Кровавый урожай в Тенистой Лощине - Джуно Блэк

– Я буду рада написать некролог, – заявила лиса и схватила толстую папку с вырезками статей, посвященных покойной Адоре. На самом деле Вера хотела изучить историю семьи Спрингфилдов.

Для начала она решила получить заявление Дот, чтобы его процитировать: какие-то сказанные с любовью теплые слова, с которых можно начать статью. Но когда Вера пришла в больницу, ей сообщили, что Дот выписалась.

– Она вернулась домой? – удивленно спросила лиса. Неужели Дот так быстро изменила решение? Или Эдвард смог ее убедить в том, что опасность существует только у нее в голове?

– О нет, мисс Виксен, – ответила сидевшая за письменным столом в приемном покое белка. – Она перебралась в тайное убежище. В целях ее безопасности и благополучия нам запрещено говорить куда. – После этого белка склонилась к Вере и прошептала: – Она сняла номер в «Шиповнике».

– Спасибо, – поблагодарила лиса. – Но, наверное, не стоит это сообщать всем, кто спрашивает.

– Вы правильно заметили, мисс Виксен, – весело ответила белка.

«Шиповник» считался самой очаровательной гостиницей в Тенистой Лощине. Для сомневающихся это указывалось на вывеске, прибитой к забору:

«Хотя конкурентов-то нет», – усмехнувшись, подумала Вера. Тем не менее, когда лиса толкнула калитку и пошла по тропинке, она была вынуждена признать, что все вокруг на самом деле оформлено очаровательно. Весь двор перед входом превратили в садик, как делают жильцы со своими домами, – высадили много цветов и пахучих трав. Открытая деревянная терраса как раз на него выходила. На ней стояли окрашенные в яркие цвета кресла-качалки, приготовленные для гостей, – можно было прямо в них усаживаться и спокойно наслаждаться видом. Над продолжавшими цвести хризантемами и георгинами лениво жужжали пчелы.

Вера не успела постучаться в окрашенную веселеньким желтым цветом дверь – ее перед ней открыл бурундук и улыбнулся лисе как старому другу. Это был Джеффри, один из владельцев гостиницы.

– Кого я вижу! Это же Вера Виксен! – воскликнул он. – Проходите, проходите. Я только что поставил чайник! – Не прекращая говорить, он провел ее внутрь. В нем буквально бурлила энергия гостеприимства. Джеффри закрыл дверь и снова посмотрел на гостью: – Как я предполагаю, вы пришли побеседовать с бедной миссис Спрингфилд. Она в Голубом номере. Все складывается так удачно: я как раз собирался нести ей чай, поэтому идите за мной на кухню, и мы вместе поднимемся наверх. Знаете, миссис Спрингфилд боится выходить из номера. Мы с Беном делаем все возможное, чтобы помочь ей адаптироваться.

Вера пошла за Джеффри, приветственная речь которого ее немного позабавила.

– Когда она к вам заселилась?

– Вчера вечером около одиннадцати. Миссис Спрингфилд не хотела, чтобы ее видели, поэтому и переехала под покровом темноты. Вы пьете чай с молоком?

– Что? – Веру удивила внезапная смена темы, а затем она поняла, что Джеффри поставил для нее дополнительную чайную чашку на поднос. – Ох! Нет, спасибо. Я пью без всего. Дот сейчас у вас единственная постоялица?

– Да. И так проще. Вскоре к нам приедет какой-то писатель, но проблем из-за этого возникнуть не должно, потому что он будет у нас жить только две ночи.

– О, вы, вероятно, имеете в виду Брэдли Марвела!

– Да. Его пиарщик потребовал для Марвела лучший номер. Это Голубой, но мы не собираемся ему об этом говорить! Мы же не станем выгонять Дот из ее временного дома ради какого-то типа из большого города. Они все такие… э-э… – Джеффри запнулся, вспомнив, что Вера тоже переехала из большого города.

– Такие типы из больших городов могут быть заносчивыми и самоуверенными, – сказала лиса с улыбкой. – Но это же писатель, вероятно, он будет вести себя тихо. Он не напугает Дот.

Джеффри кивнул.

– Странно, что ее пугают не незнакомцы, – заметил он.

– Ее пугает только Эдвард, – грустно сказала Вера. – Она вам что-нибудь говорила, пыталась объяснить случившееся?

Бурундук покачал головой:

– Я ни во что не лезу. Мы предоставляем номер и питание… Для этого и существует наша гостиница. А все остальное – не наше дело.

Вера не поняла, предупреждение ли это или просто философия ведения бизнеса, которой придерживается Джеффри.

Наверху Дот открыла дверь широко разрекламированного Голубого номера и позволила войти Вере и Джеффри. Это был двухкомнатный номер люкс (и на самом деле – самый шикарный номер в гостинице), название соответствовало внутреннему убранству: стены были выкрашены в бледно-голубой, окна закрывали занавески сочного голубого цвета. Большая картина маслом с изображением Сумеречного водопада (популярная тема пейзажей у художников региона) висела на одной из стен.

В гостиной имелся камин, над ним висело зеркало, вокруг – украшения из резного дерева. В приоткрытую дверь в соседнюю спальню Вера увидела кровать с балдахином на четырех столбиках.

Бурундук поставил поднос с чаем на низкий столик у камина и перенес к нему стул из угла, чтобы лиса могла устроиться напротив Дот, опустившейся в мягкое кресло. Та чувствовала себя как дома, и не было даже намека на то, что это та же самая крыса, у которой еще недавно чуть не случился нервный срыв.

– Джеффри, переставь сюда и табурет от туалетного столика, – предложила Дот. – Ты же останешься выпить чашечку?

– Вторая чашка для Веры. Она пришла, как раз когда я заваривал чай.

– Глупости. Сходи за еще одной чашкой и возвращайся, пока чайник не остыл.

– Сделаю, мэм, – ответил Джеффри и поспешно удалился из номера.

Дот посмотрела на Веру:

– Принесите табурет сюда. Мне ужасно неудобно, что Бен с Джеффри постоянно мне прислуживают, и не надо говорить, что это их работа. Я знаю, но это не изменяет того факта, что они оба очень добры ко мне.

Пока Дот говорила, Вера нашла табурет от туалетного столика в спальне и перетащила его к камину. Затем она расставила все на столе и налила чашку чая Дот. Как раз вернулся Джеффри.

– Присаживайтесь, – велела Дот. – Мисс Виксен, как я предполагаю, вы здесь по делам, но сначала сделайте глоток чаю. И съешьте одну из этих маленьких белых печенюшек, потому что они так быстро исчезнут, что вы и глазом моргнуть не успеете. Они из кокосовой стружки. Просто восхитительные! Их печет Бен.

– Бен отвечает за всю еду, – пояснил Джеффри. – У меня лучше получаются работы по дому, ремонт и все такое.

Вера отправила одно печенье в пасть, как ей и предложили, и не смогла ответить, потому что перенеслась в какой-то таинственный мир сладости и блаженства, где воздух наполнен