Мой любимый герцог - Мария Шарикова

подарившая ему свою невинность, могла так себя вести. К тому же ожидая его ребёнка. Ради которого герцог, стиснув зубы, простил вероломную супругу. Но однажды, спустя несколько месяцев, Амалия высказала ему в лицо всю правду о их браке и её отношении к нему. Супруга не выбирала выражений, кричала, бранилась и самое главное наконец-то объяснила мотив фарса, которым в итоге Йен стал считать этот брак. Титул и богатство. Если бы не они, она бы даже не взглянула в его сторону. Тогда герцог впервые и единожды в жизни поднял руку на женщину. Гнев, который охватил его, не знал границ. То, что случилось дальше, Йен не мог вспоминать, ему казалось он спал и видел кошмарный сон. Именно поэтому, когда прошла лишь неделя после похорон Амилии, он вернулся к месту, где погибла его некогда молодая и полная жизни супруга, и попытался свести счеты с жизнью. К счастью, мать и его преданный слуга смогли предотвратить беду, но с тех пор он стал другим человеком. И только теперь, спустя почти два десятка лет он был готов отпустить прошлое. Вновь любить и быть любимым в ответ.

- Йен, о чём ты думаешь? - тихо спросила Ирина, погладив его щёку. - Мы так долго молчим...

- Я думаю о тебе, cherie, - отозвался герцог, с языка которого готовы были сорваться совершено другие слова, - если ты позволишь мне встать, я тебе кое-что покажу.

Слегка отстранившись, Ирина с недоумением смотрела, как он поднялся и покинул комнату, чтобы через несколько минут вернуться с бархатной коробочкой в руках.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Закрой глаза, Айрин, - попросил Йен, наблюдая за тем, как жена послушно исполняет его просьбу.

Опустившись подле неё, он надел ей на шею ожерелье, любуясь тем, как красные камни переливаются в отблесках огня.

- Йен, что это... - только и смогла выговорить герцогиня, широко распахнув глаза.

- Это подарок, который я хотел сделать тебе очень давно,cherie, - шепнул герцог, склоняясь к шелковистым завиткам, упавшим на точёную шейку.

- О Боже, благодарю тебя, милый, - не скрывая удивления, воскликнула Ирина, - но мне так неловко... Я до сих пор не сделала тебе ни одного подарка...

- Ты уже сделала его, Айрин, - касаясь чуть приоткрытых уст лёгким поцелуем,промолвил Йен, - ты мой самый лучший подарок, который мне подарила судьба!

*

доки - самый бедный район Лондона.

Уайтчепел - квартал где обитали убийцы и воры.

Прошлой ночью Йен так и не нашёл в себе силы признаться жене в своих чувствах. Они продолжали делить только сон, но как только они вновь предадутся страсти.он обязательно скажет Ирине, что любит её.

Сегодня же супруги проводили день порознь. Ирина с утра отправилась на Бонд стрит, желая сделать покупки перед поездкой, а герцог этим вечером договорился о встрече с Робертом, желая поговорить.

Вопрос с Джеймсом ещё не был решен. После слов жены, Йен стал думать, что, возможно, он действительно упустил сына из-за того, что был слишком юн, чтобы осознавать всю ответственность, которая ложилась на него как на родителя. Но сейчас он всё понимает! И он не хотел делать огромную пропасть между ними ещё больше. Однако спускать Джеймсу с рук его последнюю выходку герцог не собирался! Именно поэтому он хотел встретиться с графом и попросить совета. Роберт всегда отличался мудростью, и только спустя столько лет, Йен это понял.

Друзья договорились о встречи в закрытом клубе на Сент-Джеймс стрит. Йен давно не был в клубе, и его появление вызвало немалое удивление.

- Д'Арси, - начал кто-то из присутствующих, - приятно видеть тебя в полном здравии. Молодая жена ещё не выжила из тебя все соки?

Услышав столь нелестное высказывание о своём возрасте, Йен впервые задумался над тем, как долго он сможет соответствовать молодой и полной сил Айрин. Ведь не зря впервые увидев Ирину, герцог принял её за ребёнка... Скоро ему тридцать шесть. Разумеется,ни у кого язык не поднимется назвать его стариком, но насколько ещё его хватит?

Ничего не сказав насмешнику в ответ, он резко тряхнул головой, прогоняя навязчивые мысли. Ирина уверяла его в своих чувствах, и Йен не собирался ставить их под сомнение.

- Йен, не обращай внимание на Ричарда, - произнес граф, заметив, как в зал, где стояли удобные кресла, вступил герцог, - он хватанул лишнего и...

- Роберт, я уверен, что это самое безобидное из того, что о нас с Айрин судачат в Лондонских гостиных.

- Вижу, что твои отношения с герцогиней наладились, - приблизившись и хлопнув приятеля по плечу, произнёс граф, - прими мои поздравления. Но тебя ведь что-то тревожит? Я сразу это понял, едва прочитав твою записку.

Мужчины заняли место возле камина и, налив бренди, стали вести непринужденную беседу.

- Сейчас у меня одна проблема и имя ей - Джеймс, - тяжело вздохнув, сказал Йен, - мне понятны его упрёки, но он всё время пытается оскорбить Айрин, а этого я не могу допустить!

- Увы, у меня нет детей, и в этом вопросе я плохой советчик, Йен, - нахмурившись промолвил граф, - но то, что я слышал о твоём сыне, вызывает у меня тревогу. Ты знаешь, что он играет по крупному и задолжал огромные суммы?

- Теперь понятно, почему он так бурно отреагировал на мою угрозу.

- Что же ты предпринял? - поинтересовался Роберт.

- Я изменил завещание, и теперь кроме титула и земель ему ничего не достанется, - кратко сказал герцог, обдумывая слова друга, - всё, что я имею, теперь будет принадлежать нашим с Айрин детям.

Йен всей душой надеялся, что вскоре они с Ириной станут настоящей семьёй и будут нянчить их детей. Для начала он хотел дочку, очень похожую на мать. Такую же красавицу, которую он сможет любить. Именно любить. Он больше не боялся этого слова и теперь мечтал, чтобы жена узнала о его чувствах.

Посидев ещё немного, мужчины вместе вышли на улицу. На дворе стоял вечер, а густой туман окутал город своей тенью, добавляя в воздух прохлады.

Герцог вздохнул полной грудью, не переставая испытывать ощущения, что за ним кто-то наблюдает. Он почувствовал это ещё тогда, когда входил в клуб, и сейчас это вновь повторилось.

Обернувшись к графу, Йен собирался что-то сказать, но звук выстрела и удар боли оказались столь неожиданными, что в первое мгновение