Долгий путь к счастью - Ирина Чардымова
Всю беременность Глеб оберегал меня, старался выполнять все мои желания. И я даже представить себе не могла, что можно получать столько заботы и ласки от мужа.
А когда пришло время нашей дочке появиться на свет, Глеб вызвался быть рядом со мной на родах. Я, конечно, сомневалась в правильности его решения, но потом решила, что это его выбор и отговаривать не стала.
Он первый взял нашу малышку на руки, и приложил к моей груди. Тогда я впервые увидела Глеба таким открытым и беззащитным. Он держал нашу новорожденную дочку, смотрел на неё, улыбаясь, а из его глаз ручьями текли слёзы, слёзы счастья.
Потом он целовал меня, благодарил за то, что теперь у него трое детей и говорил, что очень меня любит.
Знал бы он, как сильно я люблю его, и как счастлива, что именно он мой муж и отец наших детей.
У Риммы и Бориса тоже родился малыш, крепкий и здоровый мальчик. Зоя и Женя наоборот только собираются стать родителями через три месяца. Антонина Викторовна теперь живет вместе с нами. И хотя она поначалу сопротивлялась, ссылаясь на то, что не хочет нас стеснять, Глеб настоял, на том, чтобы она переехала к нам. Он объяснил, что так нам будет гораздо спокойнее за неё.
После той выставки моя свекровь словно воспряла духом в своём творчестве. Она поняла, что то, что она делает, действительно красиво, действительно нужно. Она по-другому посмотрела на себя, на свой талан. И мы с Глебом были очень рады за неё.
Всё своё свободное от творчества время Антонина Викторовна посвящает внукам, одинаково любя и Ваню и Еву.
А ещё она неустанно благодарит меня, что мы не бросаем её. Но она даже не представляет, как я благодарна ей за то, что она поддержала меня в те самые трудные моменты моей жизни…
— Ну что идём? — спросил Глеб, взяв нашу дочку на руки. — Они все нас уже ждут. — Намекнул он на нашу дружную компанию. — Спасибо тебе за дочку, любимая. — Прошептал он и поцеловал меня.
— Тебе спасибо, что ты есть. — Поцеловала я его в ответ.
Всё-таки странно устроена наша жизнь. Раз за разом, размышляя над всей этой ситуацией я прихожу к выводу. А может, так было нужно? Может, мы с Глебом действительно должны были пройти этот долгий и трудный путь к нашему счастью, чтобы сейчас ценить и оберегать то, что имеем.
* * *
Соболев
В тот вечер, когда мы были в квартире Антонины Викторовны, я рассказал Карине обо всём, что случилось в моей жизни. И мне стало от этого легче, словно гора с плеч свалилась. Теперь она знала обо мне всё, я был открыт перед ней как книга, и она могла легко все прочитать обо мне.
В тот вечер я на свой страх и риск признался ей в любви, но я даже и представить не мог, что моя любимая ответит мне взаимностью.
После того, как Антонина Викторовна выписалась, мы поженились, устроив семейный ужин только для самых близких. Так у Карины осталась одна фамилия, Соболева. И я был очень счастлив, что именно она носит её.
А спустя несколько месяцев, когда мы устраивали выставку для Антонины Викторовны и Вани, моя жена призналась, что у нас будет ещё один малыш.
Глупенькая моя, она боялась того, как я отреагирую. А я был очень рад тому, что в нашей семье появиться третий ребёнок. Да разве может быть по-другому.
А когда мне вручили мою новорожденную дочь, этот маленький и пищащий комочек счастья, я не смог сдержать слёз.
Теперь я понимал, через что тогда прошла Карина, когда расставалась с Евой. Какую боль и безысходность она испытала. И тогда я поклялся, что сделаю мою жену и моих детей самыми счастливыми на свете, чего бы мне это не стоило.
А ещё я понимаю, что не зря прошёл эту долгую и трудную дорогу к счастью. Наверное, я должен был это пережить, чтобы безгранично ценить то, что у меня есть сейчас.
И я благодарен всем, кто был со мной рядом в самые трудные моменты моей жизни. Благодарен Эдуарду Михайловичу, за то, что он вытащил меня из всего этого водоворота. Благодарен Ольге, что не отвернулась от меня тогда. А сейчас, насколько мне известно, Оля тоже обрела счастье с тем самым доктором.
Но всех больше я благодарен Карине, что она словно ураган ворвалась в мою жизнь и растопила меня. И пусть мы прошли долгий и тернистый путь к нашему счастью. Но теперь мы сделаем всё, чтобы сохранить то, что имеем. Потому что мы уже сполна заплатили за наше счастье.