Инженер среди ходячих - Lex Nov

Не добавляя комментариев, Айзек развернулся и сделал несколько шагов к забору. За ним, среди кустов, торчал старый ржавый столб. Он плавно поднял руку. Три синих луча мгновенно легли на металл, образуя дрожащую светящуюся точку.

Раздался звук — словно приглушённый писк, от которого многие невольно вздрогнули. Из сопла вырвался ослепительный снаряд. Он на долю секунды коснулся столба.

Верхняя часть столба, толщиной в руку, с глухим лязгом рухнула в траву. Срез светился раскалённым добела и медленно остывал, наливаясь багрянцем. В воздухе повис резкий запах горелого металла.

Айзек выключил прибор. Дуло с шипением сложились обратно. Он повернулся к людям, которые смотрели теперь не только с ужасом, но и с каким-то ошеломлённым уважением.

— Плазменный резак, — сказал он просто, как о самом обыденном деле. — Режет сталь, бетон, арматуру. — Он сделал небольшую паузу, давая этим словам улечься. — И любые конечности.

Лили медленно выдохнула, её поза потеряла напряжённость.

— «Любые конечности»... — повторила она, кивая, больше себе, чем ему. Теперь в её взгляде читалось не требование, а попытка осмыслить. — И... и эта штука на спине?

— По сути это преобразователь энергии, которая нужна для всего этого, — кивнул Айзек, похлопав по плечу где была пластина. — Без неё — просто кусок железа. А с ней... — он бросил взгляд туда, где упал столб, — с ней можно делать то, что нужно, чтобы выжить. А теперь давайте поедим, а то я сейчас готов съесть даже свой резак.

После всей демонстрации технологии одного инженера вечерний воздух у трейлера был наполнен редким чувством спокойствия, ложки скребли по мискам с кашей. Айзек только взял в руки свою порцию, как из-за ворот, за которыми уже сгущались сумерки, донёсся отчаянный, срывающийся на крик голос:

— Помогите! Откройте! Ради бога, умоляю вас.

Мгновение — и идиллия рухнула. Стулья с грохотом отодвигались. Айзек одним движением поставил миску. Лёгкое жужжание, и в его руке с шипящим звуком развернулся плазменный резак. Три синих целеуказателя замерли в воздухе.

Он вместе с Ли, Кенни и Марком рывком бросился к воротам. Заглянув в щель между досками, он увидел двух молодых парней, буквально прижавшихся спинами к деревянному полотну. Чуть дальше ходячие — пять-шесть тварей, — уже выходили из леса на дорогу, медленно, но неотвратимо приближаясь.

Парни были в возрасте студентов. Один из них, который выглядел довольно худым и с мелкой растительностью на лице лихорадочно бил кулаками по воротам, его лицо было искажено паникой. Второй, с взъерошенными тёмными волосами, пытался оттащить его, оглядываясь на приближающихся мертвецов. Их одежда — когда-то спортивные кофты и джинсы — была в грязи и порвана, рюкзаки болтались за спиной. Никакого оружия, кроме найденной где-то палки, у них не было. Выражение их лиц говорило об одном: они бежали долго, они загнаны в угол.

— Откройте, пожалуйста! Мы одни! — вопил парень, и в его голосе слышалась истерика.

Мертвецы уже были в двадцати метрах, их хриплое дыхание и шарканье стало отчётливо слышно.

Марк метнул взгляд на Айзека и Лили:

— Решать надо. Сейчас впускать или нет?

Айзек молча оценивал: расстояние до ходячих, прочность ворот сделанных из мусорных баков, состояние этих парней. Его палец лежал на спуске резака. Этот инструмент мог резать арматуру. И живую плоть. Сейчас нужно было решить, кого он будет резать. Лили перевела взгляд на Айзека, явно давая ему право выбора.

Двое парней, вжались в импровизированные ворота — два сцепленных ржавых мусорных контейнера на колёсах. Удары снаружи уже отдавались в металле глухим гулом. Айзек даже не взглянул на засов. Он резко отвёл в сторону руку в перчатке. Раздался нарастающий гул, и массивный мусорный контейнер со скрежетом по асфальту отъехал в сторону, открывая проход.

— Внутрь! — рявкнул Кенни, но парни уже продирались в щель.

Айзек шагнул в проём. Он был спокоен, как камень. Шесть пар мёртвых глаз уставились на него.

Он поднял руку. На земле у забора лежал тот самый обрезок трубы, который он срезал резаком. Труба дёрнулась, сорвалась с земли и по прямой, как выпущенная из рогатки, вонзилась в голову ближайшего ходячего. Удар был таким сильным, что снёс ему верхнюю половину черепа.

Не теряя темпа, Айзек повернул ладонь к груде стройматериалов, которые успели натаскать парня за несколько дней. Массивная доска сорвалась с земли и по прямой линии выстрелила, прошив грудную клетку второго мертвеца и отбросив его тело назад, и судя по тому что он не мог подняться у него был перебит позвоночник.

Только тогда он поднял плазменный резак. Ослепительно-белые сгустки плазмы вырывались из треугольного сопла. Один выстрел — и у третьего ходячего испарилась половина головы. Второй выстрел — четвёртый лишился обеих ног по колено. Айзек методично, почти не целясь, расстреливал приближающиеся фигуры.

Когда от шестёрки оставалось только двое, к нему подошёл Эдвин.

— Айзек, — сказал он тихо. — Можно хотя бы одного взять целым? Для изучения.

Айзек, не отводя взгляда от двух оставшихся ходячих, медленно кивнул. Он прицелился резаком в первого. Точный импульс — и отсёк руку по локоть. Ещё один выстрел — вторая рука. Третий выстрел — нога по колено. Искалеченный ходячий, лишённый точек опоры, тяжело повалился на землю. Он лежал, судорожно дёргая оставшимися конечностями, шипя, но абсолютно безвредный.

Айзек перенёс прицел на последнего, шестого ходячего, и без колебаний спустил курок. Голова испарилась в облаке пепла.

Тишина, наступившая после боя, была оглушительной. В воздухе пахло горелой плотью. Айзек опустил резак.

— Уберите его в сарай, а то поле не захватывает живых... Ну не совсем мёртвых — ровным голосом сказал он, кивнув на обрубленного ходячего. — И привяжите. Эдвин, он ваш.

Затем он повернулся к двум студентам, которые, обнявшись, сидели на земле и с ужасом смотрели на него.

— И что же с вами делать...

— И что же нам с вами делать? — этот вопрос повис в воздухе. Я не хотел принимать их в нашу группу, потому что не знал, что это за люди. На первый взгляд они выглядели как обычные