Коллекционер - Александр Варго

Тула?!

Шибаев, Шибаев…

«Паша, мать твою, — ошеломленно подумал Максим, пытаясь подцепить ногтем скотч, которым была тщательно замотана посылка. Это ему не удалось, и он схватил канцелярский нож, принявшись торопливо вспарывать коробку. — Ты ли это, Фельдмаршал гребаный?»

— Хорошая у тебя память, предводитель, — вслух проговорил Долин. — Даже запомнил, где я работаю…

Это было неудивительно. Когда Павел приехал в Москву, Максим был еще на работе и сам сообщил бывшему приятелю адрес компании, где они позже встретились.

Лезвие на мгновение уперлось в перекрученную ленту скотча, и он нажал сильнее. Острый нож рассек липкую преграду и по инерции поехал дальше, зацепив большой палец Долина. На коже тут же выступили капли крови, и Максим выругался, сунув порезанный палец в рот.

Из коробки показался уголок прозрачной упаковки, и Максим вытряхнул содержимое на стол. Это оказался небольшой пакетик с солдатиками. Одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться в ничтожной ценности данного набора: подобную дешевку с пометкой Made in сhina иногда можно увидеть в киосках, где продаются газеты и прочая лабуда. Максим взял упаковку, чтобы разглядеть фигурки повнимательнее. Материал, как и качество литья, был дрянного качества: даже при беглом рассмотрении Долин заметил, что некоторые выступающие части солдатиков отломаны. Возможно, повреждения были получены при транспортировке посылки. А может, фигурки изначально были сломаны, и упаковщик, не особенно заморачиваясь, запихнул брак в пакетик.

Брезгливо положив упаковку обратно, Максим на всякий случай заглянул в коробку и увидел внутри свернутый листок, который каким-то чудом не выпал при вытряхивании. Выудив его, Долин прочитал отпечатанный на принтере текст:

«Нос выше, Старлей. Жизнь продолжается. Если ты не передумал собирать заново, пусть это будет основой для твоей будущей коллекции. Фельдмаршал».

Выступившая из раненого пальца кровь капнула на записку, и Максим, словно стыдясь, торопливо скомкал ее, после чего кинул в мусорное ведро. Туда же отправилась искромсанная коробка. Участь солдатиков пока еще была под вопросом.

«Вот гад», — пронеслась у Долина мысль.

Он не верил в альтруизм и доброту Павла. Вместо того чтобы присылать это никчемное дерьмо из вонючего пластика, которым даже ребенок не станет играть, он мог бы пригласить Максима на встречу в Питер, куда уже были созваны все участники форума. В ближайшее время там планировалась очередная выставка производителей военно-исторической миниатюры и техники.

Никто даже не вспомнил о Долине, когда обсуждалась поездка, будто он был уже отработанным материалом, и по без того уязвленному самолюбию Максима это било больнее всего. Нет, первое время ему выражали соболезнования, но теперь он чувствовал себя брошенным и опустошенным. В какой-то степени его можно было сравнить с байкером, который ехал с большой тусовкой, но вот у него сломался «железный конь», и теперь вся колонна едет без него, а растерянный байкер стоит у обочины, на-хрен-никому-не-нужный, при этом обдаваемый клубами пыли и газовыми выхлопами. Про него все забыли, вот и все.

«Жизнь продолжается».

Наружу рвался истеричный хохот. Точно. Совершенно некстати вспомнился еврейский анекдот, когда на пепелище плачет старый еврей, а к нему подходит сосед:

— Что случилось, Абрам?

— Да вот, дом сгорел…

— Ох, горе какое… А жена твоя где?

— И жена сгорела.

— Какой ужас! А дети?

— Дети тоже сгорели.

— Ужас! Ну а вообще, как дела?

В кабинет заглянула Аня.

— Ну что, посылка оправдала надежды? — улыбнулась она. Видимо, вид у Максима был неважный, поскольку улыбка быстро сползла с ее лица. — Все в порядке?

— Да. Немного порезался, — пояснил Долин и снова сунул палец в рот.

— У меня есть пластырь.

— Спасибо, не надо.

Девушка пожала плечами:

— Ну как хочешь.

Как только за ней закрылась дверь, затрезвонил телефон Максима. Звонил Ярослав.

— Ты в обед сможешь приехать? — спросил он. — В час или полвторого.

— Куда? — сразу подобрался Долин.

— К Дому художника, куда же еще.

— Постараюсь.

— Уж пожалуйста, постарайся. Если опоздаешь, меня уже не будет, — предупредил Ярослав и завершил вызов.

Максим сунул «подарок» Павла в карман. Выбросить солдатиков, пусть даже такой неликвид, у него не поднималась рука. Во всяком случае, пока.

С трудом дождавшись обеденного времени, он заглянул к Ане в приемную:

— Мне отлучиться надо, я скоро.

— А в зале кто-нибудь есть?

— Сашка обещал прикрыть.

— Ладно, — согласилась Аня. — Только если шеф снова орать будет — пеняй на себя. Его пока нет, так что молись, чтобы он не вернулся раньше тебя.

«А ведь все могло сложиться иначе», — думал Максим, невидяще глядя в темное окно вагона поезда. Он вдруг вспомнил, что, когда был маленьким, в туннеле можно было разглядеть крохотные красные лампочки, которые он всегда пересчитывал, вплотную прижавшись к стеклу. Но тогда это было советское метро, теперь уже таких лампочек нет…

Да, если бы тогда выиграл Павел, сейчас на месте Максима был бы он. Потому что Ярослав сразу объявил, что количество мест для выставки ограничено и в лучшем случае счастливчиком станет лишь один из них. Предложение было заманчивым, тем более что ходили слухи о визите иностранных коллекционеров. Неудивительно, что практически все участники форума загорелись идеей показать свои коллекции. Кроме разве что Романа с ником «Техас», который принципиально собирал только Дикий Запад. Дело в том, что Техас жил в Комсомольске-на-Амуре и добираться со своим богатством до Москвы ему было бы затратно и весьма проблематично.

Впрочем, даже для местных поездка на это мероприятие была делом муторным. У Максима ушло не менее трех недель, чтобы качественно упаковать свою коллекцию. С другой стороны, игра стоила свеч. Во-первых, общение на выставке сулило новые знакомства и полезные связи. Во-вторых, появлялась возможность выхода на частные аукционы, где можно было приобрести вожделенные раритеты, которые до этого безуспешно искались годами. В-третьих, это просто приятно, когда приходят люди (как сотрудники прессы, так и просто любопытные) и восхищаются твоей коллекцией.

Поскольку желающих участвовать в знаковом событии оказалось много, было принято решение о жеребьевке. В итоге к финишу вышли он и Павел, но судьба выбрала Максима. Правда, счастье длилось недолго, и, сверкнув лучиком надежды, фортуна очень быстро скрылась за тучами. Праздничная карета в мгновение ока превратилась в гнилую тыкву, увы и ах.

Выйдя из метро на станции «Октябрьская», Долин уже через несколько минут был на месте. И хотя официально Дом художника перешел под юрисдикцию Третьяковской галереи, москвичи по привычке называли этот исторический выставочный центр так, как было всегда. Максим обратил внимание, что реставрационные работы уже шли полным ходом. Эх, если бы по мановению волшебной палочки можно было восстановить