Лучший травник СССР 4 - Сергей Александрович Богдашов

Приподняв голову Семёна, влил ему в рот ровно два глотка.

— Горько, — прошептал он.

— Терпи. Сейчас тебе будет теплее и легче. Заодно и обезболили тебя уже хорошо.

Через минуту он и правда почувствовал облегчение — дыхание стало глубже, в ногах запульсировало, а по всей спине разлилось тепло.

Мамин, заметив, что зелье заработало, кивнул и положил ладони на поясницу больного. Я видел, как его немногочисленные энергощупы вошли в тело, нащупали сплюснутый поломанный позвонок и начали осторожно, миллиметр за миллиметром, выправлять его.

Ирина стояла рядом, держа Семёна за руку и что-то тихо говорила — нет, не заклинания, а простые слова, успокаивая, от которых наполовину оглушённый парень постепенно перестал дрожать.

Через сорок минут позвонок встал на место. Мамин удержал его Малым Исцелением, я подстраховал своим щупом. Семён вдруг шумно выдохнул, и по его телу прошла дрожь — не болезненная судорога, а облегчение.

— Ноги, — сказал он удивлённо. — Я вроде бы чувствую ноги.

— Это только начало, — улыбнулся я. — Теперь рёбра на очереди.

С рёбрами возились вдвоём: Мамин вправлял, я корректировал и крепил. Снадобье уже вовсю работало, размягчая костные мозоли и облегчая нам лечение, и это помогало. Трижды я перехватывал управление, когда у Мамина начинали дрожать щупы — всё-таки нагрузка была колоссальная. Но он не отступал, только сжимал зубы и продолжал работать. Упорный.

Мы с ним выпили по восстанавливающему зелью. Дорогому, сложному, но не время страдать по его стоимости.

К утру мы управились с самыми опасными местами. Тазовый осколок извлекли, не разрезая кожи, — Мамин вывел его по старому раневому каналу, а я закрыл повреждённый участок Малым Исцелением. Селезёнку оставили на потом, но гематому в лёгком убрали. Семён впервые за долгое время вдохнул полной грудью и… заплакал. Беззвучно, редкими одинокими слезами.

— Это он от облегчения, — тихо сказала Ирина, поглаживая его по плечу. — Нервная система разгрузилась.

— Знаю, — присел я у кровати. — Ну что, Семён, будешь жить?

— Буду, — прошептал он. — Только… я очень хочу встать на ноги. Хотя бы раз.

— Встанешь. Не сегодня. И не завтра. Но через неделю-другую — точно. Скажи спасибо вот этим людям. Они тебя с того света вытащили. Ну, или к жизни вернули.

Он перевёл взгляд на Мамина, на Ирину, и губы его дрогнули.

— Спасибо, — сказал он. — Я уж думал, всё. Закончился боец.

Мамин только кивнул, вытирая лоб рукавом. Ирина всхлипнула и отвернулась. А я вышел на крыльцо, вдохнул холодный утренний воздух и понял, что мы только что сделали. Не просто его стабилизировали — вытащили. По-настоящему.

Ко мне подошёл Василий с кружкой крепкого горячего чая.

— Ну и как?

— Нормально прошло, — я сделал глоток. — Теперь таких вот будем учиться вытаскивать намного быстрее.

— А этот как?

— Будем учить его ходить. Дадим ему неделю на выздоровление и полмесяца на реабилитацию. И много-много хорошей и правильной еды. Это важно и нужно. Съездишь в село? Нам нужно много мяса, ушей и лыток на холодец.

* * *

— «Пусть ты и с учениками работал, но и сам неплохо поднялся. Похоже на то, что часть Силы от учеников по вашему уговору тебе поступает», — известил меня наставник, когда мы под вечер расползлись на отдых.

— Много?

— «Откель я знаю, — с чего-то вдруг перешёл наставник на простонародный язык, начав придуриваться, — Навскидку, чуть больше четверти, а может и вовсе треть он них тебе идёт».

— Ну, если так, то терпимо. А то пришлось бы мне изолироваться, чтобы их росту не мешать.

— «Не. Никак. Хоть в погреб спрячься, а Сила тебе по уговору поступает. Пока ты их учишь, так и будет».

Надо же, как всё просто оказывается. Взял учеников, а они с тобой собственным опытом за обучение расплачиваются.

Хм-м… А ведь идея и не так уж плоха…

Это я к тому, что в Свердловск уже прибыл, пусть и не совсем негр, но вполне потенциальный ученик, и если с ним сработает…

Вот прямо представил себе, как я на Кубе организую курсы повышения квалификации.

Этакие, первоначальные. И пусть новички мне много маны не родят, но если взять на прокачку несколько групп, да человек по тридцать — сорок, то есть о чём поговорить…

— Хм-м, Ратибор, а если ученики на Кубе будут, а я здесь, на Урале, то и до сюда опыт достанет? — решил уточнить я немаловажный вопрос.

— «Да хоть на Луне пусть будут», — отмахнулся от меня наставник, — «Не мешай, там жена твоя кубинские семена сегодня высадила, и часть из них только что ростки дала после её магии. Изучаю. И ты делом займись. Научись уже магией врагов встречать».

— Не, я как-бы только «за»! Кого-то магией приветить — милое дело, но как?

— «Сам догадаешься или подсказать»? — с явной насмешкой спросил Ратибор.

— Лучше, конечно, подсказать. Проблем выйдет меньше, — вздохнул я, смирив гордыню.

Чую, мне не раз этот момент припомнят.

— «У тебя заклинание Среднего Исцеления из трёх блоков состоит. Поменяй там знаки плюс на минус и вот этот блок добавь. Это Паралич», — коротко выдал наставник и умотал в теплицы.

Для него, если что, моё усиление тоже даром не прошло. Если он раньше, когда мы только познакомились, лишь в пяти — шести шагах от Дуба шариться умел, изучая травы, то нынче метров пятьдесят — семьдесят вокруг уверенно контролирует, а уж чует и куда как дальше. Так что сейчас он этаким незримым призраком вокруг рассады кружит.

С лечением мы выложились по полной. Восстанавливающих зелий не хватило, пришлось нам с Маминым гонять на древотерапию. Ему к лиственнице, мне к Дубу.

Ирина же… она хорошо устроилась. Её моя жена «подзаряжала», причём, легко. Этак, между делом махнув рукой. Вот жеж ведьмы… Даже завидно, если что. Шикарно устроились.

Пусть заклинания у них и не настолько эффективны, как у меня, но резерв Силы у ведьм офигенный.

Зависть. Пусть и не чёрная, но именно она меня толкнула на глубокое изучение функционала ведьмака.

Хе-хе-хе, и я нашёл! Пусть и не Имбу, но вполне себе бодрую связь с ведьмочками моего Ковена.

И это не только общение, но и энергетический канал. Не сказать, чтобы ах какой, но почти