Барыня Друидка 3 - Елена Шатилова

Мы вернулись к полудню, и у меня ещё оставалось время на обед, да что там, ещё прорва времени. За час я успела и поесть, и обойти всю клубнику, примеряясь, сколько мы завтра соберём. Устройства по сбору масла уже стояли. Конечно, не верх технологического совершенства, но функцию выполняли и уже первые капельки исправно стекали в глиняные сосуды, установленные под кустами.

Было столько страхов, что не знала, куда себя деть. Казалось, что завтра экзамен по основному предмету и если я его не сдам, то всё пойдёт крахом. Вроде всё сделала, видимые дыры залатала, но боялась форс-мажора, человеческий фактор присущ любому времени и обстоятельствам.

Захотелось уехать из дома, а вернее, прижаться к Ярославу, чтобы он обнял меня своими сильными руками и успокоил. Сев на Луну я ускакала. Лучше уж на озере подожду, чем среди роящихся страхов.

Ярик меня уже ждал, как только я вышла на полянку, обнял меня.

— Словно вечность тебя не видел.

— Христос Воскресе, любимый!

— Воистину Воскресе, ангел мой! У тебя голос восстановился, — парень улыбнулся и провёл рукой по моим волосам.

— Хочешь песню послушать?

— Не смешно, — он стал серьёзным.

— Прости, — да, это была злая шутка. — Но я считаю, что мне нужно спеть что-нибудь спокойное…

— Не сейчас… Есть хочешь? Я голоден как зверь, — Ярослав пошёл к Зевсу и снял с седла корзинку.

— Немного. Я после церкви сильно голодная была и поела.

— Значит, буду есть за двоих, — парень расстелил плед, положил мою подушечку и усадил меня на неё. — Но яичками стукнемся, — он рассмеялся.

Общались долго и, главное, спокойно, поедая выпечку. По атмосфере это свидание напомнило тот маскарад, когда мы вот так просто болтали, рассказывая смешные истории, не боясь сказать глупость. Но тогда у нас были маски, которые снимают многие запреты и неловкости. Сейчас же всё было по-другому, мы доверяли друг другу…

— Я каждый день благодарю Бога, что вернул тебя мне, — Ярослав лежал на боку на траве и любовался мной.

— А я как рада. Тот поцелуй всегда был со мной, — я прислонилась пальцами к своим губам.

— Может, обвенчаемся тайком?

— Дурачок мой, — я понимала, что он просто выражает полноту любви и не пойдёт на тайное венчание, хотя сто процентов мечтает о нашей брачной ночи. Да что там, я постоянно вижу его желание в глазах.

В завершении свидания я всё же настояла на песне. Предложила лечь головой себе на колени. Понимаю, что это даже интимней, чем поцелуй, но очень захотелось видеть его лицо и зарыться рукой в волосы.

Ярик лёг очень осторожно, на губах играла блаженная улыбка, когда он смотрел на меня снизу.

— Глаза закрой, — попросила я, зарывшись пальцами в шелковистых волосах, и затянула утреннюю Пасхальную песню. Тихо, очень нежно, практически как колыбельную.

Когда я закончила, парень ещё какое-то время лежал молча с закрытыми глазами.

— Завидую себе, — он посмотрел на меня и широко улыбнулся, а я, не удержавшись, рассмеялась.

Не знаю почему, но по пути домой начало нарастать беспокойство, мне вспомнился Александр, даже повозка у ворот померещилась, когда я подъезжала. Как же хотелось, чтобы он отстал от меня, но сдаётся мне, он ещё явится. Больные чувства так быстро не отпускают. Я уже жалею, что использовала его в своих целях. Возможно, он быстрей отстал бы, а так может считать себя вправе продолжить домогаться.

Сегодня он, скорее всего, с женой, но завтра может выехать сюда.

— Значит, жду… будь ты проклят, я тебя не жду! — прошипела себе под нос. Но настороже буду.

Хорошего настроения как не было.

Но домашние его быстро вернули, праздник же! Праздничный и очень красивый ужин затянулся на пару часов. Тётя была так поражена моей песней, что попросила спеть ещё раз, а потом ещё что-нибудь, чтобы потешить старушку.

Отказать я не могла, особенно в такой компании. После меня затянула грустную песню Нюра с Дашей. Я не знала слов, поэтому просто слушала. Очень душевный праздник получился.

Проснулась я очень рано, буквально на рассвете.

Дом уже наполнился запахом выпечки, это Нюра печёт маленькие пирожки с клубникой. А в них есть одна изюминка — моё эфирное масло. Кухарка накануне протестировала эту добавку, испекла пару небольших пирогов с клубнично-розовым и шоколадно-розовым маслом. Последнее в выпечке дало больше ванильный запах, но очень яркий и с небольшой пикантной горчинкой. Нюра удивилась, что всего-то пара капель понадобилась.

Эти пирожки будут продаваться к чаю, тоже приправленному нашими фирменными добавками, и не только лавром, которого осталось катастрофически мало. Нужно закупить взрослых растений и срочно модифицировать.

Я не просто так рано поднялась, нужно до начала торгов проследить за подготовкой, и прежде всего для жарки кур. Их будет немного, всего пятнадцать целых тушек и чуть больше половинок. Первую партию планировали приготовить где-то часам к девяти, но до этого надо растопить мой чудо-гриль, да и сами куры будут готовиться больше часа.

Хоть я и была уверена, что без меня справляться, но мне необходимо было видеть старт своего детища своими глазами, я же изведусь. Тем более свидания у меня сегодня нет, так что занять меня будет некому.

Торги начнутся в восемь, сегодня первый день после праздника. Обычно начало в семь, а ряды, где торгуют скотиной, так вообще с шести работают.

Спускаясь на кухню, не подозревала, что меня там уже ждёт Глафира. У неё было такое лицо, словно вот-вот заплачет. И вообще, она выглядела не лучшим образом, бледная, синяки под глазами. Рядом на столе стояло лукошко, прикрытое полотенцем.

— А ну, пойдём, девочка моя, — я взяла её за руку и повела в малую гостиную. Усадила в кресло, с трудом, девушка не хотела садиться.

Когда я забрала у неё захваченное с собой лукошко, она разревелась.

— У меня не получилось. Я старалась, Екатерина Фёдоровна. Простите меня! — она буквально сползла с кресла и бухнулась передо мной на колени.

— Ты, что, душечка моя⁈ А ну, встань! — я поставила на столик лукошко и кинулась поднимать свою ученицу. Обняла её и стала гладить по