Александр Муркин - Волколак
После того случая его выбрали старейшиной. Организовали боевое патрулирование. Пару раз к ним приезжали военные подразделения Израиля, оставили оружие, боеприпасы. А он был и священником, и главнокомандующим, и судьёй, и мэром сразу.
А потом дожди принесли мутаген. И селение погибло. Мутировали все. Выжившие после мутаций собрались в отряд и ушли. А он остался. Потом приехала банда арабов-мутантов, и взорвала уцелевшую в землетрясениях церковь. Самого его преследовали, но он скрылся в море. И отправился в развалины Иерусалима, где и нашёл эту библиотеку…
Вечером обе рыбы были сварены. Интересные рыбы, с зачатками лапок. Зверь, чуя голод Осьминога, соврал, что не голоден. Съев обе рыбы, священник уснул, и Зверь, решивший именовать себя Волколаком, выбрался из подвала, закрыл плиту и побежал к храму. Там внимательно изучил колонну, от куда вырывался огонь. В камне не было никаких отверстий. Да и сама трещина была вовсе не трещиной, а скорее шрамом, оставленном в камне молнией. По словам священника, до разрушительного землетрясения огонь исходил не из колонны, а над каменным ложем, куда по преданию положили тело Христа. Когда-то католики пытались отнять у православных чудодейственный храм, и на православную пасху не пустили их туда. В тот раз и ударила молния, и огонь вышел из колонны. Католики вернули храм православным, и на следующий год огонь снова был внутри. Когда же его разрушило землетрясение, огонь стал исходить из колонны.
Ни отверстий, ни запаха газа или нефти в каменном шраме не было. Только воском свечей накапано. Если это обман – то высшего уровня. Волколак помотал головой. По своему образованию он не верил в богов. Пусть и сам помогал новоявленным волхвам составлять Веды. Даже увидев в действии магию волхвов, не верил в что-то высшее. Потому что если Высшему нет никакого дела до людей, то и для людей его как бы нет. А если есть – он по определению должен быть добрым. Пусть мораль Бога и отлична от человеческой, но тех ужасов, что на протяжении всей истории сотрясали род человеческий, не допустил бы.
А уж Армагеддон был вообще… Даже равнодушный человек, увидев горящий муравейник, попытается откинуть прочь попавший туда уголёк. Не может быть… Но что тогда он видел здесь?
Снова обследовал колонну. Попытался влезть в развалины храма, но обломки лежали плотно. И озадаченно побрёл обратно. По пути машинально загрыз гига-гадюку, плотно поев. Перед входом в библиотеку вспомнил про Осьминога, отправился за добычей. Мяса в округе было полно, но на сколько Осьминог не брезглив в выборе пищи, он не знал, и потратил пол часа, прежде чем добыл искомое – крупный кролик без внешних признаков мутаций, хотя и с мутагеном. С ним и вернулся. Осьминог всё ещё спал.
Волколак отключил на одном из терминалов звук и принялся изучать арабскую письменность. Он вдруг с удивлением понял, что легко запоминает всё с первого раза. Раньше на это он не обращал внимания, но теперь, легко припоминая любое событие со времён Армагеддона, понял, что у него действительно нечеловеческая память. Он помнил всё!
* * *– Да-да, виси там! – Палач смеялся, подтягивая жертву к потолку. Волколак наблюдал, укрываясь в тени меж двух камней. Под потолком висело уже два десятка обнажённых «чистых» людей, не мутантов. Пленных мутантов связанными разводили по клеткам.
Палач закрепил верёвку последней жертвы, перекинутую через блок. Тела под потолком были расположены горизонтально, лицом вниз. Хитрые узлы на верёвках не мешали кровообращению, и жертвы могли бы провисеть долго, очень долго.
– А теперь послушайте меня! – Главарь банды мутантов, только что совершившей удачный набег на селение, был полукотом. Обросший шерстью, с длинными вибрисами вместо усов, треугольными ушами и короткими пальцами с выпускными когтями, он больше походил на человека, натянувшего кошачий карнавальный костюм, чем на настоящего мутанта. – Слушайте! Очищающий огонь прошёл по земле, и все должны причаститься. Вы, – он указал лапой на подвешенных, – посмели ослушаться Всевышнего! Вы не ели святую пищу! Ну так знайте! Вы будите там висеть, пока не попросите у нас святую пищу причащения, либо пока не помрёте с голоду!
И банда села пировать, насыщаясь жирным пловом. Волколак поразился, где они смогли достать мясо с такой убойной концентрацией мутагена. Ничего подобного ему не встречалось. Одновременно он прислушивался к ползущему по карнизу под самым потолком. Явно мутант, человек бы туда не забрался. Его чувства читались легко – сопереживание пленникам, ненависть к банде. И настройка на длительное ожидание. Готовность убивать. Похоже, лазутчик собрался ждать, пока в пещере останется мало часовых. И тогда напасть.
Волколак представил, как рвёт на куски банду. В голове зашумело, боевое веселье заряжало тело энергией. Ух и повеселится же он.
Ручная лисица, а может, такой мутант, всё время бегавшая вокруг главаря и выпрашивавшая куски мяса, вдруг тревожно зацокала.
– Тревога! – взревел главарь! – Большая опасность!
Мутанты вскакивали, хватали оружие. Волколак вышел из щели. Он знал, что сейчас хорош. На Руси его однажды сфотографировали в боевой стойке – оскаленная морда, кожа впереди морды собралась в складки, обнажая белые зубы в обрамлении чёрных губ, шерсть дыбом, глаза большие, горят безумием жажды убийства. Спина горбом, хвост вдвое короче обычного и вдвое толще. Идёт, опираясь на когти.
– Эта шавка, что ли опасность? – спросил кто-то.
– Заткнись! Рыжий Хвост не ошибается!
В следующий миг лисица завизжала, главарь выстрелил из дробовика, и Волколак позволил безумию полностью завладеть им. Как он мечтал устроить подобное в лаборатории – своей тюрьме. Тела от ударов взрывались красным туманом, и он, напрягая мускулы и наслаждаясь, продирался сквозь этот туман.
Бандиты кончились слишком быстро. Всего-то их было полсотни штук. Он сумел во время остановиться, погасил безумие жажды убийства, не тронул пленников. Для них бой занял несколько секунд.
Красный туман медленно оседал, равномерно покрывая пол, низ стены, клетки с пленниками и волколака. И пленники, и лазутчик, были объяты ужасом. Дурачась, он сделал вид, что не может разгрызть клетки пленников – толстые бронзовые штыри. Только слегка покусал их, оставив глубокие следы зубов. Потом подпрыгнул к потолку. Несильно подпрыгнул, до половины. Порычал и убежал. Умывшись в ближайшем пруде, вернулся. Лазутчик не подвёл – он опустил пленников с потолка. А вот ключа клеток не нашли. И теперь по очереди пилили прутья двумя найденными у бандитов обломками полотна ножовки по металлу. Двое человек дежурили у входа, залегли в пулемётных дотах.