Бобровый пруд. Грань жизни - Хота Мак
— Как и в твоей — важнее меня, — закончила за него Мира.
— Извини... Тебе повезло. Тебе не пришлось делать выбор.
Мира издала нервный смешок. Такая простая и очевидная правда. Они были друг другу просто спасательным кругом, только чтобы не утонуть. Просто у них не было никого другого. Ранбар озвучил то, что она и так понимала. С плеч спала какая-то невидимая тяжесть, которую она всё это время носила с собой. Никто ни в чём не виноват. Никто никому ничего не должен.
Он весь день показывал свои новые работы, водил по лабораториям и кафе. Красивый и странный мир. Не хороший и не плохой. Просто чужой.
Они простились тепло и быстро, будто увидятся совсем скоро. И, хотя Мира знала, что это не так, её радовала вернувшаяся к вечеру лёгкость в отношениях.
Всю дорогу назад она ехала улыбаясь и вернулась в «Пульс» настолько умиротворённая, какой не была с тех пор, как Ранбар исчез. Мира побежала искать Тэ и нашла его в пищеблоке. Он тоже только приехал и пил кофе.
— Как всё прошло? — спросил Тэ.
— Прекрасно, — сказала Мира и вдруг поняла, что не врёт. — Правда, прекрасно, — добавила она, широко улыбнувшись.
— Остаёшься?
— Что?.. Где? В Республике?.. Нет. Зачем?
Тэ молчал. Миру вдруг проняло. Надо было спросить его, как он съездил, но она не могла. Просто встала и ушла в свою комнату.
Находиться рядом с ним было невозможно.
Он больше никогда не смотрел на неё пристально, но чувство, что он режет её ножом, стало ещё сильнее. И чем ближе к нему она находилась, тем больнее и страшнее становилось. Мира уже давно поняла природу своих ощущений: всё это время она боролась с желаниями собственного тела. Она встала и походила по комнате. Вспомнила шифр и грустно улыбнулась. Человек-глаза... Он тоже это чувствовал. Она просила его не смотреть. Только это не помогло.
Стало уже совсем поздно. Мира устала с собой бороться и устала бояться. Ранбар её больше не держал.
С бешено бьющимся сердцем она вышла из модуля и остановилась у двери Тэ.
Постучала, и он открыл.
Она отбросила все шифры и коды, поймала его взгляд и не отпускала, заставляя смотреть и смотреть. Разрывая её взглядом на части.
Мира коснулась чудовища из кошмаров. И оно разбудило всех её демонов.
И это оказалось самое яркое, пронзительное и приятное, что когда-либо с ней случалось.
Глава 2
Тэ смотрел на экран «Пульса». Мира уходила к Ранбару.
Лучше не думать.
Он надеялся, что поездка пройдёт легче, но каждый день давил сильнее предыдущего. Тэ смотрел новости, не понимая половину из них, но осознавая масштаб пропасти между Республикой Трёх и Тагарией. И его родственники приложили к этому руку. Если бы они забрали сына с собой, то, возможно, Тэ сейчас жил бы в Магнограде и даже стал бы модификатом. Хотя его тогда просто не было бы.
Разговор с Калейком отрезвил его. Отдавать свою жизнь в угоду одержимостям Тэ не хотел. Это не он должен им подчиняться, а они ему. Всё должно быть под контролем.
Расследование было почти завершено. Литараки оказались в Республике, оставалось проследить цепочку родства и узнать, чем всё закончилось.
Вскоре за Тэ пришёл долговязый кудрявый мужчина в штатском.
— Добрый день. Меня зовут Сергей, — представился он, рассматривая Тэ. — Меня просили вам помочь. Нам надо проехать ко мне, так будет лучше всего. Если готовы, пойдёмте.
Они вышли из «Пульса», Сергей мягко лавировал среди потока пассажиров, сворачивал в примыкающие тоннели коридоров, прикладывал какие-то карточки к выходам. Да, без сопровождающего тагарцам здесь делать нечего. По крайней мере, на первых порах. Открылись двери, ведущие в город, и после искусственных ламп подземелья яркий солнечный свет ослепил Тэ. Как же себя чувствовали те, кто годами жили в «Белом шуме» и вышли на землю. Люди-черви.
Высокие небоскрёбы, которых никогда не видели в Тагарии, стояли в стеклянной сверкающей броне. Геометрически правильные, они задавали чёткую структуру городу. Никакого хаоса, сплошная инженерная логика и порядок.
Они пересели в машину Сергея и покатили по сплетениям автомагистралей. Когда-то здесь жил Тахир. Тэ не мог себе это представить. Они вошли в один из небоскрёбов и стали подниматься на лифте, одной стороной примыкающем к внешней стене дома. Лучи солнца перебирали стеклянные этажи напротив, и здания поднимались и росли вместе с ними, обнажая пространство и воздух. Устав жить под землёй, люди тянулись к небу.
Сергей провёл Тэ через холл в квартиру — простую и необычную одновременно. Лаконичные формы и цвета, незнакомые материалы. Мужчина прошёл к письменному столу и открыл прибор, на котором забегали картинки и цифры.
— Присаживайтесь. Вас же интересуют Литараки?
— Да. Степан и Кариша прибыли сюда на «Белом шуме». Я бы хотел узнать их дальнейшую судьбу. И, если такое возможно, судьбу их детей.
Пальцы Сергея забегали по кнопкам.
— Я уже подготовил для вас папку. Могу распечатать несколько статей о них... И фото.
Он что-то быстро нажимал, другой прибор тихо зашумел и стал выплёвывать листы бумаги. Тэ взял статьи: все об их научных исследованиях и наградах. О личной жизни ни слова. Тэ их отложил и посмотрел на фото. Это были уже не те измученные лица из тюремных архивов. На него смотрели постаревшие, но полные жизни люди. Фотографии всё печатались и печатались. Тэ удивлялся количеству и тому, как быстро можно их проявить. Чем дальше шли фото, тем старше становились Степан и Кариша.
— Эта девушка — их дочь?
— Да. Вера. Она вышла замуж за Кирилла Одинцова.
— Она ещё жива, не знаете?
— К сожалению, умерла год назад. Вы немного опоздали...
Всего год назад. Тэ дальше листал снимки.
— Это дети Веры. Миша и Дима.
— Они тоже учёные?
— Миша — инженер-технолог. Дима — программист.
Тэ не понимал, что конкретно значат эти профессии.
— Я могу забрать эти фотографии? — спросил он.
— Да, конечно. И статьи. Я для вас и печатаю. Это же ваши родственники, я правильно понял?
— Да. Мой прадед, их сын, остался в Варийске.
С фото