Это твоя ошибка, дамочка-Бог. - Максим Владимирович Бугаёв

В этот момент шедшие впереди близняшки невольно обернулись на мои слова и, прищурившись, посмотрели в сторону шедшей рядом со мной девушки. Сама же Ласа с красным лицом просто отвернулась в сторону, выражая своё недовольство. Оно и понятно: я нарочно в немного грубой манере её подкалывал, чтобы не было между нами никаких двусмысленностей.

— Мяучело, — продолжил я, — потому что самая мелкая и милая, хоть и корчит серьёзные рожи и волком на меня смотрит. А Девятый просто рожей вышел в отличие от вас, уродов. Вот и вся наука.

Снова ржач.

Глянув на ещё одну девушку из этой компании, я отметил про себя, что она уж слишком молчаливая. И, кстати, самая худая и хуже всех одетая.

— Тебя хоть как звать? — обратился я к ней, внимательно всматриваясь в лицо и не припоминая, чтобы слышал от неё хоть одно слово.

— Господин Резак, она вам не ответит, — вмешалась Первая.

— Почему, немая? — первое, что пришло мне в голову, спросил я, хотя понимал, что моя бестактность тут немного неуместна.

— Нет, — замялась Первая. — Тут другой случай. Но не пытайтесь, она говорить не будет.

Через пятнадцать минут мы стояли у купален на Виноградной. Правда, не у парадного входа, а, как оказалось, положено — со стороны. На нашу группу все обращали внимание, так как вели мы себя довольно шумно.

— Девятый, — подошёл я к Вороне. — Отвечаешь за то, чтобы эти черти чумазые, — кивнул я головой в сторону парней, — все были вымыты и с чистыми жопами. В этих купальнях новое нижнее бельё себе купите, а свои старые тряпки выкиньте в мусор. Уяснил?

Девятый как-то неопределённо согласился, на что я сразу же добавил:

— Говори сразу, справишься с таким пустяковым заданием или нет?

— Понял, справлюсь.

— Увереннее, — потребовал я, не отходя от него.

— Справлюсь! — уже громче ответил он, и я сунул ему в руку серебряный.

Отправив пацанов, я повернулся к бабскому коллективу.

— Вирт, помнишь, где дом Сворфа?

— Да.

— Иди туда прямо сейчас, возьми вещи Саффы и отправляйся домой.

— Поняла, господин Резак.

— Мяучело и Вторая, тоже быстро в купальни. Новое нижнее бельё купите себе там же и приведите себя в порядок как следует, потому что потом пойдем в примерочные вещи вам новые покупать. Всё ясно?

Молчаливая темноволосая девушка подняла на меня глаза…

— Да-да, Вторая, буду тебя так называть.

Ласа было собралась идти с ними, но я тут же поймал её за руку:

— А ты куда собралась? Ты уже дома у меня плескалась в ванной. Тебя первой будем прихорашивать. Вира, что скажешь: первым делом в парикмахерскую — гнездо на её голове привести в порядок — или сначала оденем?

Ласа уже было открыла рот от возмущения, что ей распоряжаются без её согласия, но Вира, грозно глянув на неё, одним взглядом отбила у той желание что-то возражать. Не ожидал, что вечно сонная Вира так запросто сможет справиться с этой воительницей.

Что же, настало время хоть немного повеселиться, а то у меня руки до сих пор дрожат. Быть командиром я страшно не любил. Неблагодарное и утомительное это дело, должен вам признаться: всем мил не будешь, головной боли — вагон, благодарности — ноль. Но я хотя бы понимал, для чего это делаю. Да, одно дело стоять на раздаче конфет и прочих нищтяков, и совсем другое заставить работать.

— Вирт, Ласа — на тебе, не скучайте без меня. Мне самому надо в пару магазинов заскочить и одного бородатого дядьку серьёзного навестить. Есть у меня разговор к нему. Могу задержаться. Если меня долго не будет, всё равно ждите меня на летней площадке вот этого ресторана, — указал я пальцем.

Надо навестить рона Гелина, а перед этим зайти к рону Толину. Пускать сегодняшний инцидент на самотёк нельзя: без помощи этих бородачей будет весьма трудно замять недавнюю бойню. Ведь рано или поздно к нам в двери постучится сыскной отдел, и мне нужно понимать, как с ними себя вести.

Ведь даже со старта у меня из документов только — усы, лапы, хвост.

К Мих Аилу идти нет ни малейшего желания. Сомневаюсь, что в этом есть хоть какой-то толк: это моя проблема, с которой мне стоит разобраться самому. К тому же бородачи больше заинтересованы в помощи нам по ряду причин. Так что стоит в первую очередь поговорить с ними. Они и влияния больше имеют, и с головой лучше дружат.

Справки вон как быстро навели на меня! Ещё и лопоухий их «дружок» точно не сявка в этих делах — глядишь, и через него что-то выйдет. Правда, он зуб на меня имеет, но это тоже не беда. Может, получится его как-то умаслить или какими-то плюшками подкупить. Полюбэ мы с ним считай что знакомы…

Тут я себя прервал. Ведь на такие дела точно не старшие сыскари катаются. А я знаю одну жгучую блондинку, которая очень может быть тут пригодится. Кана — птица невысокого полета, и как раз…

Опять размечтался. Ни с Мираэлем, ни с Каной у меня не было хороших и тесных отношений. А значит… А что это значит? Надо к дворинам идти и не заниматься гаданием.

Несколько дворинов посматривали в нашу сторону с заметным осуждением. Могу их понять: пятнадцать человек за двумя столами харчевни занимали чуть ли не большую часть зала и вели себя, мягко сказать, не слишком образцово тихо. Особенно разительно в глаза местных бросались наши ядовитые цвета новой одежды. С другой стороны, на фоне пьянствующих через дорогу бородачей мы были тихими ангелочками. Но для коротышек было главное другое — мы все люды. Те, которые, по их представлениям, должны вообще быть ниже травы и тише воды. И которым нечего делать в Виноградном районе. В смысле — в общественных заведениях. Эта мысль прямо читалась на их лицах.

Мы, знаете, были как те загорелые парни в Америке в пятидесятых годах. Вроде как бы имеем права, но не то чтобы очень. Аналогия так себе, но уж извините, какая есть. Вот такой у меня социальный вайб через призму восприятия мира вокруг.

Я даже начал побаиваться, что ещё немного — и на нас набросятся эти доброжелательные коротышки. Надо закругляться и топать в свой район, а то