Это твоя ошибка, дамочка-Бог. - Максим Владимирович Бугаёв

Но какие варианты? В отличие от меня Ульма хоть что-то предлагала, пусть для меня это и звучало в духе: «если вы тонете, то просто плывите к берегу». Логика железная, только причинно-следственные связи напрочь отсутствуют.

А ещё меня насторожил тот факт, что «гнездо» Пауков расположено совсем близко к Жабьему Поплавку. Никто из девок не придал значения этому моменту, но мне почему-то казалось, что зря. Уж слишком странное местоположение. А главное — в этой точке пересекались маршруты самых разных интересных личностей. К тому же мне совершенно не нравился нездоровый интерес Саффы к этой проблеме. Получалась странная ситуация: проблемы Арбузного района по логике вещей её, как дворяну, волновать не должны были. По крайней мере, не до такой степени.

Она соглядатай, гость и партнёр. Казалось бы, это оправдывает её причастность к нашему делу, но я сильно сомневался. Куда проще для неё было бы снять дом где-нибудь в Виноградном, устроить там нормальный штаб и не заниматься всей этой суетой людов. Для нашего общего бизнеса какая-то банда отморозков в Арбузном районе — так себе помеха. Куда важнее для Саффы было сконцентрироваться на точках в Виноградном и Шелковичном районах. Ведь в первую очередь на них мы делали свою ставку. И Ульма, похоже, этого совершенно не понимала. Девочка просто прониклась собственной значимостью и пыталась отыграть роль первой скрипки, полыхая юношеским максимализмом.

Бля, мне двадцать лет, а я рассуждаю уже как старик. Но как по-другому? Хочешь жить — умей вертеться. Нравится тебе это или нет, а чтобы оставаться на плаву, начинаешь думать головой, а не задницей.

Докуривая свою табачную палочку, я увидел фигуру в арке. Это был Третий. Паренёк, несмотря на свою усталость, честно выполнял поставленную перед ним задачу, что не могло не добавить ему в карму плюс сто пятьсот очков опыта от меня лично.

Подойдя к нему, я решил кое-что спросить:

— Привет ещё раз. Устал? Продержишься ещё до четырёх часов утра? Или уже тухнешь на ходу?

Видя его сонные глаза, мне, по сути, и не нужен был ответ. Всё и так было ясно. Но он упрямо возразил:

— Нет, нормально. Четыре часа без проблем.

— Третий, смотри: когда утром приедут дворины и начнут тут шуметь, можешь сразу идти спать. Понял?

— Понял.

— А скажи мне вот ещё что: как давно вы на Жабьем Поплавке подрабатываете?

— Больше двух лет. Туда ведь не так просто попасть.

— Отлично. Тогда вспомни, пожалуйста: за эти два года были случаи, когда в порт приходили ящи и устраивали разборки?

— В самом порту?

— Да.

— Ни разу такого не помню, — призадумавшись, ответил он.

— Хорошо, а возле территории порта или вблизи?

Третий усмехнулся:

— Так вокруг порта место мазанное.

— Что это означает — «мазанное»? Извини, я пока не силен в местном сленге.

— Мазанное — значит бредовое. Всегда какие-то пьяные драки или разборки. Кто чего не поделил — за забором разбираются. Такие у нас правила. На территории порта нельзя: иначе без разговоров уволят всех. И тех, кто просто рядом стоял.

Суть я уловил, но меня интересовало немного другое.

— Ящи в этих разборках принимали участие? За забором? Не помнишь, были такие моменты? Особенно интересует группа ящей.

— Нет, — отрицательно покачал головой Третий. — Ящи туда особо не суются. Это же объявление войны, если полезут. Дворины так просто на такое глаза не закроют.

И вот этот ответ сам по себе был интересен.

— Слушай, а вам же доводилось видеть, как ящи в тяжёлой броне и с оружием проходят по нашему району?

Третий кивнул:

— Да, такое не раз на месяц случается. Они идут в сторону балки.

— Не знаешь, куда именно?

— Нет, сам я никогда за ними не следил. Связываться с ними — себе дороже, а люди болтают всякое.

— Всякое? Что именно?

Третий помялся, словно раздумывая, стоит ли нечто подобное говорить. Но потом всё же сдался:

— Говорят, что на тот островок ходят, что канал на две стороны разделяет. С нашей стороны. Там у них святилище какое-то, или что-то в этом роде.

Понятия не имел, о чём он вообще говорит, но на карте нечто подобное видел. Надо будет своими глазами взглянуть.

— Святилище? На островке?

— Какое святилище… — скривился Третий. — Мы с пацанами видели, что там просто куча камней свалена в горку. Островок ведь небольшой, особо там не разгуляешься.

— Погоди, а как они туда добираются в тяжёлой броне и с оружием?

— А! Так на лодках. Есть небольшой пирс — вот лодки там свои и держат.

— Короче, ничего не понял: они что, через наш район молиться камням ходят? В броне и с оружием?

— Вот я из-за этого и не хотел рассказывать. Сам понимаю, что звучит как полный бред. Но больше ничего не знаю. Идти за ними в балку — только дурак станет.

— А чего так? Любопытных на районе нет?

— Любопытные быстро кончились, — невесело скривился парень. — Все, кто за ними решил проследить, так из балки и не вернулись. Дураков больше нет.

Вот значит как. То есть по факту это не больше, чем предположения и догадки. Прямых доказательств ни у кого нет, что там ящи забыли. Что очень странно. Баржи ведь круглосуточно там проходят, кто-то да должен был заметить и в красках все описать. В общем тёмная история, на которую не мешало бы пролить свет. Мне почему-то кажется, что если бы людоящеры были настолько религиозные, то это можно бы увидеть по их району. Да и в тяжелой броне на молебны ходить, тоже странно как минимум.

Не знаю, может, у этого места есть своя предыстория и туда действительно зачем-то нужно ходить, но даже так всё равно выглядело это очень сомнительно. Местные же перестали любопытничать по вполне понятной причине. Жизнь человека в этом городе не особо дорого ценится, так что беречь свою шкурку надо в первую очередь самому.

— Третий, у меня к тебе ещё вопрос есть.

Тот внимательно на меня посмотрел.

— В нашем районе рукастые мужики есть?

Судя по глазам парня, мне надо было выразиться точнее.

— Есть у нас на районе мастера по камню, кузнецы и прочие талантливые люди?

— А, так это… — почесал он затылок. — Уже больше года как последняя кузня закрылась. А каменщики все в строители на заработки в другие районы ходят.

— А плотники, столяры, кровельщики и прочие?

— Тоже нет. Остались только парикмахеры, портные, прачки, часовщики и прочий мелкий люд. Со мной в одном доме дядя Шос живёт. Известный мастер