СССР. Книга 7. Калейдоскоп миров. - Анатолий Бурак

Но то — какой-то абстрактный, абсолютно незнакомый мне монарх одной островной державы. Лёгким росчерком пера анкционирующий постройку ещё одной плавающей деревяшки. К тому же, оплаченной не лично заработанными а, как правило, добытыми не совсем честным а, зачастую и вовсе преступным путём, деньгами. А то я… Любимый и, для себя самого, единственный в своём роде и ни разу неповторимый, но, при этом, как только что выяснилось, черезчур хитровыебанный индивид. Извините за мой французский.

Ну, короче, вы поняли, да?

Становившееся, с каждой минутой всё более тягостным молчание, начинало утомлять. Но, к счастью а, вернее, совсем даже наоборот, к великому моему «несчастью» мой временный водитель, наконец решился.

— Ваше Высочество. — Осторожно начал он. — Скажите, не могли бы вы посмотреть на ещё одного пациента? — И сразу же, словно боясь моего немедленного отказа, зачастил. — Знаю, что по слухам, вы тратите на излечение время своей жизни. Но, мы с ребятами собрали почти десять тысяч рублей. А, кроме как к вам, больше обратиться не к кому. К тому же, принялся горячё убеждать меня он, это очень, очень большая сумма!

«Сука, блядь! Да ты козёл ёбанный»! — Еле сдерживаясь, чтобы не выругаться вслух, скрипнул зубами я. — «Мало того, что набрался наглости требовать от меня что-то, так ещё подчинённых данью обложил»!

Видимо, что-то такое отобразилось на моём, исказившемся от гнева, потемневшем и закаменевшем лице. Так как, поймав мой взгляд в зеркале заднего вида, начальник охраны чуть сбавил скорость. И, обернувшись, более развёрнуто описал ситуацию.

— Не подумайте, Ваше Высочество! — Поспешно и, я бы даже сказал, несколько испуганно зачастил он. — Прошу, и в коем случае, не для себя! — И, торопясь миновать, прямо скажем, возникший исключительно по его вине, неловкий момент, снова затараторил. — У одного из наших сотрудников тяжело больна жена. Я не вникал досконально но, что-то с почками. Врачи говорят, что в нашей стране вылечить подобное заболевание практически невозможно. Да и за рубежом, если честно, даже при условии, что её кто-то отпустит в Западную Германию или Швейцарию и выделит на это дело драгоценную валюту, тоже очень мало шансов.

«Ну, слава Тебе, Создатель, что всё не так плохо, как я вначале подумал»! — С облегчением выдохнул я. И, еле удержавшись, чтобы не сотворить Святой Круг при посторонних, я сделал этот жест мысленно. — «Чуть до греха не довёл, со своей игрой в таинственность, дурак проклятый»!

А начальник моего личного, как уже говорил, то ли конвоя а, может быть, чем чёрт (прости меня, Всевышний, за упоминание имени врага Твоего) не шутит и, в самом деле, настоящей, искренне заботящейся о целостности моей бренной тушки, охраны, видя что «морда лица» у меня разгладилась, нерешительно улыбнулся.

Однако, видимо, не желая давить, продолжил молчать и не произносил не слова. Но, тем не менее, смотрел, хоть и с глубоко скрытыми но, всё-таки, хорошо видимыми мне, страхом, и ожиданием.

Первой моей реакцией, само-собой, было вежливо его послать. Отболтавшись всякой, стандартной в таких случаях, чушью, воде «занятости», «невозможности выкроить время» и тому подобной чепухой.

К счастью, не то, чтобы для меня но, для неизлечимо больной супруги одного из КГБэшников точно, вовремя вспомнил об одном, похожем случае. Ну и, о главном действующим персонаже этой, на долгие годы затянувшейся и очень некрасивой и неприглядной истории, по имени Дмитрий Фёдорович Поляков.

Для того, чтобы вы поняли, о ком речь, далее приведу сухие строки, почерпнутые мною из Википедии двадцать первого века.

Итак, "Дмитрий Фёдорович Поляков. Окончил Академию имени Фрунзе, курсы Генштаба и был направлен в Главное разведывательное управление (ГРУ). C мая 1951 по июль 1956 года в звании подполковника работал в США под прикрытием, в должности офицера для поручений при представительстве СССР в Военно-штабном комитете ООН. В те годы у Полякова родился сын, который через три месяца заболел трудноизлечимой болезнью. Для спасения ребёнка была нужна сложная операция стоимостью 400 долларов.

Денег у Полякова не хватало, и он обратился за материальной помощью к резиденту ГРУ генерал-майору И. А. Склярову. Тот сделал запрос в Центр, но руководство ГРУ отказало в этой просьбе. Американцы, в свою очередь, предложили Полякову прооперировать сына в нью-йоркской клинике «в обмен на некоторые услуги» США. Поляков отказался, и сын вскоре умер.

В 1959 году вернулся в Нью-Йорк в звании полковника под прикрытием в должности начальника секретариата представительства СССР при Военно-штабном комитете ООН (реально же — заместитель резидента ГРУ по нелегальной работе в США).

8 ноября 1961 года по собственной инициативе предложил сотрудничество ФБР, назвав на первой встрече шесть фамилий шифровальщиков, работавших в советских загранпредствительствах в США".

Конец цитаты.

И это только начало. Впоследствии, на протяжении более чем двадцати пяти лет этот, пошедший на измену Родине человек, выдавал идеологическому противнику все секреты, до каких только мог дотянуться.

В конечном итоге был разоблачён и, в одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмом году расстрелян.

Ну да, хрен бы с ним, с этим Поляковым. Раз, все эти годы Страна стояла, и даже развивалась очень даже хорошими темпами, то, по всей видимости, не такие уж и страшные тайны приносил он на блюдечке своим новым хозяевам.

Сегодняшняя же ситуация волновала тем, что она, практически один в один, повторяла события чуть более чем шестнадцатилетней давности.

И тут и там заболевшие родственники. И я, только что чуть было не совершивший очень большую глупость. Отказав тому, кто приставлен для охраны. Моей и, самое основное, беззащитных и уязвимых по сравнению со мной, девочек.

В общем, прокрутив всё это в своей непутёвой голове, я принял решение и, подтверждающе кивнув, согласился.

— Хорошо, я посмотрю. Едем.