Улитка с уклоном - Александр Эйпур
Из соседней комнаты пошёл репортаж от тревожной группы. Оператор с трудом добился видеосигнала, повозился с настройками, пока не ушли помехи.
На экране высветился тупик третьего этажа. Порталы открылись – один напротив другого. Разные цивилизации, считай, случайно вышли друг на друга. Напоролись, теперь не знают, как убраться подобру-поздорову. Чтобы в спину не прилетело, – парни уже сталкивались с громкими случаями.
Тревожная группа не вмешивалась, фланировала в двадцати шагах, демонстрируя оружие и покашливая. Не кашлянёшь – подумают, пугало заводное: целый день будет жужжать, пока завод пружины не выберет запас.
Алевтина замерла позади оператора, сказала, не подумав:
– Пусть бы пальнул который, для приличия.
Солдатик, не оборачиваясь, осадил:
– А он в ответ! Калибр, свойства начинки, последствия – ничегошеньки неизвестно. Этой команды в базе данных нет. Новенькие.
– А я бы рискнула.
– Жить надоело? – Оператор только теперь оглянулся. Только теперь, когда в кадре появился старец. Этот точно из Леса, Алевтина видела разок.
Заговор, помавание руками – он знал, для чего пришёл. Свечение порталов стало меркнуть, каждый вернулся в свои владения.
Полковник фиксировал на фотоаппарат последовательность движений, оператор записывал сочетания звуков, из которых позже, после расшифровки, они срастутся в слова, пусть и не понятные. Старый русский язык сильно отличается от современного. Пушкин был не прав в одном: он предложил версию, а её взяли и раскрутили. Вот как бывает: валялось на дороге, все проходили мимо. Алевтина тоже скромно сомневалась, но вопрос не поднимала. Пока приходят старцы – незачем головы занимать древностями.
Тревожная группа вернулась в расположение, ей доложили обстановку. Хоть и застали её у экрана, но приятно услышать из её уст: «Вы молодцы! Так им и надо!»
Только ночь на том не закончилась, за пятнадцать минут до рассвета, когда ночной ужин подали на столы, разведчик прислал сообщение о вторжении марсиан.
Полковник лизнул кашу с самого краешку, приказал всем – повторить: делай, как я,ю делай лучше меня! И снова служба позвала в дорогу. Алевтина увязалась с ними, ей выделили спецвелосипед, с двумя выступающими рогами. На этой машине можно атаковать противника в лоб, подцепить и отвести, куда следует. Не на танцы, как балуют шутники.
Вахтёр поспорил для разнообразия, но выпустил команду. Алевтину, по её просьбе, прикрыли плащ-палаткой, на случай опознания. За воротами уже всё стало по-настоящему: построились и побежали в ногу, светила луна, указывая направление. Алевтина с рогами впереди, на вершине счастья, поскольку тыл был надёжно защищён. И только кто-то один не восхищался вращением педалей, хорошо – не советовал свалиться в кювет.
Полковник шагал рядом, слева, помогал увеличивать давление на педаль. То, что касался ноги в чулке, никого не смущало: дело в первую очередь, разговоры и допросы после. А шагал он молодцом, широко шагал, соизмеряя ширину шага с полным оборотом большой звёздочки, или ведущей, по паспорту. Шагал да похваливал себя за находчивость: в прошлый раз даже ревизоры не нашли велосипеда, а нынче – как сам выбрался из засады.
– Я сойду на секунду, – предупредила Алевтина, взяла правей и остановилась. Стала вглядываться в лица попутчиков: кто же из них ей желает?
В последней шеренге бежал Перец. Разглядев контроль на обочине дороги, надвинул каску на лицо, задумал проскочить. Но надо знать Алевтину, хоть немного. Она зашла с тыла и выхватила из стройных рядов бойца, одетого не по форме. Это очень бросалось в глаза, даже ночью.
– Привет, красавчик, – в её голосе можно было поймать мелодии на любой вкус. Народная песня «Валенки» проступала чётче других.
Перец и прикинулся валенком:
– Смотри, дорогу за ночь проложили. Эх, времена! Раньше за ночь дворцы ставили.
Она крепко удерживала его за руку, на одном месте ему не стоялось, рвался в бой. Впереди полковник сыпал приказами, кому стоять на месте, кому окружать. Конечно, очень хотелось на передний край, в самую гущу сражения, только крепкая рука ведуньи сдерживала инициативу и поэтический порыв.
– Спокойно, успеем, – в её интонациях было столько уверенности, что сомнения прочь.
По мере приближения, они расслышали доклад разведчика:
– Сижу в засаде, никого не трогаю, и тут эти двое. Думали, не опознаю: тарелку посадили вертикально, сами по верёвке спустились. Если бы я раньше не видел марсиан, то не применил бы оружия.
– Ты, без команды, открыл огонь?
– А что оставалось делать? На Землю напали – я молчать не собираюсь.
– Кто тебе сказал, что это марсиане? Считать разучился? Марсиане по двое не ходят, ты третьего не поискал?
Не понимала Алевтина этих неуставных отношений, когда один угнетает, второй выслушивает, поплёвывая через губу. В прошлый четверг полковник сделал ей предложение, и в пятницу уже забыл. Она полдня простояла у загса, а он проехал мимо и помахал ручкой. Импортная ручка, четырёхцветная. Променять можно, но на эту безделицу? Я тебе не прощу. Она почти поклялась, разрывая на клочки заполненные бланки, швырнула документальное подтверждение несостоявшемуся в урну. Мы и не такого видели, принимай обратку. Сна-то его лишила, но и сама угодила под раздачу. Защиту на него кто-то поставил, может, и лесные старцы. Шестые сутки глаз сомкнуть не может, поэтому душа требует выхода. Пробовала во вселенную – щёлкнули по носу, вернули обратно: дескать, не все дела завершила на Земле, ступай-ка ты, милая, хорошенько осмотрись…
Перец был ещё на Материке, у него не было мотива, да и кишка тонка. А тут марсиане.
Подошли с Перцем поближе. Два трупа, один другому протянул кошелёк. Видно, перед смертью хотел вернуть долги. Спонсор в первый миг застеснялся: какие, мол, счёты между друзьями? Нет-нет, ты оплатил поездку в трамвае…
Кто скажет, когда правда наступит на хвост? Что день грядущий нам сулит, знать не дано. Жена, небось, провожала в дорогу, напоминала: чтобы к обеду успел. А тут засада, воин действовал по факту: вторжение имеет место – получи гранату. И лежат они такие, мягкие, безвредные; если перебинтовать одного, так и выживет, гляди. Но решение принято: пусть планета сама решает, оставить в живых или на удобрение.
Полковник выслушал доклады. Обежали город подчинённые, обнаружили многочисленные повреждения ящиков. Оборудование, в целом,