Это потому что я чёрный? - AI Caesar

Они падали в Чёрный Предел. И главные проблемы только начинались.

Падение казалось бесконечным.

Ветер ревел в ушах, выбивая из лёгких остатки воздуха. Вокруг царила абсолютная, непроницаемая тьма шахты, сквозь которую они летели в неизвестность. Нереван успел лишь сгруппироваться, прижав к груди лук, чтобы не сломать его при неизбежном ударе.

«Интересно, — мелькнула отстранённая мысль, — если я разобьюсь насмерть, мне вернут деньги за тот белый плащ?»

Удара о твёрдый камень не последовало.

Вместо этого спина скользнула по гладкому, изогнутому металлу. Вертикальная шахта перешла в изгибающийся по спирали жёлоб, плавно гасящий скорость падения. Свободный полёт сменился бешеным скольжением. Данмер заскрежетал зубами, когда металл начал нагреваться от трения сквозь толстую кожу куртки.

Впереди забрезжил тусклый синеватый свет. Жёлоб резко выровнялся, подбросив летящие тела в воздух, и спустя секунду Садрас с оглушительным всплеском рухнул в ледяную воду.

Жидкость обожгла холодом, проникнув под одежду мгновенно.

Лучник судорожно заработал руками, выныривая на поверхность. Он жадно глотнул воздух, отплёвываясь от воды, которая на вкус напоминала смесь ржавчины и вековой плесени.

Рядом раздался тихий всплеск. Ассасин вынырнула бесшумно, словно водяной дух, её рыжие волосы облепили бледное лицо. Она даже не закашлялась. Просто молча поплыла к каменистому берегу.

— Могла бы и предупредить, что мы идём в бассейн, — прохрипел Нереван, гребя следом. — Я бы взял плавки.

Женщина выбралась на сушу, тяжело дыша, и принялась методично выжимать воду из своего тёмного плаща.

— Рейна, — коротко бросила она, не глядя на него.

— Что? — Садрас выполз на камни, чувствуя себя как выброшенная на берег треска, и попытался отряхнуться.

— Меня зовут Рейна. Ты спрашивал, пока мы падали.

— О, прекрасно. Очень приятно, Рейна. А я Нереван, и я только что испортил отличные сапоги, — он с отвращением посмотрел на свои ноги, с которых стекала мутная жижа. — Где мы вообще находимся? И почему тут всё… светится?

Он поднял голову, и слова застряли у него в горле.

Над ними простирался колоссальный подземный свод. Это была не пещера. Это был целый мир, погребённый под толщей Скайрима. В воздухе висела голубоватая дымка, а пространство освещалось гигантскими, размером с хорошую башню, светящимися грибами. Их шляпки излучали мягкий, пульсирующий фосфоресцирующий свет.

Вдалеке, сквозь туман, проступали очертания циклопических двемерских руин — золотистые трубы, мосты, уходящие в никуда, и массивные купола, медленно разрушающиеся под натиском времени и подземной флоры.

Абсолютная, звенящая тишина давила на барабанные перепонки.

— Чёрный Предел, — тихо ответила Рейна. Её рука инстинктивно легла на рукоять кинжала. — Самое большое подземелье двемеров. И самое опасное место во всём Скайриме.

— Звучит как отличный курорт, — данмер стянул перчатки и принялся тщательно проверять тетиву лука. К его облегчению, вощёная нить воду не впитала. — Значит, эльфы наверху, злые роботы в трубе, а мы оказались в гигантском светящемся салате. План просто идеальный. Ты всегда так работаешь?

— Я работаю так, чтобы клиент получил желаемое.

Ассасин шагнула в тень ближайшего огромного гриба, её тёмная броня мгновенно слилась с полумраком.

— И что же хочет твой таинственный наниматель? — Нереван двинулся следом, ступая осторожно, стараясь не шуметь сырыми сапогами. — Чтобы я принёс ему этот бронзовый будильник? Кто он вообще такой, что Тёмное Братство бегает у него в посыльных?

Рейна остановилась и обернулась. Её глаза в тусклом свете казались чёрными провалами.

— Мы не задаём вопросов, Садрас. Нам заплатили. Причём так, как не платили уже несколько столетий. Монетами, которых нет ни в одном каталоге Империи. Золотом, которое старше самого Септима. Мой приказ — убедиться, что ты и цилиндр доберётесь до Башни Мзарк. Она находится в центре этого города.

Нереван похлопал по сумке на поясе. Цилиндр внутри молчал. Маяк больше не вибрировал, словно потерял источник энергии или затаился.

— Башня Мзарк. Чудно. А потом?

— А потом моя работа заканчивается. И начинается твоя.

— Обожаю сделки вслепую, — проворчал лучник. — Ладно. Веди, раз знаешь дорогу. Но если из-за угла выскочит ещё один механический богомол, я стреляю тебе в колено и убегаю. Без обид, чистая прагматика.

Уголок её губ едва заметно дрогнул.

Они двинулись вперёд. Чёрный Предел жил своей жуткой, сюрреалистичной жизнью. Под ногами хрустел светящийся мох. Воздух пах озоном, сыростью и чем-то сладковато-гнилостным.

Нереван шёл бесшумно, его глаза непрерывно сканировали окружение. Красота этого места была обманчивой. За каждым каменным выступом, за каждым толстым стеблем гриба могла скрываться смерть. Он чувствовал чужие взгляды из темноты.

Внезапно Рейна подняла сжатый кулак.

Садрас мгновенно замер, превратившись в статую.

Из-за разрушенной двемерской арки впереди раздался звук. Цоканье. Словно кто-то постукивал костяными палочками по камню. Затем послышалось хриплое, булькающее шипение.

В полосу голубоватого света вышли трое.

Они отдалённо напоминали эльфов, но эльфов, прошедших через века деградации и ужаса. Скрюченные, тощие тела обтянуты бледной, почти прозрачной кожей. На лицах нет глаз — только уродливые наросты и широкие ноздри, жадно втягивающие воздух. Броня сделана из тёмного, прочного хитина подземных насекомых, а в руках — неровно заточенные костяные клинки.

Фалмеры. Слепые хозяева подземелий.

Рейна медленно, по миллиметру, обнажила кинжалы. Её дыхание стало почти незаметным.

Нереван не доставал стрелу. Он знал, как работают эти твари. Зрение им заменяли невероятно острый слух и обоняние. Лёгкий щелчок вытаскиваемой из колчана стрелы мог выдать их позицию.

Тройка фалмеров остановилась прямо на их пути. Один из них, с посохом из светящегося хитина, наклонил голову, словно прислушиваясь к биению их сердец.

«Нас выдаст запах, — холодно констатировал мозг Неревана. — Мы мокрые, от нас несёт чужим миром и кровью того старика наверху».

Драться с тремя фалмерами в открытую, когда вокруг наверняка рыщут десятки других, было плохой идеей. Если они закричат — сбежится весь улей.

Нужно было отвлечь их. Причём так, чтобы это выглядело естественно.

Взгляд фиолетовых глаз метнулся вверх. Прямо над фалмерами, на остатках разрушенной эстакады, балансировал крупный кусок латунной обшивки. Он держался на честном слове и давно проржавевших заклёпках.

Садрас медленно поднял руку и коснулся плеча ассасина. Она напряглась, но не обернулась. Он указал пальцем сначала на латунный лист, а затем на небольшой камешек у своих ног.

Рейна поняла его мгновенно.

Она плавно опустилась на корточки, подобрала кусок породы и, почти не замахиваясь, резким движением кисти швырнула его вверх и в сторону.

Камень с глухим стуком ударился о латунный лист.

Звук в тишине прозвучал как удар колокола. Фалмеры разом повернули безглазые лица наверх, издавая яростное шипение.

Одной секунды отвлечения было достаточно.

Руки Неревана превратились в размытое