Пустая ловушка - Джон Данн Макдональд

— Ты говоришь странные вещи. Что ты задумала?

— Ну... я просто представила себе, как было бы здорово. Для нас. Мы могли бы убежать отсюда. Прихватив столько, что нам хватило бы на всю жизнь.

— Похоже, ты болтаешь о деньгах, которые видела собственными глазами.

— Там их целая куча. И взять ее не так уж трудно.

Он понимал, что она ждет вопроса. Но чувствовал: стоит его задать, как он невольно превратится в соучастника. И не задать было невозможно.

— Где же это сокровище? — Он попытался произнести это как можно небрежнее, но голос его не слушался.

Сильвия снова поводила пальцем по его груди.

— Думаю, ты слышал о том, как хранит деньги папаша Дровек?

Он внезапно сел на постели и оттолкнул ее от себя. Потом нашарил выключатель, зажег лампу, стоявшую на ночном столике, и уставился на Сильвию.

— Послушай, детка, — грубо бросил он, — ты очень славная. Я рад тебя видеть. Естественно, я знаю об этой привычке папаши. Он хранит их в банке, как и полагается. И если ты думаешь, что я собираюсь ограбить банк, то, как бы хороша ты ни была, я скажу тебе, что ты не в своем уме.

Она надулась и жалобно взглянула на него.

— Я не имела в виду ограбление банка. К тому же это действительно просто. Для нас.

— Ты хочешь сказать «для меня»?

— Ну, тебе придется взять на себя единственный опасный момент.

Он потянулся за сигаретами, заметив, что у него дрожат руки.

Она молчала, снова ожидая его вопроса. И снова у него возникло ощущение, что они уже стали сообщниками. Но не спросить Гленн не мог.

— Милая, лучше бы ты объяснила, что это за несложный план, который ты придумала.

Она взяла у него сигарету, и он поднес ей огня. Гленн лежал, опершись на локоть. Сильвия повернулась к нему, и поток черных волос наполовину скрыл ее лицо.

— Так вот... каждый месяц он кладет деньги в депозитный сейф. Когда он получает чек, Чип отвозит его в банк и ждет. Папаша возится подолгу. Чип всегда подшучивает над ним, говорит, что он всякий раз пересчитывает все до цента. Возле двери в хранилище есть конторка. Там клиенты расписываются перед тем, как войти в хранилище. За конторкой, справа, расположено помещение. Клиент берет свой сейф и закрывается в кабинке, чтобы пересчитать деньги. От конторки и от входа его не видно. К тому же там вообще бывает малолюдно.

— Откуда ты все это знаешь, дорогая?

— Просто слышала, как кто-то об этом рассказывал. И все продумала.

— Ты прямо мыслитель. Рассказывай дальше.

— Представь, что ты перейдешь в вечернюю смену. Оденешься поприличнее и арендуешь сейф в этом банке. А потом будешь заглядывать туда почаще, всякий раз захватив с собой что-нибудь вроде небольшого портфеля. Тебе придется задерживаться там подольше, чтобы к этому постепенно привыкли.

— А заодно и запомнили меня.

— Я смогу разузнать, когда Чип в очередной раз повезет папашу в банк. Это будет, скажем, в июле. Я в курсе, когда он заезжает за ним. У Пита есть бинокль, в который весь папашин дом виден как на ладони. Увидев, что папаша выходит из дома в своем лучшем костюме, я сразу же тебе позвоню, и ты отправишься в банк. Таким образом, когда папаша будет выходить из хранилища со своими денежками, ты уже будешь сидеть в одной из кабинок. Ты можешь оставить дверь приоткрытой, чтобы не пропустить этого момента. Потом подпустишь его поближе, подкрадешься к нему со спины и стукнешь по голове.

— Просто замечательно. Я стукну его по голове. Прекрасная идея!

— Ты сможешь оттащить его в одну из этих маленьких кабинок, запрешь дверь и переложишь деньги к себе в портфель. А потом вернешь свой сейф обратно в хранилище и выйдешь на улицу как ни в чем не бывало. Мы можем договориться, чтобы я подождала тебя где-нибудь в своей машине. Пока папаши хватятся, пройдет довольно много времени.

— Полчаса, не больше.

— Но еще больше времени пройдет, пока они поймут, что ты имеешь к этому какое-то отношение. А может быть, вообще не догадаются. Они ведь не увидят тебя.

— А что Чип? Он-то меня увидит.

— Если ты постараешься как-нибудь изменить свою внешность, он может тебя и не узнать... если ты будешь в костюме... Тогда мы сможем бежать отсюда или спрятать деньги, а убежать попозже.

Он уставился на нее:

— Не ожидал от тебя. Кто бы мог подумать, какие мысли кроются в такой хорошенькой головке?

— Мне кажется, я все как следует обдумала.

— А теперь выброси это из головы. Я не из тех, кто может колотить старикашек по лысинам, дорогая. — Он выключил свет и привлек ее к себе. Она свирепо оттолкнула его. — В чем дело?

— Если ты не собираешься сбежать со мной, то нужно прекратить все это. И чем раньше, тем лучше.

— Когда ты в первый раз заговорила со мной на заправке, ты ведь не искала какого-нибудь головореза, разве не так, Сильвия? Чтобы он был готов дать кому-нибудь в зубы... и чтобы... я тебе кое в чем признаюсь... словом, такого человека, у которого в прошлом были неприятности с полицией.

— Конечно нет, милый. Нет. Не прикасайся ко мне.

— Черт! — мрачно буркнул он, затем перевернулся на спину и уставился в неразличимый в темноте потолок.

— Это совсем не то, что грабить банк.

— Заткнись!

— Если кто-нибудь окажется... поблизости, мы можем подождать до августа. Или сентября. Дело того стоит.