Барыня Друидка 4 - Елена Шатилова
Я вышла из-за стола.
Спустя пару минут в дверях появился Владимир. На фоне моего старого кабинета он казался царственной особой. Молодой лев пожаловал. Не хотела это признавать, но он действительно красив. Черты жёстче, чем у Ярослава, и волосы тёмные, но глаза Вельских не спутаешь с другими. Поняла, что пауза затянулась и я смотрю на визитёра в упор, как и Вероника.
— Оставь нас, — коротко посмотрела на компаньонку, она присела в реверансе и убежала.
Дверь закрылась, и мы остались одни.
— Баронесса, благодарю, что приняли. Понимаю, что нарушил ваши занятия.
— Чем обязана вашему визиту? — прозвучало излишне жёстко.
Не могла заставить себя даже поклониться. Я вообще не хотела его видеть.
Владимир молчал и не скрывал своей симпатии, да что там, он рассматривал меня не стесняясь, правда не переходил границы. Но живые глаза чётко выдавали эмоции.
Да он в меня влюбился! Ещё этого не хватало!
— Вы очень красивы, баронесса! Особенно в домашней обстановке, — черты мужчины сделались мягче, и он стал похож на Ярослава. Манипулятор, решил меня подкупить.
Но я проигнорировала комплимент, глядя на его лицо, начала зарождаться злость. У него была рассечена бровь. Небольшая, совсем свежая рана. Он подрался, и я даже знаю с кем.
— Вы не ответили, князь! — я сложила руки под грудью. Мы так и стояли посередине кабинета.
— Я, князь Вельский Владимир Игоревич, прошу вас, баронессу Милославскую Екатерину Фёдоровну стать моей женой.
— Вы с Ярославом вроде всё решили? — попыталась вывернуться, понимая, что он скажет дальше.
— Он ввёл меня в заблуждение.
— Хм, поэтому вы полезли в драку? — не скрывая сарказма, скривила рот.
— Простите, испытал приступ слабости. Я его стороны был обман, который дал приоритет.
— О чём вы, князь? Вами движет желание вытащить род из ямы, в которую граф Гудович вас тянет, но не любовь ко мне…
— Вас нетрудно полюбить, Екатерина Фёдоровна, — я прямо почувствовала от него порыв нежности и желание поцеловать.
— Я никогда не стану вашей женой! — сказала довольно громко, боюсь, даже слуги слышали.
— Екатерина, поймите, вам с Ярославом не дадут быть вместе. Отцы не согласятся на ваш брак, есть много причин. Обдумайте хорошенько моё предложение.
Глава 8
Ну это перебор, конечно! Я понимала, что Владимир просто путает настоящие чувства с желанием обладать запретным. Азартные нотки прослеживались, да что там, он напоминал Александра своей одержимостью.
— И чем вы выбираетесь меня душить? Родителями, которые отказались от меня и сослали в деревню к тётке, кинув мне гроши на пропитание? — понимала, что, хуля родителей, унижаю себя, но я не видела другого способа довести свои чувства. — Изгнанием из высшего общества? Так, я уже давно изгой и на балу вкусила сполна эмоций, каждой фиброй души почувствовала, как они меня призирают. Так что с удовольствием проживу без этой толпы бездельников. Или оденете на меня смирительную рубашку? Нет, на ошейник посадите⁈ — понимала, что уже кричу. — Я не выйду за вас замуж!
Князь молчал. Его положение не завидно, только дурак может желать быть на его месте. Здесь не о положении в обществе, а о несостоятельности как мужчины, будущего мужа и отца семейства. И понятно, что он, встретив лучшую претендентку в жёны, хочет меня добиться.
— Я завидую Ярославу, — казалось, Владимир смирился, даже взгляд опустил. — Но хочу предупредить, что обойти меня не выйдет. Вас в любом случае обяжут вступить в брак с наследником княжеского рода. И тайное венчание не поможет…
Меня начало потряхивать от злости и предчувствия беды.
— Брак будет признан недействительным. Венчание опротестуют. Я вижу, вам Ярослав не всё рассказал, пощадил… — князь тяжело вздохнул. — Дар Разума — достояние короны, и распоряжаться им вправе лишь государь. Носители дара Разума — это сила власти. Такие маги занимают престижные должности, даже женщины, и подчиняются только императору. Поэтому граф Гудович считается одним из влиятельнейших людей в губернии, и мой отец практически в его власти.
Я понимала, что Владимир делится столь откровенно, потому что хочет считать меня частью их семьи.
— Скажу вам ещё одну вещь. Дар Разума довольно редок, можно сказать, вырождается. Многим домам стало трудно соблюдать закон о «чистоте рода». И впору вашего аристократического происхождения, ваш брак будет предметом государева решения, а не вашего желания. Если дар достаточно силён, а у вас, как я знаю со слов Льва Яковлевича, дар весьма сильный, вы станете фигурой в расчётах великих дворов. И ваш брак будет определён не вашим сердцем, а волей государя — возможно, даже с наследником иноземного престола.
— Замолчите… — мне было тяжело дышать. Я стояла и мотала головой, не понимая, что происходит. Я уже проклинала тот день, когда стала раскачивать Разум, лучше бы Друида развивала.
Слёзы катились из глаз, а Владимир сделал шаг ко мне и попытался обнять. Я же выставила руки перед собой, не дав ему подойти. Но он нежно перехватил мои ладони и, наклонившись, стал их целовать… Я не заметила, как очутилась в его объятиях, плача, уже уткнувшись в грудь князя. На секунду даже показалось, что это Ярик, они даже пахли, похоже… проклятие!
— Стоп! Но разве может государь обескровить княжеский род, уведя невесту? — я подняла голову.
Владимир, не выпуская меня из объятий, улыбнулся, а я, мысленно чертыхнувшись, оттолкнула его, выбравшись на свободу. Мужчина продолжил улыбаться, видно, засчитав себе маленькую победу.
— Всё просто, высшим повелением снимут с нашего рода обязательства по соблюдению закона о чистоте рода и, всё.
— Хорошо так устроились. Значит, девушку на заклание и все в выигрыше⁈ И главное, вы ничего не теряете, — я сощурила глаза.
— Я теряю вас.
— Бросьте, Владимир, я для вас притягательна, потому что не принадлежу вам. Запретный плод сладок, не зря же говорят…
— Не спорю, это только разжигает интерес, — не стал скрывать князь. — Но вы невероятно притягательная девушка, и повторюсь, полюбить вас