Елена Бергман - Мир львинов
Львинок оставил в покое кисточку и потупился.
— Зато красивая… — прошептал он — ему так нравилась синяя краска!
Львин обнял сына и привлек к себе. Ребенок всхлипнул.
— Ты меня выпорешь? — спросил он дрожащим голоском.
— Не выпорю, — ответил львин, качая головой.
— И за уши таскать не будешь?
Мрах только улыбнулся.
Миррик просиял.
— Ты самый лучший папа на свете! — воскликнул он, бросаясь к отцу на шею. — Я тебя люблю!
Мрах подхватил ребенка на руки и понес в дом.
— Идем обедать, художник! — смеялся он, пальцем пытаясь оттереть с его носа синее пятно. — Разрисовался весь!
Миррик довольно мурчал — иногда ему приятно было почувствовать себя маленьким.
Чмокнув сынишку напоследок в пушистую щечку, Мрах вручил ему полотенце и опустил на пол:
— Иди руки мыть, неслух!
Неслух схватил полотенце и побежал мыться. Поплескав в лицо водой, мальчик забросил полотенце на торчащий из стены колышек. Лицо чище не стало, зато на ткани остались разноцветные разводы.
— Ой… — пискнул львинок, разглядывая испачканое полотенце. — Что мама скажет!
Воровато оглянувшись и убедившись, что никто не смотрит, он скомкал полотенце и засунул поглубже под лавку, но тут же оказался ухвачен за ухо.
Мрах хмурился.
— Доставай обратно! — строго велел он. — После еды постираешь!
— Папа! — протестующе замявкал Миррик, потирая ушко. — Но мы же…
— Рыбалка прекрасно сочетается со стиркой! — отрезал Мрах. Львинок понурился.
— Папа… — законючил он умоляюще. — Ну пожалуйста!
Но отец был неумолим. Оглядев сына, он молча умыл его еще раз и шлепком отправил к столу.
Недовольный и взъерошенный Миррик бочком протиснулся в свой любимый уголок и сел, по пути стащив с тарелки кусочек мяса. Мрах хлопнул его по рукам. Пришлось вернуть мясо на место. Оставшись без добычи, львинок погрустнел и немедленно дернул за хвост сидящую рядом сестру. Львинька зашипела и показала брату кулак.
— Все в сборе? — спросил Мрах.
— Да-а… — вразнобой ответили дети.
— Не слышу?!
— Да!!!
— Молодцы! — похвалил их Мрах. — Хеля, Утя, мы ждем!
Две красивые львии — постарше и помладше, наделили детей ложками и разлили по тарелкам рыбный суп. Миррик не любил рыбный суп. Кисло скривившись, он отодвинул тарелку и зашипел на нее.
— Миррик! — укоряюще воскликнула Утя. Львинок зашипел и на Утю.
Хеля отвесила расшипевшемуся отпрыску подзатыльник.
— Это что еще за выходки? — спросила она строго.
Львинок прижал ушки.
— Она не моя мама! — заявил он. — Чего командует тут? Не хочу ее слушаться!
— Мрах! — мякнула возмущенная Хеля.
Львин вынул изо рта ложку и попросил:
— Ну хоть один раз дайте мне поесть спокойно! Надоели!
Он, в отличие от Миррика, рыбный суп очень любил. Хеля фыркнула и забрала у мужа тарелку.
— Мрах! — повторила она чуть громче.
Львин поглядел на почти полную тарелку и вздохнул. Миррик сжался в углу.
Без особых церемоний ухватив сына за шкирку, Мрах выволок его из за стола и выставил на улицу.
— Остаешься без обеда! — рыкнул он. — И чтоб ни к кому не ходить жаловаться и кляньчить! Узнаю — выпорю!
Хлопнув дверью, он вернулся в дом. Миррик остался один.
— Бе-бе-бе! — сказал львинок вслед удаляющейся отцовской спине и скорчил рожицу. — Бззззз!
Мрах сделал вид, что не расслышал — он был голоден. Миррик — тоже.
Опустившись на крыльцо, ребенок немного всплакнул, но есть хотелось все сильнее…Вытерев слезы, он вскочил и побежал к соседям — просить кушать. Мальчик знал, что у Варму доброе сердце и он обязательно покормит бедного, умирающего от голода ребенка. Но Варму не было дома.
— Он еще вчера на охоту ушел… — пожала плечами его жена. — А зачем тебе? Случилось чего?
Миррик понурил ушки и состряпал жалостную физиономию.
— Меня без обеда оставили, — мявкнул он и понурил ушки.
Мара оглядела львинка с ног до головы и поинтересовалась:
— А за что, можно узнать?
— Шипел… — ответил Миррик.
— Шипел? — удивилась Мара.
— Шипел. — подтвердил Миррик.
— А почему ты шипел?
— Потому что суп рыбный. — признался львинок. — А я его не люблю.
— Ага! — кивнула Мара. — И что, тебя выгнали только за то, что ты шипел на тарелку с супом?
Миррик опустил глазки в землю и понурился.
— Я на Утю тоже шипел. — прошептал он, глядя в землю.
— Ясно. — кивнула Мара и поманила ребенка в дом.
— Только у меня тоже рыбный суп. — честно предупредила она. — Наливать? Или ты и на меня шипеть начнешь?
Миррик молча протянул взятую со стола пустую тарелку.
— Только папе не говори, что я у тебя был, ладно? — попросил он, жадно глотая уже остывшую уху. — А то он меня выпорет…
Мара смотрела и улыбалась.
Наевшись, львинок начал клевать носом, и добрая женщина уложила его тут жена лавке.
— А где все твои? — спросил ребенок, зевая.
— На речке белье стирают. — охотно ответила Мара, укрывая трущего глаза мальчонку одеялом и присаживаясь рядом. — А Варму в степь ушел.
— На охоту?
— На охоту, — подтвердила Мара.
— Муррр, — прошептал Миррик. Мара погладила его по спине и чмокнула в ушко:
— Спи давай…
— Мурррр… — повторил львинок, уплывая в сон. Ему было тепло и уютно…
Когда через пару лучин за ним пришел отец, Миррик уже крепко спал. Мрах поглядел на сына и только покачал головой.
— Накормила? — спросил он у Мары. Женщина развела руками.
Мрах фыркнул.
— Не ругай его. — попросила Мара. — Обещаешь?
Мрах снова фыркнул.
— А за что? — спросил он. — У тебя его нет, и вообще я его не видел… Ведь так?
— Так. — поддержала Мара. — Передай Хеле, что ко мне он не заходил.
— Договорились. — кивнул львин. — Проснется — домой пришлешь… И меня здесь не было!
— Ладно. — кивнула все понимающая женщина. — Пороть неохота, да?
Мрах поглядел на сладко посапывающего под одеялом сына и вздохнул:
— Жалко. Малой ж совсем…
— Ну, не такой и малой! — не согласилась Мара. — Сколько ему уже? Семь?
— Семь.
— Не пори, — разрешила женщина. — Пусть растет неслухом!
Мрах еще раз поглядел на сына, махнул рукой и ушел. Он решил не наказывать мальчика.
Сытый Миррик спокойно спал. Ему снился целый горшок запретной синей краски.
Ирме и Лику совсем недавно исполнилось шесть. Они были двойняшками, но Ирма родилась раньше на целых десять минут. Невзирая на более чем юный возраст, дети отличались редкой самостоятельностью.