Дмитрий Дашко - Враг всего сущего

– Хорошо. – Льда в голосе баронессы хватило бы на небольшой айсберг. – Жаль, что вы не предупредили заранее. Мне не нужны лишние сплетни о том, что я обратилась к частному сыщику.

– Не беспокойтесь. У меня на лице не написано, чем я занимаюсь. Ваш привратник знает только имя, вряд ли оно ему о чем-то говорит.

Слова подействовали на баронессу успокаивающе. Она тут же оттаяла и превратилась из ледяной статуи в обыкновенную женщину: предложила сесть на тахту, спросила, не хочу ли промочить горло. Я отрицательно помотал головой.

– Раз так, тогда я тоже не буду пить, – сказала баронесса, немного обиженная отказом.

– Эльза, вашего мужа похоронили? – спросил я, памятуя о наказе Алура.

– Да, сегодня утром. Я пришла к вам сразу после похорон. Моего Отто положили в родовой усыпальнице. Она находится там, – женщина взмахнула рукой, указывая направление, – за домом. Стоит пройти сад, и сразу упретесь в дверцу склепа. Это очень гнетущее место, поверьте. Я не люблю там гулять.

В принципе все, что было нужно, я услышал. Осталось взять у баронессы разрешение на повторный осмотр тела и некоторые опыты.

Я было заикнулся об этом и сразу раскаялся. Вдова решительно отмела все доводы.

– Не удивлюсь, если выяснится, что произошло убийство, однако доказательства придется искать другими способами.

– Но…

– Я не позволю надругаться над телом моего Отто, – заявила она, сурово поджав губы.

Я понял: пора уходить, клиентка настроена решительно. Она приняла решение и не отступится, на все мои доводы ей просто начхать. Ладно, была бы честь предложена. Мы уже обменялись парой ничего не значащих фраз, предвещающих расставание, как в комнату без стука вошел молодой щеголеватый офицер в форме королевской конной гвардии.

– Прошу прощения, тетушка, – начал он, но тут увидел меня и сразу развернулся в мою сторону. – Лейтенант Герхард фон Бомм, – представился офицер, щелкнув каблуками. – С кем имею честь?

Я вспомнил молодость. Хотя мои башмаки щелкают не так звонко, как кавалерийские сапоги со шпорами, получилось ничуть не хуже. Опыт есть опыт.

– Гэбрил, сержант полка Диких Псов, – отрапортовал я и добавил: – В запасе.

– Очень приятно, – протянул офицер. Видимо, невысокое звание сразу низвергнуло меня в его глазах куда-то в самый низ, на уровень насекомых или мелких грызунов.

Зато я знал, что собой представляет королевская конная гвардия – три никчемных полка дворян-болванчиков, способных только красоваться на парадах и кружить головы легкомысленным барышням. В настоящем бою, когда над головами свистит пушечная картечь, а противник палит из ружей, луков и арбалетов, красавчики гвардейцы быстро теряли лоск и улепетывали так, что пятки сверкали.

Офицер галантно поцеловал у баронессы ручку, та зарделась от удовольствия.

– Это племянник моего Отто, – пояснила она. – Муж очень благоволил к нему. Своих детей у нас, к сожалению, нет, Герхард заменил нам сына.

– В свою очередь хочу сказать, что мой дядюшка был для меня настоящим отцом и примером во всем. Он устроил меня в гвардию, ему я обязан карьерой. Надеюсь, что дяде сейчас хорошо там, на небесах.

– Ах, Герхард, бросьте. Вы бы стали блестящим офицером и без протекции моего мужа, – немного кокетливо произнесла баронесса. – Любой полк с удовольствием записал бы вас в свои ряды.

Любой, но только не гвардейский. Чтобы попасть в один из трех полков королевской конной гвардии, кроме высокого происхождения необходимо иметь влиятельного покровителя. Дворян много, а количество мест в гвардии ограничено – всего три тысячи, по одной на каждый полк. К тому же гвардия редко несет потери на поле боя, так что вакансии приходится ждать годами. Я уже не говорю об офицерских должностях. Для того чтобы Герхард получил патент лейтенанта, дяде наверняка пришлось дернуть много ниточек.

Я упустил момент, когда племянник неожиданно начал проявлять возмущение. У офицера были холеные и тонкие черты лица, такие обычно называют аристократическими, но сейчас они исказились от гнева. Молодой человек клокотал, словно извергающийся вулкан.

– Тетушка, послушайте, – с какой-то ожесточенной яростью произнес он. – Меня после похорон вызвал полковник и сказал, что, поскольку у дядюшки не осталось других наследников мужского пола, я буду вынужден оставить службу и стать штатской штафиркой. Видите ли, законы королевства обязывают меня принять наследственную должность дяди, светлая ему память.

– Не волнуйтесь, мой мальчик, – с нежностью произнесла баронесса, пытаясь утихомирить бушевавшее пламя. – Это ни капельки не обременительно. Вы станете помощником Казначея, только и всего. У вас не будет никаких обязательств, мой Отто за всю свою службу на этой должности и пальцем о палец не ударил. Зато будут платить жалованье, по сравнению с которым ваша лейтенантская получка курам на смех.

– Тетушка, ну как вы не понимаете?! – взмолился офицер. – Я всю жизнь мечтал о военной карьере, с детства грезил о том, как стану офицером. Благодаря дядюшке моя мечта исполнилась – я шагнул на первую ступеньку и стал лейтенантом. Более того, начальство отметило мое старание, и до меня уже дошли слухи о том, что готовятся документы на представление к чину капитана, как вдруг из-за нечаянной смерти дядюшки я узнаю: придется оставить полк и превратиться в посмешище для друзей. Даже не знаю, как показаться им на глаза – засмеют.

Баронесса улыбнулась.

– Какой же вы еще, в сущности, ребенок. Пройдет пара лет, и вы поймете, как вам повезло. Отто был бы только рад, узнав, что любимый племянник продолжил его дело. Примите новое назначение как подарок судьбы. Вы будете богаты, мой мальчик, очень богаты.

Я пришел к выводу, что являюсь третьим лишним (не поймите превратно), и поспешил оставить баронессу разбираться с несмышленым племянником. На его месте я бы сразу плюнул и на сапоги со шпорами, и на скрипучее седло. Правда, о такой должности, как помощник Казначея, мне ничего не было известно, но думаю, что тетушка не врала племяннику, обещая большие деньги и необременительные обязанности.

Усатый привратник закрыл ворота, я вновь оказался на улице, предоставленный самому себе. Путь лежал обратно в офис. Алур обещал зайти вечером. Надеюсь, старый пьяница сдержит слово.

Первым делом я, как только оказался в конторе, вколотил в стену гвоздик, на который повесил подарок Гвенни – злополучный «Зеленый квадрат». Затем отошел и полюбовался плодами трудов. Честно говоря, так и не понял, что хорошего нашел приятель в этой зеленой мазне, однако решил – пусть повисит, свободного места на стене хватает. Ковер снимать не стал: зря тратился, что ли?