Смертельные ловушки - Кэй Клевер Стрэхен

должен кое-что сказать. Если у вас есть какие-то улики, которые могут вывести на преступника, и если вы хотите сохранить их в тайне, то не говорите мне о них. Я не в том положении, чтобы хранить подобные секреты. Мистер Лаки, я предупреждаю: будь у меня доказательства, я бы выдал полиции любого человека из вашего дома, включая вас. Но я не предатель и не шпион. Я не хочу получать тайные сведения, которые буду обязан раскрыть.

Мистер Лаки понял, что Фисби прав; что говорил он честно и напрямик, и ему отчаянно захотелось щелкнуть мистера Фисби по носу, оскорбить его, унизить и заставить проглотить свои слова. Он никак не мог подавить это желание.

– Хорошо, – нахально улыбнувшись, сказал мистер Лаки. – Дерзайте. Если хотите, обнародуйте это. Сообщите, что я знаю – это Джастин украл пистолет из комнаты Боба.

– Джастин! Но он же мертв. Вы обвиняете его в том, что он убил сам себя?

– Вы сами навели меня на эту мысль. Вы обрисовали все в общих чертах. Допустим, Джастин мог использовать кого-то как орудие для стрельбы в Джералда. Назовем его «орудием А». Предположим, как вы говорили, что это «орудие А» обернулось против него. Это могло быть из страха разоблачения или боязни шантажа (думаю, шантаж мог прийти в голову Джералду, а не вам). Вот он и убил той ночью Джастина и его жену. Чтобы наверняка. Может, это и было вычурно. Но на то были причины. Теперь, если бы у меня были доказательства, и я был бы уверен, что это Джастин украл пистолет, то все, что оставалось бы сделать, это выяснить, кто послужил «орудием А». Не так ли? И мы проясним это. И затем, как я говорил в самом начале, выяснив, кто был «орудием А», мы заставим его рассказать, как он совершил убийство.

– И вы боитесь, что полиция узнает об этой теории? – нерешительно спросил мистер Фисби.

– Вы перебили меня, когда я собирался сказать – пока что мне бы не хотелось, чтобы полиция узнала об этом. Я собирался сказать, что догадываюсь: если бы я дошел до этого в одиночку, то решил бы, что смогу самостоятельно пройти и оставшуюся часть пути. Мы с вами знаем, что представляют из себя детективы. Возьмем для примера того типа, которого мы встретили в вашем доме. Скверный тип. Очень скверный. Как бы я себя почувствовал, если бы получив всю информацию, такой тип арестовал бы невиновного? Нет, сэр. Подумайте сами.

– Слово – серебро, а молчание – золото, – вставил мистер Фисби.

Мистер Лаки протянул ему руку.

– Наконец-то мы говорим о здравых вещах. Вернемся к изначальной точке. Кто мог стать орудием Джастина? Я думал, это мог быть кто угодно: какой-нибудь старый бродяга, гангстер, кто-то посторонний. Но затем вспомнил, что это должен быть некто, кто мог принести пистолет на террасу.

– Два пистолета.

– Нет, только один. Для второго я нашел удовлетворительное объяснение. Вот, что я сделал – сорвал покров с тайны второго пистолета. Я знаю, как он оказался на террасе. Это может удивить вас, но между двумя револьверами нет никакой связи. Никакой. Дайте подумать. На чем я остановился, когда вы перебили меня, заговорив о двух пистолетах?

– Не могу припомнить. Кажется, на этом: если вы правы, и это Джастин взял пистолет из комнаты Боба, то легко прийти к выводу, что Джастин нанял киллера для стрельбы. Затем Джастин встретился с ним где-то снаружи, забрал у него револьвер и принес на террасу.

– Но вы ведь были с ним, не так ли? И вы бы рассказали, если бы он повстречался с кем-нибудь, не так ли?

– Да, я был с ним; но вы этого не знаете наверняка. Он никого не встречал; но наверняка вы не знаете и этого. Алиби Джастина подтверждают только мои слова. Если вы полагаете, что все вокруг говорят правду, всю правду и ничего, кроме правды, то вы не просто напрашиваетесь на неудачу, вы её себе гарантируете.

– Ну, не знаю. В человеческой натуре я довольно хорошо разбираюсь, – гордо заявил мистер Лаки. – А теперь…

– Успех вашего бизнеса подтверждает это. Но обычно вы рассматриваете человеческую натуру в нормальной ситуации. Мистер Лаки, послушайте, тем вечером нас было не так уж много. Сколько? – Фисби вытянул руку и принялся считать на пальцах: – Двое слуг с надежным алиби, да и судя по тому, с какой охотой они распространялись перед газетчиками, они вряд ли виновны. Боб, Ив, Рода, судья Декстер, сиделка – Мэддокс, или как там ее? Вы и я. Итого, тем вечером на террасе было девять человек.

– Двенадцать, – поправил его мистер Лаки. – Вы не упомянули ни Джералда, ни Джастина, ни Саллиэнн. Теперь что касается «орудия А» …

– Если только я не обманул, сказав, что во время выстрела Джастин был дома и играл со мной в карты. И если только вы с Ив не лжете о том, что Саллиэнн тогда была в холле. Но говоря о стрельбе, нам нужно отсеять Саллиэнн и Джастина, ведь…

– Не более, чем вас, Ив или меня, – возразил мистер Лаки. – Вы были с Джастином – если он был с вами. Я был на лестнице, а Ив в коридоре– вместе с Саллиэнн.

Мистер Фисби задумался.

– Да, – раздраженно согласился он. – Но девять минус три это шесть, а шестерых недостаточно. Мы не можем считать Джералда. Он не стрелял в себя. Вернемся к девятерым, которых насчитал я: все они остались в живых. Скажем, кто-то из девяти солгал, говоря, что он не знает, как револьвер попал на террасу. Кто-то непременно солгал, если мы исходим из того, что выстрел был сделан из револьвера Боба. Интересно, можем ли мы быть уверены в этом?

– Угу, ведь так говорит оружейный специалист Джералда.

– Джералд сообщил это мне после вчерашнего дознания. И тут же пожалел о своей разговорчивости. Я списал это на его перенапряженные нервы. Хотя странно, что он заговорил со мной. Не так ли? Я имею в виду, странно, что он заговорил с кем-то, не из семьи?

– Угу, – согласился мистер Лаки, втягивая шею в воротник. – А теперь я хочу вернуться к началу разговора. К «орудию А» …

– Мистер Лаки, вы ведь не отбросите эту мысль? Честно говоря, я надеялся, что вы позабудете о ней. Но раз уж нет, то глупо прибегать к алфавитным обозначениям – «орудие А». Зачем утруждаться? Я вас прекрасно понял. Скажите прямо – «орудие Фисби». Это и проще, и интереснее – подводит дело к почти идеальной разгадке. Вот и поймана рыбка для ухи. И