Луис Ламур - Горящие холмы

— Не делай этого! — резко и сердито сказал Джордан и быстро привлек ее к себе, их тела соприкоснулись. Она взглянула на него, ее глаза были черны как ночь, и в них внезапно заполыхал всепожирающий огонь.

Она с отчаянной яростью начала бороться с ним. Бороться, чтобы высвободиться и убежать. Он держал ее, а затем медленно и неуклонно прижал ее губы к своим.

Мария Кристина откинула голову назад, продолжая драться как пантера, попавшая в западню, а затем неожиданно страстно прильнуть у нему, и они поцеловались.

Трэйс молча держал ее в своих объятиях, затем мягко произнес:

— Надо же сама, но ты сделала это. Ты все сделала отлично.

Девушка тихо стояла в его объятиях, а большая рыжая лошадь отошла на несколько шагов и улеглась на короткую траву. У нее были свои критерии терпеливости, и она начала привыкать к причудам человеческого характера.

Много позже, когда большая часть кофе выкипела, Джордан выпил его, черный и крепкий.

Мария Кристина смотрела на него, ее глаза были нежны:

— Ты помнишь, я однажды сказала, ты никогда этого не сделаешь?

— Помню.

— Ну… теперь, я думаю, тебе, возможно, удастся.

Мария Кристина рассмеялась, дразняще и нежно, и ее тихий смех взвился вместе с дымком костра к кустарникам, растущим по краям каньона.

Никого (исп.).

Осторожно (исп.).

Мексиканцы (презр.).