Танец первой жены - Полина Зорина

– Я ничего не замечала, кроме твоей доброты и заботы, – призналась я.

– Да, – улыбнулся Расул, – и все время сватала мне кого-то, прям как тетушки.

Щеки тут же вспыхнули от стыда и возмущения. Сравнил меня с этими сплетницами!

– Я просто желала тебе счастья.

– Вот теперь я счастлив.

Он так просто и искренне делился своими чувствами, а я… Я так и не разобралась, что чувствую к нему. В одном была уверена – с ним мне легко и спокойно.

– Знаешь, я часто представлял, что ты не жена Эмира, а моя. Это было легко представить, находясь под одной крышей. Я мог бы давно переехать сюда, но тогда я бы не видел тебя каждый день. Думаю, мать давно догадывалась, да и отец не очень удивился, когда я сказал, что собираюсь на тебе жениться

– А если бы родители были против?

Расул никогда не перечил воле старших. Он бы просто отказался от своей затеи?

– Я бы увез тебя и детей туда, где нас никто не знает и все равно женился бы на тебе. Ты слишком дорога мне, чтобы позволить тебя потерять. Мой брат оказался редким идиотом.

– Тогда у беседки вы ссорились из-за меня?

Я мысленно перенеслась в тот день, когда Расул разбил Эмиру нос.

– Я просто сказал ему, что не стоит тащить любовницу в дом. Я знал, что это разобьет тебе сердце и лучше бы ты оставалась в счастливом неведении. Ты все еще думаешь о нем? – между бровей Расула вдруг залегла глубокая складка. – Только честно скажи?

– Я будто спала все это время, а потом меня резко разбудили, но я не проснулась, а оказалась в кошмаре. И вот наконец кошмар закончился. Я была бы счастлива никогда не видеть Эмира, но это невозможно. Он отец моих детей, и мы будем сталкиваться, как бы мне этого не хотелось.

Лицо Расула просветлело. Он улыбнулся. Неужели он думал, что после всего, что сделал Эмир, у меня могут остаться к нему добрые чувства? Все, что я испытываю, это страх, что он может причинить вред моим дочкам.

Хотя бы с тем, что я чувствую к Эмиру, у меня была полная определенность.

– Знаешь, в детстве, когда я чего-то боялась, грозы или темноты, я забиралась к бабушке в кровать, она меня обнимала и страхи отступали. Обними меня, я так устала бояться.

Я отвернулась от Расула и прижалась к нему спиной, а он обнял меня. От тепла его тела мне и правда стало спокойней. Это казалось таким естественным, будто я каждую ночь засыпала в его объятьях.

– Чего ты боишься? – услышала над ухом шепот Расула.

– Что он заберет Айзу и Лейлу, – я не сдержала всхлип.

– Я не позволю этому случиться, – он замолчал, а через пару минут в тишине прозвучали его слова: – Если ты согласна, чтобы я стал отцом девочкам, я удочерю их.

– Но как? Эмир никогда от них не откажется.

Как бы там ни было, он всегда тепло относился к Айзе. Да, он не звонил ей после развода, но при живом общении они хорошо ладили.

– Это уже моя проблема. Спи, – легонько поцеловал меня в плечо.

Возможно, ночью я и меняла положение, но проснулась в объятьях Расула. Приятных, что уж отрицать. Хотелось еще немного понежиться, но Расул, почувствовав, как я заворочалась, хрипло шепнул:

– Доброе утро, – и отстранился от меня.

Я потянулась к телефону. Одиннадцатый час. Я никогда не позволяла себе так долго спать.

Новых сообщений от Руфины, кроме вчерашнего, о том, что с дочками все в порядке, не было.

– Надо за девочками ехать.

Я никогда не оставляла Лейлу так надолго без своего присмотра.

– Позавтракаем и поедем. Ставь чайник, – отозвался Расул.

К завтраку Расул спустился уже переодевшись. Зато я успела только умыться и привести волосы в порядок. Хорошо, платье практически не помялось. Никаких вещей я с собой не брала.

Завтрак вышел довольно скудным. С ужина остались багет, мясная нарезка и сыр. Так что, кроме бутербродов, я ничего не смогла придумать.

– Вкусно. Спасибо за завтрак, – Расул отпил чай из кружки.

– Не думала, что ты такой врунишка, – улыбнулась я, чувствуя, как щеки краснеют от одного его взгляда.

– Все, что бы ты ни приготовила, для меня будет вкусным. А когда ты улыбаешься, становится еще вкуснее.

Пока я думала, что ему ответить, он вдруг продолжил, но уже серьезным тоном:

– Нам нужно подать заявления в ЗАГС. Я хочу, чтобы ты была моей женой не только перед Всевышним, но и перед законом. Чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее я смогу заняться удочерением.

Я кивнула.

– Не знаю, как тебя и благодарить за то, что ты для нас делаешь.

Расул шумно выдохнул и с осуждением посмотрел на меня:

– Ты опять за свое? Готовь мне каждое утро завтрак. Считай, что я делаю добрые дела за еду.

Нас встретила только Руфина. Азамат был на работе.

Она сразу же потащила нас к столу.

– Мы только что позавтракали, – взмолилась я.

– А уже обед, – отрезала Руфина. – Нужно все делать вовремя.

– Мы чай с тобой попьем, мам, – нашел компромисс Расул.

– Чай – это вода, – веско заявила она, но пошла ставить чайник.

Лейла ползала по ковру в гостиной и с радостью ломала башенки из кубиков, которые для нее строила Айза.

Увидев меня, Лейла расплылась в широкой улыбке, показывая два нижних резца и заливая ковер слюной. Она забыла о кубиках и поползла ко мне, высоко отрывая ладошки от пола.

Я подхватила ее на руки.

Она тут же принялась слюнявить мне плечо.

– А где вы были? – спросила Айза, венчая башенку желтым конусом.

– В новом доме, – сглотнув, ответила я. – Мы теперь будем жить там.

Я не говорила Айзе о том, что мы с Расуом женимся. Во-первых, я не знала, как это безболезненно донести до дочки. А во-вторых, я не хотела, чтобы она случайно в разговоре выдала кому-нибудь наш