Знание величия - Юлия Олеговна Чеснокова

же, будет? - Нет, Сынхён сказал, что он не ходит на свадьбы, - удивилась Элин интересу Ючона, но тотчас признала, что криминальные конкуренты не могут не следить за жизнью друг друга. - Что ж так? – после паузы заметил мужчина. – Я иду, а он нет? Не порядок. Передай ему, что хочу выпить с ним чашу мира. - Ты серьёзно? - Абсолютно. Мы с ним давно не виделись, а поскольку он избегает нашего общества, то не вижу повода лучше встретиться и пообщаться. Если он боится за свою сохранность, то, ты знаешь, на твоей свадьбе я не посмею сам, и не позволю никому другому проливать кровь. - Я знаю, Ючон, - сказала Элин, размышляя о его желании видеть Джиёна среди приглашенных. Сынхён тоже был бы этому рад, неужели ей опять придётся звонить самой? И кому! Типу, которого она не переносит на дух. – Хорошо, я постараюсь его уговорить. И… спасибо, что согласился прийти. - Для тебя я сделаю всё, Элин. Всегда. - Ладно, мне нужно идти, увидимся на венчании! – поспешила завершить разговор она, не обрадованная тем, куда стал клониться диалог, к очередным признаниям и заверениям. Неужели Ючон не сможет забыть её? Со временем все забывают, и он забудет. Так должно было быть. Телефон Джиёна завибрировал. Беззвучный режим стоял почти постоянно, потому что он привык начинать в любой момент прятаться, стараться быть незаметным. Прилетевший из Сеула, он лежал на узком балкончике съёмной однушки, греясь под жарким солнцем. Жужжание корпуса о столешницу доносилось из комнаты, туда надо было идти, а для этого надо было подняться. Джиёну не хотелось, он лежал и читал, погружаясь в мудрости древних. Купив по пути из аэропорта три книги – Библию, Коран и «Волю к власти» Фридриха Ницше, он запоем начал читать их, грезя выучить от корки до корки, силясь понять и правильно интерпретировать каждую строчку, чтобы уметь щеголять красивыми фразами и обезоруживать эрудицией соперников, если понадобится что-либо решить дипломатией. Всюду, на каждой странице, ему виделся символизм и подтекст, но когда он приглядывался, казалось, потаённость таяла, и оставалась пустая форма, фраза, нацеленная только на то, чтобы обмануть читателя, вводя его в заблуждение псевдоглубиной. Разве можно захватить мир, написав книгу? Разве можно захватить мир, её прочитав? Нет. Но можно захватить умы тех, кто книг не писал и не читал, а потому не распознает обмана, целей, хитрости. А люди, чьи умы захвачены, сделают остальное, управляя ими можно идти к любым целям. Джиён подумал, что надо бы добыть ещё «Мою борьбу» одного европейского массовика-затейника, и «Государя» Макиавелли. Дочитав до точки, он понял, что вибрация прекратилась, звонить перестали. Но кто же звонил? Лениво поднявшись, Джиён нашёл мобильный и посмотрел. «Элин». Бывало, что Сынхён звонил ему с её номера, поэтому он и был записан. Кто же пытался с ним связаться, он или она? «Они» - ухмыльнулся Дракон, понимая, что у этих двоих вряд ли вскоре останутся индивидуальные дела или секреты. Что ж, надо перезвонить и узнать, чего от него понадобилось. Подняла Элин, и очень быстро. - Привет, Джиён, - голос её никогда не звучал пренебрежительно или с неприязнью. Она старалась быть с ним обходительной, чтобы не заставлять Сынхёна оказываться в эпицентре дрязг и склок. Иногда даже тон принимал что-то созвучное с медсестрой-сиделкой, будто он, Джиён, был больным и ему требовался особый уход, особая забота. Это его до чертиков раздражало, как и вся Элин. - Привет. - Я хотела уточнить насчёт нашей свадьбы… ты придёшь? - Нет, - без попыток быть вежливым и найти оправдывающие причины отказа, отрубил Дракон. - Я не спрашиваю, почему ты не хочешь, Сынхён сказал, что ты вряд ли согласишься, но я решила попробовать уговорить тебя. - Не трать времени. Я не люблю такие мероприятия. Да и вообще не умею праздновать что-либо, а лишний пьяный, не осознающий всей торжественности происходящего, вам ни к чему. - Сынхён был бы рад, если бы ты согласился. - А ты не будешь рада, что же мне, порваться? – посмеялся Джиён. Элин вздохнула, предчувствуя нелёгкость миссии. - Забудь обо мне, я стараюсь для Сынхёна, и ты его друг, помоги сделать этот день для него идеальным. - Идеального ничего не бывает, - вышел с телефоном на балкон Дракон и, прижав его ухом к плечу, принялся закуривать. – Не я, так что-нибудь ещё всё испортит, или чего-то будет не хватать. - Ючон будет на свадьбе… - Микки? – уточнил молодой человек, именно под этим именем зная одного из предводителей гонконгской мафии. - Да, Микки, - произнесла этот чуждый ей псевдоним Элин. – Он сказал, что хотел бы увидеть тебя и с тобой пообщаться, и что свадьба была бы лучшим для этого поводом и местом. - Уж не в ловушку ли он меня хочет заманить? - Нет, Ючон так не посмеет сделать, я его знаю… - Он хотел пристрелить нас с Сынхёном после того, как мы заключили сделку и пожали друг другу руки. Это ты тоже знаешь, и всё-таки доверяешь своему дружку? - Он мне не дружок, он мой друг. - Да-да, я помню, и пистолет не выстрелил, потому что ему помешало твоё присутствие. – Девушке надоел сарказм, который излучал Джиён, и она вспомнила о чувстве собственного достоинства. Сколько можно было миндальничать с этим бандитом? - Ладно, если ты не хочешь, то заставить я тебе не могу. Дракон выдохнул облако дыма и, улыбнувшись, хоть собеседница и не могла этого видеть, как обычно пошёл от противного, любя поступать именно вопреки и назло. - Не можешь. Но я приду, - пообещал Джиён. – Увидимся, Элин!

* * *

Венчание проводилось именно в той маленькой церквушке Божьей Матери, в которой не один год подряд Элин слушала воскресные службы. Отец вёл её к алтарю, а Сынхён уже ждал у него, и принял переданную ему ладонь. - Препоручаю её тебе, - сказал господин Ли, улыбаясь не менее счастливо, чем дочь, но более сдержанно. Девушка же светилась от любви. Белизна наряда оттеняла её розовеющие щёки, глаза горели радостью, и она едва смогла отвести их от Сынхёна после того, как он взял её руку. Но смотреть нужно было на священника, и пришлось повернуть лицо вперёд, переводя дыхание, чтобы не забывать дышать вовсе. Джиён присутствовал на церемонии, сидел на скамейке среди тех рядов, где