Мой любимый герцог - Мария Шарикова
- Всё, что угодно, Айрин, - начал герцог, но девушка не дала ему договорить.
- Сначала послушай то,что я хочу сказать, - спокойно произнесла герцогиня, - в отличии от тебя, я не имею склонности менять свои сердечные привязанности. Нет смысла проявлять ревность. Я всегда останусь верна клятвам, данным у алтаря.
Йен посмотрел на свою юную супругу, удивляясь тому, как он раньше не замечал в ней подобной мудрости. Наверняка всё дело в том, что своим поведением он заставил её быстро повзрослеть. Но с этого дня герцог собирался сделать так, чтобы как можно реже видеть слезы в её ореховых очах. Он хотел слышать её смех... И ещё Йен ясно понял, что ему хочется, чтобы у них с Ириной была настоящая семья, и их огромный дом наполнился топотом маленьких ножек! В первый раз он стал отцом слишком рано, да и не мог он думать о сыне, когда сам по сути являлся ребёнком, но теперь...
- Йен? О чём ты думаешь? - позвала Ирина, заметив на его лице мечтательное выражение. - Что же ты ответишь на мой вопрос?
- Я постараюсь не ревновать, но поверь, это чертовски сложно сделать, когда моя жена такая красавица!
Глава 15
Следующая неделя прошла для Ирины незаметно. И не потому, что они с мужем проводили вместе каждую ночь. Герцогиня ценила в отношениях не только телесную близость, но и душевную.
Девушка постепенно узнавала супруга и с каждым разом находила новые грани его непростой личности. Он мог быть нежным и ласковым, но мог неожиданно стать упрямым и сдержанным, стоило Ирине ненароком коснуться тех тем, о которых муж не хотел говорить.
Вот и сейчас, когда они лежали на берегу реки, протекавшей на территории их поместья, наслаждаясь обществом друг друга, Йен вновь показал свой характер. Голова Ирины покоилась у мужа на плече, и она ласково водила пальцами по его груди.
- Скажи мне, - игриво поинтересовалась девушка, поддерживая игру, которую они начали несколько минут назад,- почему все зовут тебя Йен, а не Джеймс. Ведь я слышала, что Джеймс это фамильное имя.
Йен нахмурил брови, не желая отвечать на вопрос. Крепко прижав к себе, он попытался её отвлечь, но Ирину было не так просто провести.
- Йен, неужели я спросила что-то, что мне не следует знать? - поинтересовалась герцогиня, перевернувшись на живот.
- Так меня называла моя первая жена, cherie, и это вызывает не самые лучшие воспоминания, - ответил Йен, стараясь быть максимально честным.
Его до сих пор трясло, когда кто-то называл его Джеймсом. Герцог помнил, как Амилия звала на помощь, а он ничего не мог сделать! Собственное бессилие было его главным грехом перед покойной супругой.
- Прости, я не хотела напоминать, - виновато промолвила Ирина, касаясь его плеча, - но почему именно Йен? Такое необычное имя... Оно английское?
- Шотландское, - отозвался герцог, вновь привлекая её к себе, - в детстве маменька звала меня Ян, на польский манер, а бабушка, не желая путать с отцом и дедом, стала назвать меня Йен... Хотя полный вариант моего второго имени - Оуэн.
- Это то же самое, что Иван по-русски, - ласково сказала герцогиня, коснувшись пальцем губ мужа, - Иван... Ванечка, мне нравится!
- Ну, а теперь, когда с вопросами покончено, может быть совершим небольшое плавание? - поинтересовался Йен, заглядывая в огромные ореховые глаза, окутанные дымкой желания, - сейчас ничто не помешает тебе получить удовольствие.
- Раз вы настаиваете, милорд! - резко вскочив на ноги, промолвила Ирина, направляясь к воде.
На ней была лишь прозрачная сорочка, а тёмные локоны свободно струились по спине, делая её похожей на таинственную нимфу.
Девушка смело вошла в воду, устремив на мужа дерзкий взгляд своих тёмных очей. Йен мог любоваться ею вечно, но понял,что не сможет долго противостоять искушению.
В два шага преодолев разделяющее их расстояние, герцог поймал жену в свои объятья. Сорочка прилипла к ней как вторая кожа, а мокрые локоны обрамляли лицо, делая её необычайно трогательной.
- Знаешь, чего мне хочется больше всего? - на ухо шепнул ей герцог, не выпуская из кольца своих рук.
- Могу только представить, - громко смеясь, промолвила Ирина, - подобный твой взгляд не сулит мне ничего хорошего!
- Ты права, - произнес Йен, крепче прижимая её к себе, - единственное, о чём я могу думать, так это о том как ты прекрасна. Я хочу слышать как с твоих уст срываются стоны удовольствия когда ты открываешься мне, cheire. Я хочу... Я хочу сказать, что мне очень нужна, Айрин!
Его слова стали для Ирины важнее любого признания в любви. Осознание того, что она нужна мужу хотя бы сейчас, придала ей больше уверенности и надежды на их совместное будущее. Обвив шею мужа руками, она сама коснулась губами его губ. Вначале поцелуй был робким и неуклюжим, но вскоре Ирина осмелела, чувствуя, что муж вручил всю власть в её руки. Она гладила широкие плечи, запускала длинные пальцы в каштановые волосы, не желая отпускать от себя.
- Я люблю тебя, Оуэн Мэтью Д'Арси, - шепнула герцогиня, целуя его лицо, - никогда не забывай об этом!
Йен не знал, что может ответить на подобное признание, чувствуя, что ком стоит в горле. Он не хотел лгать, потому, что был уверен, что Ирина непременно догадается обо обмане. Она уже просила его не называть её «My love» (англ. - любовь моя), хотя в английском языке такое выражение часто использовалось не как выражение любви. Оно скорее превратилось в некую формальность, которые использовали мужья по отношению к своим жёнам. Но Айрин была не такой. Она не любила фальшь, и герцог считал нужным мириться с её желанием. Йен не мог сказать ей, что любит, но мог показать, что именно она нужна ему как воздух, именно к ней он испытывает необычайную нежность, на которую раньше не был способен.
- Айрин, - только и сорвалось с его уст, прежде чем он привлёк её к себе, желая любить её медленно, так, чтобы она могла понять его без слов.
Герцог вынес на берег свою драгоценную ношу и опустил её на тёплый песок. Он снял с неё сорочку, и стал трепетно целовать каждый