Крепость - Артем Каменистый
Пообщавшись с ними, мы выяснили, что все они уже сталкивались с преследующими южанами. Те уже рядом, их передовые отряды находятся приблизительно на той линии, что ещё недавно отделяла нашу территорию от земель, оккупированных южанами.
Враг уже так близко, что при желании мы можем до него достать птицами дальней разведки. Уже утром он окажется здесь.
Готовы ли мы его встретить?
Утро покажет.
* * *
Я слегка ошибся со временем, потому что до утра ждать не пришлось. Самые нетерпеливые ассиопцы вышли к лагерю в темноте, за три часа до рассвета. Причём заглядывать в него не стали, промчались мимо, торопясь как можно дальше забраться по тракту.
Всего-то неполные три сотни всадников. Немного, но качественный состав внушает: и обычных альф хватает, и магов немало. И те и те любили показывать свою силу специфическими деталями одежды, оружия и амуниции, так что видно их издали, а темнота нам не великая помеха. Судя по обильному блеску драгоценностей, в этом отряде чуть ли не каждый первый принадлежит к военной элите.
Вот по этому блеску филин разведчиков и заметил их загодя, так что мы успели предупредить заслон дружинников и даже его усилить.
Разряжать ради столь невеликих сил дорогущее заранее устроенное «минное поле» не хотелось, и, несмотря на наличие у противника опасных вояк, я решил, что мои ребята справятся.
Те, впрочем, на этот случай имели ящики с заранее настроенными «боевыми пирамидками» старого образца, и разбросали содержимое одного из них прямо по краю брусчатки. Опасные сюрпризы замаскированы под комки навоза, в глаза не бросаются, разве что сканирующими навыками кто-то выявит, или среди врагов найдутся последователи учения мастера Тао и обратят внимание на странное поведение ци в некоторых точках.
Пронесло.
Не заметили.
Связист из заслона передал через артефакт условный сигнал, который бойцы ещё и запущенной ракетой продублировали.
Глядя, как она поднимается над тёмным лесом, оставляя за собой россыпи искр, я сломал золотую пластинку, ощутив при этом, как характерно заволновался ПОРЯДОК, реагируя на бурный поток качественных трофеев, хлынувший в Скрытое вместилище.
Ну а после просто просидел на валу десять минут, ожидая отчёта от своего связиста. Тот доложил, что потерь нет, потому что дружинникам, по сути, воевать не пришлось. Враг был силён, но рунные боевые артефакты оказались сильнее. Несколькими залпами мои бойцы угомонили тех, кого пощадили смертельные лучи, после чего осталось добить покалеченных.
Причём завершающая расправа оказалась скорее актом милосердия, чем повсеместно принятой в этом мире людоедской практикой. Всё ещё цепляясь за некоторые вещи из первой жизни, я до сих пор не свыкся с жестокостью аборигенов Рока, но в этом случае случившееся мою совесть не задело. Ведь ранения, что наносили «мины», почти всегда оказывались чудовищными, без немедленного вмешательства лучших лекарей большая часть пострадавших была обречена.
И даже тем, которым успевали помочь, не позавидуешь, потому что им требовались ещё более лучшие лекари.
Без их услуг они оставались инвалидами.
Выслушав связиста, я отправился спать. Нет, я не устал, но отдых лишним не бывает.
К тому же приходится время от времени предоставлять Старцу возможности для общения. Если ночью всё время бодрствовать, он злится, а злить его — последнее дело.
* * *
В эту ночь поспать мне не удалось, причём нехороший Старец в этом не виноват.
Император, наконец, соизволил вспомнить о своём последнем деснице.
Да-да, хотя «порядковый номер» у меня уже, как бы, не тот, для их величества это вряд ли имеет значение. Я для него всё тот же непонятный, проблемный и полный необъяснимых загадок Кроу, появившийся вдруг из небытия с фурором и продолжающий удивлять окружающих всё больше и больше. По какому-то неписаному закону империи меня полагается оберегать, как последнего носителя некой «чистой линии древней крови Арсы» (я так и не выяснил, что именно под этим подразумевается), при этом у меня мало того, что множество сильных врагов внутри страны, так ещё и внешние недруги вдруг добавились.
Тоже неслабые.
Оберегать меня при таких раскладах хлопотно, ведь так можно сделать моих недоброжелателей своими врагами, а у правящей семьи их и без того хватает. Вероятно, именно поэтому император благоволит мне на словах в приватных разговорах, однако реальной помощи и признания с его стороны немного.
На порядки меньше, чем выгоды, которую он от меня получает.
Пока я всячески чудил в Мудавии, такие расклады его вполне устраивали. Полную свободу действий предоставил, развязал руки и отвернулся. Ну а почему бы и нет? Да сожги я по глупости всю страну, получится невеликая потеря для империи, ведь в Раве это «недогосударство» уже приговорили. Так что большого смысла вмешиваться в мои действия не было.
Но вот то, что и здесь, на театре важнейшей для Равы войны, он нечасто ко мне обращается, объяснить теми же мотивами не получается.
Неправильно это и странно.
Рожа у Гласа сонная, но глаза при этом ясные.
И чужие.
Не бывает у Гласа такого умного взгляда.
По понятным причинам.
— Гедар, нам доложили, что ты со своим отрядом остался в старом лагере, дабы задержать противника. Это действительно так?
— Да, ваше величество, всё верно.
— Тебе это приказал мой сын?
— Нет, я вашего сына после битвы у Солёного озера не видел и не знаю, где он сейчас находится. Так что это моё решение.
— И почему же ты решил поступить именно так?
Я пожал плечами:
— Ваше величество, так получилось, что если здесь никого не останется, мы рискуем потерять почти всю армию, ведь спасутся лишь самые быстрые воины. Эмэс сначала собирался сделать это сам, но увидев, как хорошо я устроился, согласился, что справлюсь без его помощи. Мне ведь проще, чем всем прочим задержать южан подольше.
— Я не понял: почему он не остался с тобой⁈ — нахмурился император.
— В этом ни я, ни он не видели смысла. Да, он хороший воин, но ведь один боец погоды не сделает. К тому же Эмэс пусть, формально, и не десница, а просто перст, опыта в некоторых делах у него побольше, чем у меня. Для страны будет лучше, если этот опыт поработает для организации второго заслона, ведь именно там сейчас самая важная наша позиция.
— Его опыт в битве при Солёном озере ничем нам не помог, — мрачно заметил император. — Ты действительно считаешь, что в том заслоне