Жених, его отец и Вика - Руби Райт

Одно только изменилось: мы с Костей стали реже ездить в гости к его родителям, дабы не провоцировать будущего свекра на новое безрассудство. Я раз за разом прокручиваю в голове то утро. Я ведь могла это остановить, прекратить. Закричать. Убежать, в конце концов. Но не стала. Я позволила ему меня трахнуть, использовать, и получила от этого колоссальное удовольствие.

Но то, с каким желанием он совал в меня свой член, — незабываемо. Роман Эдуардович такой пылкий, страстный, горячий мужчина. Я закрываю глаза и вспоминаю, как крепко он держал мои бедра, когда вгонял свой член во всю глубину. Как стонал чуть слышно. И от одной только мысли я чувствую, как начинает тянуть низ живота, и капелька желания вытекает прямо мне в трусики. Нет, чувство вины меня все же съедает. Не сильно, но так и гниет в душе эта маленькая клеточка. Заражает соседние, и постепенно пятно увеличивается больше и больше. Скоро всю добродетель во мне поглотит.

И вот сейчас я стою в свадебном салоне за три дня до свадьбы и думаю не о будущем муже, а о его отце. Это дико. Непростительно. Безумно. Совсем Вика с головой не дружит. Поехала окончательно от своих мыслей. Все! Хватит! Я выйду замуж за лучшего мужчину на свете, которого люблю всем сердцем. И который любит меня. Мы будем жить долго и счастливо, нарожаем кучу детей и умрем в один день.

Да. Все так и будет! Я точно знаю.

После часа примерок я, наконец, выбрала платье, которое мне понравилось. Что-то среднее между пышным и элегантным нарядом. Не сильно открытое, но и не для монашки. Вырез на спине решил мои раздумья. Бесконечные метания по свадебным салонам закончились. Это оно — то самое платье, которое я и хочу. Девушка помогла мне его стянуть и пошла упаковывать, а я все еще стояла в VIP-примерочной. Отдельная комната с шампанским и конфетами — пора привыкать к красивой жизни. Теперь это и моя жизнь. Лучшие рестораны, особое отношение и вокруг только роскошь.

В ярких софитах моя кожа была бронзовой от загара. Я несколько недель посещаю солярий, чтобы белоснежное платье смотрелось еще эффектнее. На мне было настолько красивое белое кружевное белье, что я не могла налюбоваться своим отражением в зеркале. Я крутилась, пока не увидела его. Он стоял на входе в комнату и оценивающе смотрел на меня.

Глава 5

— Роман Эдуардович, что вы тут делаете? — спрашиваю и пытаюсь прикрыться своей же футболкой, не подумав о том, что моя попка до сих пор отражается в зеркале.

— Пришел поговорить, — спокойно отвечает и делает шаг навстречу.

Натягиваю футболку. Стеснение чувствую, а еще возмущение, стыд перед этим наглым мужчиной. С чего бы ему здесь быть? Поговорить? Мог бы и позвонить, а не приезжать сюда. О чем он думает вообще?

— Роман Эдуардович, вам не стоит тут находиться. Сейчас придет консультант...

— Сюда никто не зайдет, пока я не скажу, — отвечает типично для него. Чувствует себя королем, властелином мира и ведет себя подобающе. — Вика, я так виноват перед тобой. Я хочу извиниться...

— Я вас прощаю, а теперь уходите, — говорю ему спешно, а мужчина, кажется, не слышит меня. А может, просто игнорирует.

Снова делает шаг ко мне. А я от него, но отступать некуда. Смотрю ему прямо в глаза, пытаюсь предугадать действия. Начинает немного трясти.

— Я не могу не думать о том, что произошло. — надвигается, а мне убежать хочется. В трусах стою и не знаю, что делать. В таком виде далеко не убежишь.

Дышу часто. Трясусь сильнее. Неладное чую. А его взгляд опасный пугает. Внутри все переворачивает. Глядит исподлобья, но вроде не злобно. Наоборот.

— А вы не думайте, я же не думаю. Просто забудьте и все, — отвязаться пытаюсь.

Хочу, чтобы развернулся сейчас же ушел отсюда. Из это чертового салона и из моей жизни тоже.

— Не выходит. — Головой в стороны машет. Даже грусть замечаю. Так больно внутри. Думала, и правда забыла, вычеркнула, но он тут стоит, и нытье все вернулось. Скручивает душу, сминает. Как вырвать это чувство? Как забыть и не вспоминать никогда?

— Роман Эдуардович, слушайте, это вы начали. Вы вошли в нашу с Костей спальню и обманом трахнули меня. Тогда вас ничего не смущало, а сейчас что? — грублю. Злиться начинаю. Психую.

Чего добиваюсь? Не знаю.

— Ты же была не против... — перебиваю, голос повысила.

— А у меня был выбор? — Глаза вылупляю от удивления, возмущения. Заявлений нахальных. — Отказав, я бы смогла выйти замуж за Костю? Вы могли выставить меня из своего дома.

— Ты только поэтому позволила? Мне казалось, ты тоже хотела и сильно. — Он подошел вплотную. Так близко, что я почувствовала запах его древесного парфюма.

Роман Эдуардович был в светло-голубой рубашке, брюках. Он почти всегда ходит в официальной одежде. Легкая небритость придавала лицу грозный вид. Но вот глаза выдавали. Он смотрел по-доброму, даже нежно. И вновь я что-то ощутила в груди и не в груди тоже. То, что меня совсем не устраивает. Бесит.

— Я люблю Костю, выйду за него замуж, и мы будем счастливы! — буквально прокричала я в лицо мужчины, высоко задрав голову.

— Ты действительно этого хочешь или просто убеждаешь себя в этом? — говорил он тихо.

Медленная, негромкая музыка в комнате, которая должна успокаивать, не помогала. Я была взбудоражена, возмущена. Да как он смеет вообще спрашивать о таком?

— Да. — Гордо в ответ.

— А меня ты хочешь? — Вспыхнула от немыслимой наглости мужчины. Лицо загорелось, и вдруг стало невыносимо душно в помещении. Я была зла, разгневана, но продолжаю пялиться в его зеленые глаза.

— Роман Эдуардович, уходите. Я прошу вас, не надо. — Знаю, звучало жалко, но я должна была попытаться.

— Я бы ушел, если бы не видел твою реакцию. Ты врешь мне. Себе. Ты же хочешь меня? — Он стоял вплотную. Я чувствовала его теплое дыхание, прикосновение пальцев о мою ладонь и мешкала.

Я была растеряна. Я не знала, что я хочу. Запуталась. Я шла по знакомой тропинке, но почему-то свернула. Эта дорога опасная, неправильная, но я иду по ней и назад уже не могу вернуться. И мой будущий свекор не стал ждать ответа. Он в прямом