Барыня Друидка 4 - Елена Шатилова
— Привезёте сюда, тогда обработаю, выезды я не могу планировать, занята сильно.
Мужчины переглянулись, условия не понравились, но думал коннозаводчик недолго.
— Хорошо, баронесса, мы привезём жеребят. В какое время удобно?
Я задумалась, как же они не вовремя. На днях и Сухарев прикатит…
— В ближайшие дни, до обеда, если несложно. Потом я могу надолго уехать.
— Хорошо, Екатерина Фёдоровна, вы так любезны. До встречи, — коннозаводчик поклонился. А я подумала одну вещь, ведь я скоро стану княгиней и вообще не смогу выполнять такие заказы. Вряд ли Вельские мне позволят возиться с чужой скотиной. Да и не пойдут ко мне на поклон.
Хотя, если разобраться, я и сейчас не хочу этим заниматься, своё нужно развивать.
Аппетита не было, но и перед выходом не хотелось есть, меня или разморит, и я стану излишне доброй или начнёт тошнить, что заставит паниковать. Лучше полуголодной.
С трудом затолкала в себя немного еды и пошла принимать ванную. Идея была плохая, потому что в воде у меня начала кружится голова. Поняв, что это просто волнение, успокоила себя.
Хорошо-то как! Не хотелось подсаживаться на такое решение проблем, но это так легко.
Ванная с травами и маслами — это что-то прекрасное. К своим водным процедурам я никого не подпускала, исключение — Нюра с веником в бане. В остальном я управлялась сама. Вот стану старой и немощной, тогда уже будет пофигу, а сейчас нечего меня трогать.
Проводя по коже мочалкой, я старалась не давить, нельзя было допустить пятен на коже, поэтому и вода была тёплая. Остыла она быстро, поэтому не стала засиживаться. Вылезла, надела халат и позвала Веронику, пусть теперь возится с моими волосами.
Села в кресло и закрыла глаза. Сейчас я испытывала такое умиротворение, что не хотелось думать о предстоящем разговоре, мысленно углубилась в работу с деревьями. Как же я могла упустить такой огромный источник ресурсов? Если получится, то я затоплю рынок чистейшим маслом. Да, цены упадут, но граф Гудович будет рад, потому что появится возможность отправить в отставку зарубежных поставщиков. Но нельзя переусердствовать, стоит делать всё в меру — важен баланс во всём.
Вероника сушила волосы вначале тканью, потом стала расчёсывать, слегка встряхивая. Судя по текущему времени, я понимала, мы просто не успеем. Поэтому встала, опустила голову и начала руками трясти шевелюру — как же здесь фена не хватает.
С сушкой управились минут за двадцать, благо лето. Но от моих движений я вся раскраснелась, поэтому компаньонка долго кудахтала и намекала, что я похожа на деревенскую девушку, а не баронессу.
— Так, ты не стесняйся меня деревенской называть, я и став княгиней… — проболталась.
На мои слова Вероника улыбнулась.
— У Владимира есть брат? Вы за него собрались замуж? — помощница спросила шёпотом.
— Что же ты у меня такая умная? Да, есть, только тс-с. Это очень серьёзно, и пока нельзя болтать об этом, — хотя эта тайна на семи ветрах. Не зря говорят, что знает двое — знает и свинья. Так что скоро разнесётся по округе и источника не найдёшь.
— Так, я ни с кем и не общаюсь, — компаньонка хмыкнула. — Я рада за вас, Екатерина Фёдоровна. Надеюсь, всё получится.
— Молись за меня… за нас с Ярославом.
Вероника в порыве меня крепко обняла.
Наряжаться смысла не было, я на балу уже показала, что не люблю вычурность и украшения. Так что надела простое синее платье, компаньонка сделала мне обычный пучок из волос. Смотря на нас в отражение, я хохотнула, мы с Вероникой выглядели одинаково.
— Напомни мне, нужно серьёзно поговорить о твоём происхождении, — я повернулась к помощнице, она сразу потупила глаза.
— Хорошо, Екатерина Фёдоровна, — у неё даже губы задёргались, казалось, девушка сейчас разревётся.
— Так, собралась, мне не нужна плаксивая тень за спиной. Ты моё отражение и должна вести соответственно.
— Простите, саше сиятельство, — Вероника поклонилась и выпрямилась уже с нормальным лицом.
Лев Яковлевич всё равно приехал, как и говорил, без четверти одиннадцать. Себе на уме мужик, не согнёшь, не объедешь. Ладно, придётся отдаться на его волю, но следить внимательно.
Сегодня я была одета согласно этикету. Если в личных поездках я порой игнорировала перчатки, то сейчас пришлось надеть. Даже не представляю, какая мука носить их в южном климате. Помню себя в прошлой жизни, даже в лёгком сарафане было невыносимо, а здесь на мне платье с практически закрытым лифом и плечами, юбка в несколько слоёв, да ещё и перчатки. Несмотря на тонкую ткань, у меня уже вспотели пальцы.
Граф помог мне забраться в экипаж, также придержал под локоть компаньонку и сам залез внутрь. На губах мужчины играла улыбка, заметно было предвкушение. Возможно, от так скрывал волнение, ведь что ни говори, он знает эту семью и мог просчитать примерное развитие событий.
Во время пути я смотрела на пробегающие поля, сады и меня накрыло спокойствие и радость. Несмотря на трудности, у меня же всё хорошо, тому яркое свидетельство выжившие посадки.
— Екатерина Фёдоровна, — привлёк внимание граф. — А не продадите ли мне часть вашего урожая? Я понимаю ценность таких культур и готов выплатить солидную сумму.
— Вы предполагаете, что ко мне скоро пожалуют с предложениями? — я поняла намёк.
— Да. И я хочу успеть взять долю, — Лев Яковлевич хитро улыбнулся.
— Конечно, я готова вам продать зерно. Но свою деятельность я намерена продолжать, в любом положении, и мне никто не запретит, — вернула ему улыбку.
— Попытки будут. Но я бы посмотрел на этого безумца, — граф рассмеялся, но, несмотря на веселье, он сильно нервничал.
Он не прибегает к помощи дара, это говорит о том, что он хочет показать мне своё истинное состояние, а значит, лояльность. Манипуляция? Отчасти. Я из подопечной стала ему ровней, а где-то и выше, а значит, нужно приспосабливаться к очередной фигуре на игральной доске.
Ехали мы медленно или время тянулось. И вот наконец-то мы повернули к владениям губернатора. Страшно было даже осознавать, что этот человек будет моим родственником, другого варианта не может быть.