Центр притяжения - Оксана Кас

* Они давали какие-то спойлеры к туру и следующим альбомам?

** Я не спрашивала. Не люблю спойлеры.

* Экран прибавляет вес. Они очень худые?

** Я бы не сказала. Шэня, Ноа, Хару и Тэюна качками не назовешь, но прогресс от занятий спортом виден невооруженным глазом. Остальные чуть более субтильные, мышцы не так заметны, но они не тощие.

* Ты писала, что у многих приятные голоса. А кто звучит красивее всего?

** Какой сложный вопрос . Не думаю, что это можно оценивать в рамках от лучшего к худшему. У Шэня, Хару и Тэюна красивый тембр, их голоса — услада для ушей. Но что понравится именно вам — вопросы личного вкуса. Для меня это низкий голос Тэюна. Но у Ноа, кстати, тоже низкий голос, более хриплый, он звучит мужественно, тогда как Тэюн — как ожившая озвучка 18+ для девочек.

В день первого сеульского концерта агентство направило оператора снимать фанатов около концертной площадки. Видео сразу же смонтировали, нарезав самые интересные кусочки, и показали Black Thorn еще до начала саундчека.

Людей было очень много, очереди казались бесконечными. В них стояли преимущественно девушки, но встречались и парни. Причем и тех, и других было больше, чем на фанмитингах и даже на концертах первого тура. Особенно удивительно было видеть фанатов-парней так рано утром. Большая часть людей приезжает рано утром ради мерча и фандомного общения, плюс так рано должны пройти регистрацию обладатели VIP-билетов. Эти люди — костяк фанатского сообщества, а не просто поклонники музыки. Даже если музыка группы популярна среди мужской аудитории, фанаты мужского пола редко едут на место за пять часов до концерта ради покупки лайтстика и лимитированного мерча к туру. Проще говоря, на самом концерте парней будет еще больше.

Для каждого тура обычно заранее объявляют дресс-код. Чаще всего это цветовая гамма. У Black Thorn есть свои собственные «фирменные» цвета — черный, красный, немного темно-зеленого — по необходимости. Из-за этого в прошлом туре официального дресс-кода не было, все по умолчанию выбирали цвета группы… если вообще наряжались. Но для тура «Dark side» фанаткам предложили одеться так, чтобы сразу было понятно: вы очень опасны. Пояснений для «опасности» намеренно не давали, предлагая фанатам самим фантазировать на эту тему. На записи было много девушек, одетых в стиле аниме-злодеек — дерзко, но все равно очень мило. Хотя все запомнили парня в костюме с розами. Это был классический мужской костюм — пиджак и брюки — но — сшитый из ткани с принтом в виде огромных алых роз. Получился такой психоделический костюм, никого не оставивший равнодушным.

На оператора с камерой особо не обращали внимания, благодаря чему удалось заснять множество моментов, которые лично Хару были сначала непонятны. Вот стоят несколько девочек к ним подходят другие, идет обмен какими-то маленькими свертками. Это, оказывается, называется freebies — бесплатные самодельные подарки. Чаще всего это фенечки-браслеты и коллекционные карточки, но также бывает и что-то более сложное в изготовлении.

Между фанатами сновали девчонки в шикарных венках из тканевых роз. Одна тащила за собой маленькую тележку — с такой нередко корейские бабушки ходят по магазинам — из которой периодически доставалась новая стопка баннеров — плотные тканевые флаги примерно 10 на 40 сантиметров, на одной стороне фото Black Thorn, на другой — какой-то текст.

— Что это? — спросил Хару. — Я видел такие баннеры на прошлом концерте, но думал, что это входит в стоимость билетов.

— Нет, это фанатский проект, New Wave не имеет к этому отношения, — ответил менеджер Квон. — Такие штуки будут не на каждом концерте. В азиатских странах сильные фанбазы, они заранее открывают сборы на баннеры для концерта, печатают за свой счет, раздают силами волонтеров. В Европе и США такого может не быть.

— Стесняюсь спросить, — начал Тэюн, — а можно нам один такой, на память? Мы бы его у себя в общежитии оставили.

— Мы взять не додумались, — признался менеджер Квон. — Но ты можешь спереть у фанатки у баррикад, она вряд ли будет против.

— Это именно тот совет, который должен давать наш менеджер, — хохотнул Тэюн. — Плохому не научите.

Менеджеры расхохотались, но говорить о том, что это была шутка и забирать баннеры у фанаток нельзя, не стали.

Еще на запись видео попало выступление кавер-группы. Они танцевали без костюмов, но несколько песен Black Thorn подряд. Очень круто.

У стадиона было несколько огромных очередей. За мерчем. За лайтстиками. За коллекционными картами для членов официального фан-клуба. К фотозоне. К будкам с кофе в тематических стаканчиках (это тоже платно). К зоне с рекламной раздачей напитков. Все остальные фанаты перемещались между этими очередями, общались, знакомились. Кто-то на газоне расстелил коврики, там же перекусывали. Постоянно кто-то делал фото — по отдельности и друг с другом, особенно, если человек пришел в необычном костюме.

Очень воодушевляло, конечно. Такие разные люди, часто даже говорящие на разных языках, но атмосфера перед концертом — как минимум, на видео — выглядела очень дружественной.

Видео сняло напряжение, но не полностью. Парни всё равно оставались зажатыми во время саундчека. Волнение перед концертом не спрятать, особенно, когда этот концерт начинает столь важный для группы этап.

Первой песней стояла «Misunderstood» — мощная баллада Роуна, клип (точнее, запись живого выступления в красивом зале) вышел пару недель назад. Она сложная, особенно части Хару, Ноа и Сухёна. Но звучит очень торжественно. Вот и решили ею открывать выступление, сразу после переходя к танцевальным «Wicked» и «Dirty work».

Как и в прошлый раз, первая часть программы — три трека подряд, практически без перерывов. За это время волнение отошло на второй план, Хару расслабился и начал реально получать удовольствие от выступления. Всё же концерты — самое приятное в работе артиста. Огромный зал, крики фанатов, безусловная поддержка толпы.

Замерев в финальной позе после исполнения «Dirty work», Хару внимательно рассматривал зал. Софиты немного слепят, но все равно можно разглядеть людей на трибунах. Он увидел маму с бабулей, рядом с ними — Им Минхёк с Наён. Хару улыбнулся, надеясь, что они поймут, что эта улыбка — для них, ведь ему, кажется, удалось встретиться взглядом