Лисий Омут - Елена Анатольевна Леонова

– Сидят. Молчат. Как поступим? Убийца явно один из них!

– Да, Дина. И мы изначально шли неверным следом, – сказал Саблин.

– Что вы имеете в виду?

– Кузнецова убил тоже кто-то из них.

Дина нахмурилась.

– Почему так думаете?

– Меня ещё утром смутило одно обстоятельство, когда мы с тобой обсуждали смерть Кузнецова.

– То, что после убийства архитектора преступник выбежал из усадьбы через главный вход, а не через тайный туннель?

– Да, но главное не это, а проколотые шины машин. Понимаешь?

Дина закусила губу, не улавливая ход мыслей майора.

Саблин потёр руками лицо.

– Смотри. Если убийца выбежал через главный вход, то у него просто не было времени проколоть колёса! Человек постоянно находился у тебя на виду, не успел бы.

– Преступник мог потом незаметно вернуться.

– Нет. Сразу после убийства мы начали все собираться, чтобы уехать. Люди ходили туда-сюда. Если бы неизвестный подошёл к усадьбе, его бы увидели!

– Тогда он сделал это заранее, до того, как убил Кузнецова.

– Именно! Но не перед убийством. Прокол шин никак не связан со смертью архитектора! Зачем преступник испортил шины?

– Чтобы мы не уехали из усадьбы и не вызвали полицию.

– Верно! Но вызвать полицию мы собирались когда?

Максимова задумалась.

– Когда… обнаружили череп.

– Вот тебе и ответ. До обнаружения черепа не было причин портить колёса и держать нас тут, как и оснований для приезда опергруппы. Мы собирались просто уехать, на этом бы история и закончилась, а неизвестный спокойно искал бы спрятанное в доме. Сотрудники заповедника приступили бы к своим работам по оформлению проекта в городе и никого в усадьбе не было бы ещё минимум неделю!

– То есть колёса повредил кто-то из своих?

– Уверен. Тот, кто слышал о моём намерении пригласить полицию и обыскать усадьбу.

– Но слышали все!

– Да. И убийца один из тех, кто сейчас в доме.

– А как же Тере́шка? Кто тогда стоял сегодня на лестнице? – смутилась Дина и тихо добавила: – Это… это был не человек. Призрак! Он испарился в воздухе! И он же, я думаю, появлялся в деревне, а потом на кладбище.

Саблин вздохнул.

– Да. Мы что-то видели, – следователь очень не хотел признавать очевидное, так как не верил в сверхъестественное, но и отрицать не мог. Майор поморщился. – Давай сейчас оставим эту тему с Тере́шкой. Кузнецову сломали шею, Левашову ударили кирпичом. При всём моём уважении к потустороннему, думаю, призраки так не работают.

Дина замолчала, а потом сказала:

– Хорошо. Почему тогда убили Левашову?

– Она что-то узнала или увидела, как и Кузнецов.

– Что именно?

– Скорее всего, убийцу. Какие-то его подозрительные действия, натолкнувшие её на мысли о виновности этого человека в смерти архитектора.

– У вас есть предположения, кто он?

– Есть. И если я прав, всё куда сложнее и запутаннее, чем я себе представлял. Надо прояснить некоторые непонятные детали. Идём.

Когда следователи вошли в каминный зал, мужчины стояли у окна, а Ирма, бледная и обеспокоенная, сидела у огня. Взгляды четырёх человек тут же устремились на Саблина.

– Ну что? – первым нарушил молчание Мавританов, нервно теребя в руке сигарету.

Жуков, не скрывая тревоги, подхватил:

– Да, что с Лидой? Она мертва? Это сделал тот, кто был на лестнице… Тере́шка?

– Нет, – ответил Саблин, – не Тере́шка, а, судя по всему, кто-то из вас.

Следователь замолчал, давая своим словам осесть в напряжённой тишине. Он наблюдал, как страх и подозрение борются на лицах присутствующих, как каждый пытается угадать, кто из них является тем самым, скрывающимся за маской непричастности к преступлениям.

– Да как вы смеете нас обвинять?! – взорвался Вето́шкин. – Вы думаете, кто-то из нас убил Кузнецова, а потом Левашову?

– Про Кузнецова я ничего не говорил, – заметил Саблин, обращаясь к Антону Борисовичу. – Но да, я так думаю. И смею утверждать, потому как теперь у меня нет сомнений: один из вас – убийца.

– Зачем кому-то из нас такое делать?! – воскликнула Ирма. – Может, вы нас ещё и обыщете?

– Да, действительно, какой мотив? – поддержал её Жуков, подходя ближе к следователю. – Обвинить легко, но должен быть какой-то смысл во всём!

– Верно. И смысл есть, – произнёс Саблин. – Он в том, что в усадьбе спрятана ценная вещь. И именно её ищет убийца. Обыскивать я никого не буду, так как похищенный череп, который мог бы стать уликой, скорее всего, уже не в усадьбе.

– Ценная вещь спрятана в доме? – усмехнулся Мавританов. – Да вы с ума сошли! – он выбросил сигарету в окно. – Нет, я больше это терпеть не намерен! Я сейчас же ухожу в деревню, пусть заблужусь в лесу, но тут я не останусь!

– Никто из вас никуда не пойдёт, – заявил Саблин, его взгляд стал жёстче. – Вы все подозреваемые, а значит, будете находиться здесь, пока я не решу иначе.

– Подождите, майор, – остановил его Вето́шкин. – С чего вы взяли, будто в усадьбе что-то спрятано?

– Да, откуда такие мысли? – присоединился к вопросу Жуков. – Вы же смотрели чертежи, здесь нет мест, где можно прятать.

– В том-то и дело, что я видел чертежи, – заметил Саблин. – И благодаря им мы с Диной нашли тайный ход из оранжереи в усадьбу.

– Тайный ход?! Да ладно! Вы шутите? – Жуков попытался улыбнуться, но его лицо вновь стало серьёзным.

– Не может быть! Невероятно! Пока́жете? – Мавританов будто забыл о своём намерении покинуть усадьбу. Он глядел на Саблина с любопытством и даже восхищением.

– Конечно. Пройдёмте в библиотеку.

Майор направился в холл. Остальные быстро последовали за ним. Вето́шкин, захватив бутылку коньяка с подоконника, выдвинулся последним. Максимова шла за ним, держа руку на кобуре. Шаги по холодному полу отдавались эхом в тишине, подчёркивая вынужденное единение перед лицом тайны.

В библиотеке следователь включил свет, подошёл к стене с нишами и наступил на штырёк в полу. В ту же секунду бесшумно открылась низкая дверь у окна, ведущая в тёмный туннель, откуда повеяло холодом.

– Тайный ход, – прошептал Мавританов, его глаза расширились от удивления. – Невероятно! Я провёл здесь столько времени и никогда бы не подумал…