Драконий брак, где всё не так - Оксана Октябрьская

Долгожданный выходной... За окном осенняя непогода, капли стучат по стеклу, а в

моей квартирке уютно пахнет печёными яблоками с корицей. Хорошо! В такой

день нет ничего лучше, чем устроиться в кресле и повязать. Не на заказ, не

для клиенток, а для себя.

— Зима скоро, надо бы тебя утеплить, а Пушок? Свяжу тебе свитер. Морская волна

и охристо-желтый? Нравится сочетание цветов? — я глянула на своего любимого

крысёнка, копошившегося у комода. Что он там добывает? Ведь только утром

пылесосила, должно быть везде чисто, неужели опять что-то припрятал...

Неожиданно, малыш пискнул и стрелой метнулся ко мне, прыгнул в корзинку с

клубками, которую я поставила на колени, и... Громыхнул гром! Меня оглушило,

ослепило молнией! Стало дурно...

* * *

— Пап, но учитель говорит, что надо практиковаться, чтобы стать магически

сильным драконом! — раздался невинный мальчишеский голосок непонятно откуда.

Может, телевизор включился сам собой? Сбой из-за грозы? У меня перед глазами

всё ещё кружился огненный водоворот, в котором вспыхивали золотые искры,

голова гудела. — В общем, я тренировал магию сокрытия, а этот треклятый

браслет...

— Следи за языком, Вико Тор-брахс! — отчеканил весьма приятный баритон.

Точно телек, какое-то фэнтези. В моей квартире мужчины только в фантазиях и

появляются, на живых времени нет.

— Ну, в общем, браслет твой куда-то подевался, — тише, немного виновато

протянул мальчик, — и я использовал призывные чары, чтобы его найти. И тут

ка-ак грохнуло, и...

— Сын, ты слышал грохот? — в мужском голосе лязгнула тревога. — Этот браслет –

портальный...

Огненный водоворот исчез. Вокруг был осенний парк, солнышко пробивалось сквозь

золотисто-рыжие кроны, а я стояла на дорожке и обалдело хлопала ресницами,

борясь с остатками дурноты. Это что? Как?

—...артефакт, — закончил фразу высокий молодой мужчина в старинных одеждах.

Он сдул с глаз густую тёмную чёлку и остановил на мне пронзительный взгляд.

Одну его кисть охватило пламя, а белобрысый мальчишка лет шести, одетый так

же странно, с любопытством уставился на меня сквозь стёкла маленьких круглых

очков. Между нами было всего несколько шагов, и меня поразил ярко-голубой

цвет его внимательных глаз. Какой зайка! Как бы я хотела такого сынишку!

— Пап, а это кто? — пацанёнок опасливо шагнул ближе к отцу, но с интересом

разглядывал мои джинсы. — И чего у неё панталоны такие грубые? Седалище же

натрёт... Я наблюдал, как наши служанки своё бельё стирают, не так оно

выглядит.

— О твоих наблюдениях мы позже поговорим, Вико. Марш в замок, — процедил

мужчина, тоже не сводя с меня глаз, и попытался задвинуть мальчика за спину,

но тот издал радостный вопль, увернулся от отцовской руки и рванул ко мне.

— Это же твой браслет! — пострел подбежал и ловко сдёрнул с хвоста крысёнка,

сжавшегося в комочек на клубках в корзинке, запутавшуюся золотистую цепочку.

Пушок пискнул, рухнул на спину, раскинув лапки, и вдруг... Облысел! Гладкая

шёлковая шёрстка, дымчато-серая с белым пятнышком на боку, осыпалась с

бессознательного тельца, открыв нежную розоватую кожу.

— Ой, какой милый лысик, — восторженно улыбнулся мальчик, но мне было не до

умиления.

— Пушок?.. — сдавленно выдохнула я, не понимая, что творится, где мы, и кто эти

странные люди.

И тут меня добили окончательно.

— Янка, крышка мне, похоже. На могилку приходи, не забывай, — прошептал крысик

и снова отключился.

Он говорит?..

— Что! Тут! Творится?! — заорала я, окончательно потеряв самообладание. И

казалось, не только его, но и разум. Происходящее просто не имело

объяснения.

Мальчишка удивлённо вскинул брови, его отец поджал красиво очерченные губы и

недовольно скривился от моего голоса, а Пушок подскочил на клубках, пискнул,

глянул на своё голое тельце и тоже истерично заверещал:

— Крысья мама! Хозяйка, я лысый, как твоя коленка! Срам-то какой! — он юркнул

под клубки, и оттуда понеслись завывания в стиле ой-ой-ой, ай-ай-ай, что

жил, то зря.

— Ты что с моим животным сделал? Пока не отнял эту штуку, шерсть была на месте!

— я строго посмотрела на пацана.

— Ничего не делал! — мальчишка насупился и попятился. — А браслет папин. Твоя

крыса его как-то украла!

— Ничего Пушок не крал. Я понятия не имею, откуда на нём эта безделушка

взялась. И вообще, не понимаю, где мы оказались, как такое произошло, и кто

вы оба. Фокусники, что ли? Тут какое-то шоу снимают? — я покосилась на кисть

его отца, которая так и полыхала огнём. — И кстати, не «твоя», а «ваша

крыса», молодой человек, не с подружкой разговариваешь!

— Не дерзи моему сыну, человечка, — тут же прошипел папаша.

Я скривилась от этих слов, будто зубы заныли. Ну да, воспитывать не хотим, а

замечания не любим.

— Человечка? Не дерзи?.. Теперь ясно, кто мальчика вежливости не научил. Не

много ли себе позволяете, уважаемый?

— Ровно столько, сколько могу, — с непрошибаемой уверенностью ответил он. — Я

страж Холмистых земель, а ты без разрешения вторглась в мои владения, с моей

вещью, которая неизвестно как к тебе попала, да к тому же перечишь моему

сыну и наследнику. И единственная причина, почему ты до сих пор жива, это

твоё явно иномирное происхождение. Очевидно, ты не знаешь, что человек

обязан почитать драконов. Пока не знаешь, но научишься, — с угрозой уточнил

он, вскинул пылающую руку, метнул в меня пламя, и я даже ойкнуть не успела,

как взлетела над дорожкой, а вокруг образовалась огненная клетка!

— В замок, — скомандовал этот тип, и клетка полетела вперёд. Фокусом это точно

не было... — Вико, марш домой, я сказал! И о том, как ты меня слушаешься, мы

тоже поговорим, — прорычал он.

— Да ладно, пап, зато я браслет нашёл, а ты его не заметил, — мальчик пожал

плечами и весомо заявил: — И зачем магическая клетка? Она же просто

человечка в странных панталонах и без юбки. Разве не ты учил, что мы должны

быть снисходительны, милостивы и справедливы к людям?

— Вот разберусь, кто она и откуда явилась, тогда и решу, что и кому я должен, –

проворчал родитель, нахмурившись.

— Драконы? Страж?.. Нет. Это сон. Просто сон! Не может ничего этого быть, надо

проснуться. Яна! Пухова! Очнись! — я заметалась, но тело и так было, будто

чужое, да ещё корзинка с клубками, в которой так и голосил крысёнок,

сковывала