Искатель, 2011 № 06 - Журнал «Искатель»
А дальше случился у нас с ним роман. Вадим честно предупредил, что женат. Но жену не любит, она в Москве осталась, а я — девушка его мечты, ну и тому подобное. Навешал провинциальной дурехе лапшу на уши. Много ли надо?
Все у нас цвело и пахло в розовых тонах около года, пока Вадим свою антикризисную программу реализовывал. А затем наступило ему время возвращаться в Москву, а мне — расхлебывать горькую правду.
Расплакался мой любимый, сообщил, что жена у него, к несчастью, дочь президента фирмы. И развестись с нею он никак не может, иначе вся его карьера накроется медным тазиком. В общем, прощай, дорогая Роза, и не поминай лихом. Звони, если будешь в Москве. И умотал.
Пока я несколько недель в трансе обитала, подоспела еще одна новость, уж совсем обухом по голове. Узнала я, что уже полтора месяца как беремена.
Рожать я не хотела. Родители, наверное, из дому бы не выгнали. Но представляла, каким для них и меня это обернется стыдом и позором. Как же, гордая Ассоль наеб... ребенка. И абортироваться втихушку в нашем городке я не могла. Поэтому собрала вещички, села на поезд и уехала в Петербург.
Там сняла комнату, сделала аборт. Потом попробовала найти работу. Но с наскока ничего не выгорело. Нет, в нескольких местах меня брали, но я уже научилась по глазам читать. Если засекаю, что начальник на грудь пялится и губешки облизывает, я из этой конторы сразу на выход, пока не вырвало от омерзения. Так я всех этих самцов в тот момент ненавидела.
Деньги вскоре закончились, да и было их не густо. Жить негде. Одну ночь переночевала на вокзале. Чуть в милицию не забрали без регистрации. К слову, отец у меня грек. В него я и черненькая. Представляю, что бы в милиции со мной могли сотворить. Хорошо, что патруль на двух пьяных «азеров» отвлекся, почувствовали менты «жирную» добычу и отвяли от меня.
А у меня руки совсем опустились. И домой возвращаться неохота, и в Питере ничего не складывается. Пришла на следующую ночь на другой вокзал, чтобы не светиться. Тут и познакомилась с ним. Вернее, он меня присмотрел. Но это-то я позже поняла.
Подсел ко мне на лавочку. Седой уже в висках, но импозантный, холеный. Волосы светлые, вьющиеся. И очень культурный, вежливый. Заговорил. Спросил, как зовут. Я, естественно, напряглась.
— Ну, предположим, Роза. Вам-то что?
Но он воспитанно себя вел, даже чопорно. Никакого хамства. Разве что странноватый немного. Когда имя мое услышал, вроде как обрадовался, пробормотал:
— Я прислал тебе черную розу в бокале[3]...
Расспросил о жизни. Я особо и не упиралась, как-то он быстро подход ко мне нашел. Ну, конечно, в подробности не вдавалась. Так, в общих чертах поведала, как у меня молодая жизнь не задалась.
Он мне и говорит:
— Я бы мог вас сразу пригласить к себе, но вы, боюсь, неправильно поймете. Поэтому у меня к вам другое предложение. Давайте пойдем в гостиницу, и я сниму для вас номер, чтобы вы могли нормально хотя бы спать. А разговор мы позже продолжим.
— Зачем вам это? Я не проститутка.
— Вижу. Потому и беседую с вами.
— Тогда зачем я вам?
— А вы полагаете, что мужчины используют женщин только как проституток?
— Да. Именно так и полагаю.
— Ну и зря. Хотя я вас понимаю. Так что, идем в гостиницу?
Я представила, как всю ночь на вокзале сидеть. Да еще если менты привяжутся. Думаю, что от меня убудет, если он мне номер снимет. И согласилась. Если бы я догадывалась...
На следующую ночь он ко мне пришел в гостиницу. И мы снова разговаривали. Теперь уже обо всем. Он, кстати, очень любил стихи декламировать и знал их в огромном количестве. Часто строки Блока повторял: «...Все будет так. Исхода нет. Умрешь — начнешь опять сначала...»
Я его снова спросила, зачем со мной возится.
Он подумал, а потом спокойно так отвечает:
— Мне нужна жена, такая, как ты.
— Что же во мне такого особенного?
Он взял меня ладонью за лицо, посмотрел, близко-близко, в глаза:
— Этого словами не передать. Такое можно только почувствовать. Нутром, как зверь ощущает. Ты думаешь, что я тебя на вокзале увидел? Нет. Я еще в павильон не вошел, а уже ощутил, что ты там есть.
...Через несколько дней перебралась я к нему домой. У него квартира в самом центре города. А затем... Затем произошло Посвящение. Или Становление, так еще иногда называют. Ну, ты это сейчас не поймешь, долго объяснять. Короче, стала я вампиром, сама не подозревая...
Внешне-то это красиво выглядело. Свечи, дорогое вино, тихая музыка... Скрипичный концерт чей-то... Я даже боли не почувствовала, когда он мне артерию прокусил. Ощущения такие, словно в сон проваливаешься...
На следующий день он мне все карты открыл. Извинялся, что не мог предупредить заранее. Я бы испугалась, мол. А теперь у меня блестящие перспективы, бессмертие и прочее... А он у вампиров вроде князя...
Я же, как все поняла, чуть с ума не сошла. Хотела в окно выброситься. Но он мне сказал, что это бесполезно. Такое меня не убьет. Только если в огне сжечь...
А потом я от него сбежала. Как в бреду находилась. И к тебе пришла. Случайно совершенно. В газете объявление прочитала, что бухгалтер требуется... У тебя мне понравилось: тихо, спокойно, никто не пристает. Можно почти круглые сутки в помещении сидеть. Мне же на солнце нельзя появляться, кожа сразу пятнами покрывается... Пыталась с собой бороться, гранатовый сок пила, сырое мясо втихушку ела, но это все ерунда... С этим невозможно бороться, он, этот зов, как невыносимая жажда... А тут полнолуние... И ты со своими объятьями...
Артур
Роза подняла лицо, и я увидел ее глаза. А глаз-то и нет — безумная бездна... Все решилось в ту ночь. Был такой фильм, кажется, «Под стук вагонных колес». Вот и катаюсь с тех пор...
Следователь
Артур зевнул и замолчал. Я его не торопил. У меня в голове зудели параллельно две мысли. Первая о том, что я потратил вечер на сумасшедшего. А вторая... Она