Под прицелом. Личное дело генерала Ханина - Виктория Борисовна Волкова
Важно садится за руль черной бэхи, припаркованной около остановки. Прыгаю на пассажирское рядом с ним.
Открываю программу слежения.
Мать его!
– Похоже, Злата в квартале отсюда, – восклицаю радостно. – Давай, сворачивай! – прошу напарника. И тот послушно направляет машину в первый переулок.
– Где именно? – спрашивает устало.
– Да тут должна быть! – вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть. Но на остановке никого нет. Вообще никого. – Притормози. Я выйду, осмотрюсь, – прошу Стаса.
И сам до конца не верю, что все так просто.
Обхожу вокруг остановки. Иду чуть вперед по ходу движения прямо по проезжей части, благо в это время машин почти нет. И сначала замечаю сумку, маленьким горбиком топорщащуюся на газоне.
«Точно Златкина!» – поднимаю с мокрой земли. Внутри носовой платок, пахнущий ее духами. И больше ничего. Подношу к носу тряпку с кружавчиками. Вдыхаю знакомый запах. И все. Сердце останавливается, а душу рвет на части от жгучей тревоги.
Этот мужик кто? По всему видать, опытный гаденыш. Заставил Злату сумку выкинуть. Сама бы она точно не додумалась. И откуда его знает моя зверушка? И почему патруль его не задержал? Это же был наш патруль!
Сука-сука!
Сжимаю руки в кулаки, сцепляю челюсти в мертвую хватку. И выдыхаю. Стоп. Сейчас башка светлая нужна. Ярость можно будет потом выпустить, когда найду жену. А пока нужно чувства узлом завязать и включить мозги.
Сажусь на корточки рядом с тротуаром, гляжу придирчиво. Подсвечиваю телефоном на всякий случай. Но и без того видно как днем. Тут везде фонари. И камеры…
А мне нужна одна единственная тачка, из которой выкинули вещи.
– Что ты там ищешь, Николя? – окликает меня Стас.
– Телефон! Сумку нашел! – кричу ему и внезапно замечаю ломаные блики разбитого экрана. Двумя пальцами забираю трубку. Кидаю в сумку зверушки и возвращаюсь к герцогу.
– Нужно ехать в экспертизу. Наверняка жена там, – роняю бодренько.
Но Стас лишь мотает головой.
– Хочешь, давай съездим, но могу поспорить, Златы там нет и не было. Она у мужика. Она бросила тебя, Николя, – смотрит в упор.
– Да пошел ты! – машинально пускаю в ход кулаки и получаю очень уверенный хук в челюсть. – Сука… – выдыхаю, отключаясь. И прихожу в себя уже во дворе частного поместья. Кругом дорожки с подсветкой, зеленая трава на газонах. И двое мужчин, беседующих в сторонке.
«Твою ж мать! Где это я?» – тру башку.
– А! Рогоносец наш очнулся! – смеется мужчина с брюшком. Судя по голосу, Магистр, чтоб ему скиснуть.
– Нет никаких рогов! – выхожу из машины. Демонстративно ощупываю башку. – Видимо, зверушке кто-то старший по званию помог. У нее в архиве кто только не шарахается. Она многих знает… Вот и обратилась за помощью, – говорю и сам себе не верю.
Злата не могла…
Она с посторонними обычно не общается. Чужих контактов у нее в телефоне нет. Разве что…
Это Кира! Сука, бл… Честная давалка. Это она, видать, с этим мужиком крутит. Вот и попросила забрать.
– Найди ее. Срок тебе неделя, – цедит недовольно Магистр.
– А если нет, – сунув руки в карманы, перекатываюсь с пятки на носок. – Что тогда? Убьете меня? – усмехаюсь криво.
– Обнулить можно по-разному, – улыбается снисходительно Магистр. – Но не найдешь сам, я своих спецов подключу.
Кстати, о своих! Патруль этот гребаный.
– А у полицейских можно узнать, кто именно забрал мою зверушку, – сам лезу на рожон. Понимаю, что лучше смолчать, но не могу. – Мужик этот им ксиву показывал. Они потом по стойке смирно встали, – добавляю с едкой горечью.
– Встали… У них там так встало, что меня чуть самого не выдрали. Матом трехэтажным обложили и велели больше не звонить… У меня из-за тебя большие репутационные убытки, Николя. Больше помочь тебе ничем не могу. Давай теперь сам поработай хоть немного, – добавляет с пренебрежением в голосе.
– Хорошо, – киваю я. И всю обратную дорогу до дома размышляю, как мне нагнуть раком Магистра.
«Но с этим успеется», – мысленно расставляю приоритеты. Сейчас главное, Злату найти и вернуть. А с этой аристократией хреновой я разберусь. Они у меня еще попляшут… Твари.
Глава 34.
Глава 34.
– Давай, я за тобой поухаживаю, — Ханин кладет мне в тарелку зажаристый стейк. Ароматный, с корочкой и веточкой розмарина
Наливает в большой пузатый бокал красное вино
– Ну, за удачное завершение дня! – произносит с улыбкой
А у меня на душе раздрай
Естественно, к Николаю я больше никогда не вернусь. Но он будет мстить. Сделает все, чтобы забрать у меня Юльку. Объявит недееспособной. Не зря же все эти годы таскал меня к врачу. Платил деньги. И что там в истории болезни написано, никому не известно
Но Николай всегда обращался со мной как с недееспособной. Он умеет убеждать. И любой суд…
Сглатываю нервно
Хватаюсь дрожащей рукой за тонкую ножку бокала
– За жизнь без Николая Червонцева, — выдвигаю алаверды
– Согласен! – усмехается добродушно Ханин. В мудрых глазах веселые черти пляшут
Чокаемся
Залпом выпиваю вино
– Не части, золотая моя, — улыбается мне Севастьян Михайлович. – Вино настоящее. Вроде пьешь, нормально. А потом из–за стола встать не можешь…
– Я обычно не пью, — мотаю головой. И краснею до ушей. Что же это я…
Но сегодня мне хочется забыть о прошедшем дне. О побоях мужа, хотя ребра еще ноют. Хочется навсегда стереть воспоминания о Червонцеве. Забыть как страшный сон. Начать новую жизнь
– Завтра с утра надо будет подыскать квартиру, — отрезая кусок мяса, поднимаю глаза на Ханина
– А зачем, золотая моя? – смотрит удивленно. Даже есть перестает
– Ну как же… — не могу подобрать слова. – Мы вам можем помешать…
– Нет. Да ну что ты? – выдыхает он порывисто. Встает из–за стола. Большой, сильный мужчина, похожий на медведя
Подходит ко мне. Садится на корточки. Загребает широкой лапищей мои ладошки и смотрит внимательно. Прямо в глаза
– Золотая моя, — улыбается, как мальчишка. – Ты здесь не чужая. И никак помешать не можешь. Теперь тут твой дом, — говорит убедительно, но я чувствую, как он подбирает слова. Будто хочет сказать что–то важное, но пока не осмеливается
– Но у вас сын… — ляпаю первое, что приходит в голову
– Да он тут годами не появляется, — бодает головой воздух Ханин. – Кхм… — откашливается поспешно. Но взгляда не отрывает. – Здесь тебе будет спокойнее, Злата,– поясняет серьезно. – И только в своем доме я могу обеспечить тебе безопасность. В другом месте он тебя найдет, – подскакивает на ноги Севастьян Михайлович.