверять дороги. Теон все еще не мог выйти за ворота. У него по-прежнему была могила.

Но в этих коротких утренних разговорах он был не тайным наследником, которого нужно охранять.

Он был мальчиком, который спорил с отцом из-за запятых.

И Роэн наконец позволял этому происходить.

Позже в тот же день я застала его возле классной комнаты.

Теон внутри читал Норену вслух, а доктор специально делал вид, будто засыпает, когда мальчик начинал торопиться.

Роэн стоял в коридоре и слушал.

— Почему не входите?

Он посмотрел на меня.

— Не хотел мешать.

— Вы хозяин дома. Вам это вообще несвойственно.

— Учусь.

Я встала рядом.

Из-за двери донесся голос Теона:

— Норен, вы не спите. У вас глаза открыты.

— Это не мешает мне скучать, — ответил доктор.

— Я читаю нормально.

— Тогда не проглатывай окончания.

Теон демонстративно начал читать каждое слово медленнее.

Я улыбнулась.

Роэн тоже.

— Он изменился, — сказал он тихо.

Я не сразу ответила.

— В каком смысле?

— Стал больше говорить.

— Он и раньше говорил много.

— Не со мной.

Это признание прозвучало без жалости к себе.

Просто честно.

Я посмотрела на него.

— Вы часто отвечали ему «нет» еще до того, как он успевал объяснить, чего хочет.

— Потому что обычно знал, чего он хочет.

— Но для ребенка важно не только получить ответ. Ему важно, чтобы его выслушали.

Роэн кивнул.

— Норен говорил похожее.

— И вы не слушали.

— Норен говорит слишком много.

— А я?

Он посмотрел на меня.

— Вы говорите еще больше.

— И все-таки меня почему-то слушаете.

— Сам удивляюсь.

Мы оба улыбнулись.

Потом Роэн стал серьезнее.

— Вы были правы насчет завтраков.

Вот теперь я действительно повернулась к нему всем корпусом.

— Повторите.

— Нет.

— Я хочу запомнить момент.

— Даже не надейтесь.

— Вы только что признали, что я была права.

— Один раз.

— Это уже начало.

Он покачал головой.

— Раньше я считал, что если каждый день вижу Теона вечером, этого достаточно. Утром всегда были полеты, отчеты, граница. Потом стало привычкой.

— А теперь?

Роэн посмотрел на дверь.

— Теперь вижу, сколько всего я пропускал за обычным завтраком.

Внутри Теон снова начал спорить с Нореном.

— Я не пропустил окончание, оно просто тихое!

Доктор ответил что-то, чего мы не разобрали.

Я улыбнулась.

— Такие вещи трудно записать в военный отчет.

— Именно.

Несколько секунд мы стояли молча.

Не напряженно.

Просто спокойно.

Я поймала себя на том, что рассматриваю его профиль.

Шрам возле виска, который раньше почти не замечала. Темные волосы. Усталость, которая временами появлялась под глазами, когда он несколько ночей подряд проверял посты.

Он вдруг повернулся.

Наши взгляды встретились.

Я сразу спросила первое, что пришло в голову:

— Человека с холма так и не нашли?

Улыбка исчезла.

— Нет.

Разговор вернулся на безопасную почву.

— И никаких новых следов?

— Ничего.

— Это хорошо или плохо?

— Пока просто ничего.

— Вы опять.

— На этот раз слово ваше.

Я хотела ответить, но дверь открылась.

Теон вышел с книгой.

— Вы оба здесь?

— Как видите, — сказала я.

— Вы разговаривали без меня?

Роэн ответил:

— Иногда такое бывает.

— Про меня?

— Отчасти.

— Что именно?

Я положила ладонь ему на плечо и направила обратно в комнату.

— Что вам нужно еще десять минут читать.

— Я уже читал.

— Теперь будете писать.

— Это нечестно.

— Зато предсказуемо.

Норен рассмеялся из комнаты.

День закончился дождем.

Настоящим северным ливнем, который за несколько минут превратил дорожки в блестящие полосы воды и окончательно отменил прогулку.

Теон сначала расстроился.

Потом я вспомнила о стопке старых книг, которую Марта обещала разобрать еще несколько дней назад.

— Хотите помочь?

— Это урок?

— Нет.

— Тогда хочу.

Мы пошли в маленькую кладовую рядом со старой библиотекой.

Марта уже велела перенести туда несколько коробок из детских комнат.

— Здесь книги, которые были у вас раньше, — объяснила