Алекс Войтенко - Ты проснешься, на рассвете (СИ)

Когда мы пришли домой, я хотел по привычке зайти к подруге, но к моему изумлению, она не пустила меня, сказав, чтобы я подождал в коридоре. Сама же быстренько забежав домой бросила портфель и тут же вернулась ко мне. Взяв меня за руку, повела ко мне домой. Когда мы вошли в столовую, она вновь остановила меня, и отобрав мой портфель положила его на стул, а сама достав из кармана платок, сказала чуть нагнуться и стала завязывать мне глаза. Я так и не мог понять, зачем все это нужно.

— Сюрприз будет! — Сказала она и зачем-то провернула меня несколько раз, как это делается при игре в жмурки. После этого мы вошли в дом.

На меня тут же со всех сторон посыпались поздравления с днем рождения. Судя по голосам, все и мои мама с сестрой, и дядя Чен, и Игорь — брат моей подруги, и даже тетя Зина, моя тетка с моей троюродной сестрой Светой, находятся уже здесь, и ждут только меня.

Я хотел было сдернуть повязку, но Вика тут, же удержала мою руку и провела меня в комнату. Судя по доносящимся до меня запахам, мы обошли вокруг накрытого стола. Усадив меня на стул, подруга отошла в сторону и только после этого сказала:

— Вот теперь можно снимать! — громко сказала она.

Тут же послышалось громкое скандирование:

— По-здрав-ля-ем! По-здрав-ля-ем!! — я сдернул повязку, рассчитывая оказаться во главе праздничного стола, но к своему огромному изумлению, оказался сидящим возле новенького «Перле-2».

От увиденного инструмента, стоящего перед моими глазами у меня враз пропали все слова, которые я хотел сказать. Некоторое время я просто тупо пялился на него, боясь поверить в это. Сказать, что в этот миг я был счастлив, это не сказать ничего. От волнения, у меня даже появились слезы на глазах. С трудом оторвав взгляд от инструмента, я повернулся к гостям:

— Но. Как?! — только и смог произнести я.

На меня тут же со всех сторон вновь посыпались поздравления и какие-то подарки. Я благодарил за них, но все мои мысли находились совсем в другом месте. Я как будто потерялся, от нахлынувших на меня эмоций.

Откинув крышку, органа я с удивлением понял, что он уже подключен. Опустив руки к клавиатуре, я начал играть. Моментально, с первыми звуками композиции, исчез шум, наполняющий зал. Боковым зрением я видел, что все смотрят только на меня, и слушают ту музыку, которую я исполняю.

А через мгновение я, просто потерялся в ее звучании. Композиции сменяли друг друга, а я жил, парил в музыке, поднимаясь вверх и падая вниз на ее волнах. Весь мир перестал существовать для меня. Были только музыка и я.

Я очнулся только тогда, когда неслышно подошла мама и положила руки мне на плечи. Некоторое время я просто сидел, боясь пошевелиться, или проснуться и с ужасом осознать, что все это только мираж. Но все оставалось на своих местах. Я прижался щекой к маминым рукам, потом поднялся и обнял ее.

— Спасибо. — Прошептал я.

Застолье, несмотря на будний день, закончилось ближе к полуночи. Тетя Зина, со Светланой остались ночевать у нас. Когда все разошлись, я еще долго лежал в своей постели не в силах уснуть и вспоминал сегодняшний вечер.

В общем-то, и февраль уже был достаточно теплым. О том, что где-то лежит снег, здесь, в Ташкенте воспринималось почти сказкой. Земля уже в конце февраля, покрылась зеленью, набухли почки на деревьях, а в предгорьях, неподалеку от города, зацвели первые тюльпаны.

Вначале, я как-то задумался, может, стоит к женскому дню, купить какой-то подарок, но после решил, что гораздо лучше будет подарить им цветы.

Хотя для мамы, все же лучше и то и другое.

Праздник в этом году, выпадал на понедельник, поэтому намечалось целых три выходных дня. Еще примерно за неделю до этого, я выкатил из сарая свой мотороллер и тщательно проверил, все его узлы и детали, готовя к эксплуатации.

В субботу, я съездил на толкучку, где у какого-то барыги за пятьдесят рублей, купил флакончик «Пани Валевски» польские духи, думаю, маме они понравятся. Когда покупал, дважды переспросил его, о том, что духи настоящие и проблем не будет. Он уверил меня в том, что все будет хорошо, и я не пожалею о покупке. Но на всякий случай, я все же постарался запомнить его, хотя ничего и не говорил, но думаю, найду способ отблагодарить его, если, что-то не так. Вернувшись назад, я спрятал их в своей комнате.

А в воскресение, с самого утра я, подхватив с собою подругу, выехал из дома. Вика с вечера все время спрашивала о том, куда мы поедем, но я отмалчивался или говорил, что наша поездка будет сюрпризом для нее. Мама была предупреждена о ней, правда я не говорил, куда именно собираюсь. Сказал только, что вернемся мы ближе к вечеру. Поэтому, в большой бумажной коробке, притороченной к моему багажнику, лежал металлический термос с горячим чаем и булочки, которые испекла мама. Это чтобы было чем перекусить в дороге. Правда и подруга, тоже, что-то взяла с собой.

Мы выехали еще затемно, чтобы пересечь город напрямую. После откроется городское движение, и сделать это будет трудновато. Придется объезжать Ташкент по кольцевой дороге, что я собирался сделать на обратном пути.

За зиму, я установил на мотороллер ветровое стекло, но не смотря на него, по утрам было еще довольно прохладно, поэтому нам пришлось надеть куртки. Всю дорогу, Вика пытала меня о целее нашей поездки. Я упорно отмалчивался, а она, в недоумении озиралась по сторонам, не понимая, куда мы едем. Тем более, что в этой стороне мы еще ни разу не были.

Благо, что по утру, движения в городе почти нет, тем более в выходной день. Разве что попадаются редкие автобусы или грузовики, развозящие хлеб или какие-то продукты по магазинам, потому нам удалось пересечь город за чуть больше часа.

Когда мы уже подъехали почти до его окраины, только с другой стороны, я сказал Вике, что мы едем в сторону Чимкента.

В зеркало, укрепленное на ветровом лице, я увидел ее удивленное лицо, и чуть не расхохотался. Похоже, от моей подсказки, вопросов стало еще больше. Чуть отъехав от города, я остановился. Нужно было немного размяться, все же долгая дорога, почти без движения сковывает мышцы. Тем более, что было еще довольно прохладно а ветер, бьющий в лицо, от которого не спасало даже ветровое стекло изрядно подморозил нас. Выпив стаканчик горячего чая на двоих, и немного размявшись, мы вновь оседлали нашего «коня» и двинулись дальше.

Вскоре мы выехали на трассу, ведущую в Чимкент. Собственно трасса, как бы разделяет наши республики. С правой стороны находится Узбекистан, а слева от дороги уже Казахская ССР.

Слева показались холмы, и через пару километров я съехал с дороги и по неширокому проселку устремился к ним. Вика до сих пор не могла понять, куда мы едем, и с удивлением оглядывалась вокруг. Думаю она прекрасно знала, что здесь нет ничего примечательного, за чем бы стоило ехать в такую даль. Так оно и было на самом деле, за исключением, пожалуй, одного. И это открылось нам, как только я поднялся на один из холмов.