Авангард. Второй шанс - Сергей Извольский

От ухаживающих за мной бывших наложниц мэра узнал, что медицина здесь непривычная — из мира неслучившегося будущего, уничтоженного ядерной войной. Слабость моя была связана с тем, что меня накачали восстанавливающими препаратами, которые починили поврежденный организм, но у этого лечения была своя цена в виде времени на восстановление. Так что довольно неожиданно, но после всех полученных повреждений я довольно быстро приходил в себя — тело починили сразу же, а вот силы и энергия возвращались постепенно.

На четвертые сутки я уже сам поднялся с кровати, чувствуя себя довольно свежим и бодрым. По ощущениям, стометровку легко пробегу. Тем не менее, бывшие наложницы проводили меня до ванной — огосподибожемой, представляющей из себя огромный золотой таз на массивных львиных лапах. В процессе омовения были недвусмысленные попытки и поползновения доставить мне удовольствие, отчего пришлось отказываться, один раз даже достав голову самой активной девушки из-под воды, где она собиралась повторить сцену из древнего фильма «Поездка в Америку». Зита была это или Гита, я не понял — научился пока только Риту безошибочно узнавать.

После ванной, отослав девушек и чувствуя, что слабость уже отступила и не собирается возвращаться, закутанный в простыню я сидел на балконе и пил чай. Пока любовался удивительным багряным закатом — лучи уходящего солнца превращал в марево накопившийся за день и поднимающийся над холмистыми пустошами жар, ко мне присоединилась Екатерина. Видно было, что вымотана — это я здесь расслабляюсь, приходя в себя в режиме восстановления, а у нее силы явно забирали королевские обязанности и заботы градоправительницы. Не говоря ни слова Екатерина налила себя чаю, села рядом так же любуясь закатом.

— Кать, ты можешь оградить меня от навязчивого внимания девушек?

— Сам не можешь?

— Говорил, они меня не слушают — каждый раз как в первый раз.

— Не нравится? — коротко глянула она на меня.

— Нравится не нравится — это из другой оперы вопрос. Просто скажи своим подданным, чтобы руки больше не распускали.

— Герой же должен получить свою королевскую награду, — пожала плечами Екатерина.

— Ты же вроде как за свободу и равноправие недавно выступала?

— Я предложила этим девушкам свободу, но они устроили натуральную истерику, ползая в ногах и разбрызгивая сопли и слюни умоляя не прогонять их из дворца.

— Мы во дворце? — обвел я рукой вокруг, показывая на железобетонный антураж.

— Да, так здесь главный административный корпус называют.

Дворец, надо же. Мы сейчас, кстати, на том самом длинном балконе-галерее, на котором белье сушилось в самый первый день, когда я корпуса института из окна гостиницы увидел.

— А вот это вот все великолепие откуда? — показал я на вход в мои покои, имея в виду интерьер.

— Это спальная комната Эмиля Рачкевича. В одном из контейнеров на судне была вся эта мебель, он ее себе забрал.

— А ты где обитаешь?

— В апартах его бывшей любимой жены. Теперь это мои королевские покои.

— Там тоже такая обстановка?

— Нет, там все дешево и бедно.

— А сама первая жена где?

— Она меня убить пыталась.

— И?

— И моя охрана убила ее.

— А где твоя охрана, я их ни разу не видел?

— Киборги, за дверью сейчас стоят.

— Ясно, — протянул я начиная понимать, что Екатерина здесь довольно напряженно время проводила.

— Так что насчет награды? — поинтересовалась она.

— Какой награды?

— Ну, девушки. Они обижаются что ты их отвергаешь, постоянно просят их не наказывать за это.

Ничего себе, оказывается она с ними еще в контакте по этому поводу, а мне отмахиваться от навязчивого внимания приходится.

— Ваше величество, давайте в первый и последний раз уясним: то, что я теряю рядом с вами голову во время проявления света или тени не означает, что я ведомое инстинктами животное. Я человек, разумный между прочим, и пихать мне в кровать трех юных и скорее всего несовершеннолетних полуголых девушек в ожидании что я на них сразу запрыгну — моветон.

— Они перерожденные, каждая из них уже жизнь на Земле прожила.

— Тем более не стоит, этот ящик Пандоры открывать я не готов.

Екатерина хмыкнула, и надолго воцарилась молчание — пока солнце полностью исчезало из виду.

— Когда ты уничтожал соперников на арене, тебя сложно было назвать разумным человеком… — в наступившей темноте после долгого молчания произнесла Екатерина.

— Я тебе какое большое зло сделал? Ты вот зачем мне мозг высверливаешь, цель какая?

— Прости, я… — неожиданно смутилась Екатерина. — На самом деле да, пусть не зло, и не большое, но сделал. Ты хоть понимаешь, во что меня втянул?

— Примерно понимаю, но других выходов не вижу и очень жду, что ты объяснишь в чем конкретно дело.

— Я сначала хотела спросить… — вздохнула все еще смущенная Екатерина, но вдруг взяла себя в руки. — Черт, я же королева! — пробормотала она себе под нос едва слышно, и снова обернулась ко мне. — Я хотела спросить… Ну, в общем, красная таблетка у тебя же разум совсем выключила, да?

— Нет.

— Нет?

— Я сохранял совершенную ясность мыслей, правда при этом они отошли на второй план. Знаешь, это была словно жидкая храбрость — я имею ввиду, когда человек пьяный, он иногда может творить ерунду, которую никогда трезвым бы не сотворил, и говорит вещи, которые никогда бы трезвым не сказал. Но все это ведь за пьяного человека не кто-то другой говорит и делает, это ведь все у него где-то внутри глубоко сидит, просто просыпается, когда тормоза перестают работать. И красная таблетка просто выкрутила на максималку мои физические возможности и эмоции, акцентировав абсолютно все внимание только на том, что нужно для получения победного результата.

— Ясно, — не глядя на меня, кивнула Екатерина.

— Так что у тебя случилось, что с лицом? — спросил я, подразумевая что она вечно недовольная все то время, когда ко мне заходит.

— Мне в голову ударили прикладом и теперь мое лицо обезображено.

— Самоирония — это хорошо. Но на самом деле, в чем причина недовольства моими действиями?

Хмыкнув невесело, Екатерина подсела ближе и активировала браслет, показывая управленческое меню. И шрифты, и оформление абсолютно то же самое, что и в Эль-Новгороде — только в красных, а не в зеленых цветах. Екатерина уже открыла несколько подменю и сейчас показывала мне уровни развития города.

Уровень 1: Яма «Разлом»

Сборище отбросов и беглецов, нашедших укрытие в руинах научно-исследовательского института. Центр жизни — генераторная у вечного реактора, где главари делят скудную добычу мародеров с окрестных помоек. Еще не банда, но уже и не выживающая толпа