Охота на кроликов - Рэт Джеймс Уайт

Рашад снова закатил глаза. Потом обернулся к крупной женщине с синими венами, перечеркивающими ее бледную полупрозрачную кожу. Его лицо исказилось в гримасе. Остальные женщины застонали и покачали головами.

Фальшивые Сиськи попыталась шикнуть на Широкую Задницу, одновременно следя за Рашадом.

- Она... она не это имела в виду. Она не это имела в виду. Правда, Люси?

- То, что я - белая, не значит, что моя жизнь легкая. Я выросла в бедности. Я не была привилегированной. Я всего добилась тяжелым трудом, - продолжила Люси.

Рашад покачал головой.

- Видишь, когда ты так говоришь, это звучит так, будто ты думаешь, что чернокожие не поднялись по экономической лестнице так высоко, как белые, потому что мы просто недостаточно усердно работаем. Будто это наша собственная, блядь, вина, а расизм - просто отмазка для лени.

- Ну, спасибо, Люси, ебаная ты, блядь, идиотка. Мы все теперь умрем, - всплеснула руками татуированная.

- Да. Да, умрете, - сказал Рашад, улыбаясь.

- Это обратный расизм! - закричала Люси.

- Ради бога, Люси, завали ебало! - заорала Фальшивые Сиськи.

- Обратный расизм? Обратный расизм? - распалялся Рашад, направляя мачете прямо между больших обвисших грудей Люси. - Не существует никакого обратного расизма. Это звучит так, будто расизм должен работать только в одну сторону, будто расистом можно быть только против чернокожих. Расизм - это просто расизм. К тому же чернокожие не могут быть расистами.

- Это, блядь, тупо. Конечно, чернокожие могут быть расистами. Это противоречит всему, что ты только что сказал о том, что обратного расизма не существует, что расизм - это расизм. Если расизм - это расизм, то убийство нас за то, что мы белые, делает тебя расистом и, блядь, лицемером!

- Она вообще-то права, - сказал Муки.

- Мне плевать! Мне, блядь, плевать! Мы все равно убьем этих сучек! Мне насрать, делает это меня расистом, лицемером, обратным расистом или кем, блядь, угодно еще! Я убью каждую последнюю из этих блядей! - заорал Рашад, явно теряя контроль.

- Подожди-подожди-подожди! Не надо! Вы не можете так поступить! - закричала Фальшивые Сиськи.

Люси уперла руки в бока, выпятила грудь и вызывающе подняла подбородок, грозя им пальцем, будто отчитывала школьников.

- Если вы нас убьете, вы только укрепите каждый негативный стереотип, против которого якобы выступаете: что черные мужчины - просто безжалостные бандиты и преступники, которые вожделеют белых женщин. Вот что все скажут в прессе.

- Не скажут, если никогда не найдут ваши тела, - ответил Рашад.

- Они бы сказали то же самое, даже если бы мы оставили вас в живых, - добавил Муки. - Мы не убивали белых сучек, когда вы придумали этот стереотип.

- Люси, я тебя умоляю, заткнись, блядь! - закричала татуированная.

Она шагнула вперед, схватила Люси за руку, пытаясь оттащить ее от Рашада, но Люси вырвала руку.

- Эта ебанутая Карен[35]говорит не за всех нас, правда, девочки? - сказала готесса с татуировками, оставив попытки заткнуть Люси и пытаясь вместо этого дистанцироваться от нее.

Все женщины закивали в знак согласия.

- Нет, она не говорит ни за кого из нас. Ни одна из нас не заслуживает смерти, - сказала Фальшивые Сиськи.

- Вы все заслуживаете смерти, любительницы Мандинго, любительницы БЧЧ, Королевы Пик, все вы, расистские прошмандовки! - сказал Рашад.

- Тогда тебе следует убить себя, потому что ты, блядь, тоже расист! - завизжала Люси.

Брызги слюны разлетались с ее губ, когда она кричала.

- Черт, сучка! Голос у тебя – отстой! И не брызгай на меня слюной! - взмахнул руками Муки, хихикая над собственной рифмой, будто это были самые остроумные слова на свете, высоколобый юмор.

Рашад усмехнулся и покачал головой, будто не верил своим ушам. Он почувствовал невольное уважение к храбрости этой женщины и ее верности своим принципам. Ему даже захотелось оставить ее в живых - ну почти.

Муки мягко отодвинул Рашада и шагнул вперед с фонарем в одной руке и хлыстом в другой. Он вручил и то и другое Стиву и взял у него скальпель. Его член заметно торчал, полностью возбужденный, нацеленный вперед, словно копье.

- Это залупа твоя отстой. Пятерка с плюсом за энтузиазм. Тройка с минусом за технику. И, для протокола...

Он взмахнул скальпелем и рассек ей левую грудь. Огромный разрез широко разошелся, и грудь обвисла под тяжестью солевого мешка внутри. Он потянулся к ее груди, вонзая пальцы в рану и расширяя ее, пока она била его кулаками.

- Стой! Стой! Ааааааа! Ааааааа!

Люси схватила его руки и попыталась оторвать их. Пузырчатый желтый жир, волокнистая красная мышца и белый пластик, составлявший ее самые узнаваемые черты, были видны в разрезе, который сделал скальпель, когда Муки дергал красное мясо ее грудей и разрывал его дальше. Кровь и солевой раствор стекали по ее торсу и ногам потоком жидкости. Муки разорвал ее грудь, вырвал имплант, бросил сморщенный, наполовину пустой мешок с жидкостью себе под ноги и слегка пнул его.

- Ненавижу фальшивые сиськи.

Вот тогда хижина взорвалась криками и проклятиями.

- Не-е-ет! Не-е-ет! Помоги-и-и-те-е-е-е!!!

Большой Майк почти заснул, сидя в одиночестве на крыльце, слушая преувеличенные стоны, вздохи и крики страсти женщин в хижине. А потом крики стали настоящими. Пора.

- Наконец-то!

Он подхватил мачете и небольшой пятифунтовый молоток, который давно хотел опробовать. Интересно, сколько серийных убийц закупаются пыточными приспособлениями в "Home Depot"?[36] Наверняка больше, чем руководству сети хотелось бы, чтобы знала публика.

Громкий хлопок заставил Майка вздрогнуть. Только он собрался открыть входную дверь, как та распахнулась сама, и на крыльцо вылетела голая татуированная женщина с короткими черными волосами и поджарым, атлетичным телом