Ловушка для мастера - Александра Лисина

Поэтому я и правда расслабился. В кои-то веки почувствовал, что можно. Благодаря чему отлично провел вечер. Вспомнил заодно, что Тэри может быть не только хорошим другом, но и порядочной занозой в одном месте. Что Шонта не только часто смущается где не надо, но и на редкость заразительно смеется. Что у Юджи тоже имеются интересы в жизни, кроме мастерской и украшений. Что Райсана далеко не всегда бывает серьезной, а иногда даже от нее можно услышать тихий, но очень приятный смех…

Порой, глядя на них, таких искренних и открытых, я прямо физически ощущал, что со своими вечными секретами и государственными тайнами сильно от них отличаюсь. Но радовало то, что они любили меня именно таким. И принимали такого, какой есть, не ставя условий, не обижаясь и не требуя, чтобы я изменился.

А еще я в какой-то момент вдруг заметил, что Ания сегодня отчего-то ведет себя не так, как обычно. Создавалось впечатление, что она чувствует себя не в своей тарелке. Ну или же ее что-то гнетет.

Что именно?

Она, как обычно, не говорила. Улыбалась вместе со всеми, порой даже смеялась, но в этом не было привычной легкости. Да и в мою сторону она сегодня косилась как-то очень уж напряженно. Причем настолько, что порой мне казалось, что мы вернулись на четыре года назад, когда она не верила вообще никому и всех вокруг рассматривала лишь как потенциальный источник для прокачки своего непростого дара.

Я, хоть и перехватил несколько таких взглядов, не стал ничего говорить вслух.

Мало ли какие проблемы у человека. Может, это очень личное. Может, что-то болезненное, чем она не готова делиться, да еще и при всех.

Поэтому весь вечер я просто веселился вместе со всеми, не отказывался от тостов, шутил, смеялся… и ждал. Просто ждал, когда она созреет и сама попросит о помощи.

И Ания, надо сказать, мои ожидания полностью оправдала.

Когда время перевалило за восемь вечера и настала пора расходиться, она не стала вызывать такси, как Юджи и Тэри, а также вежливо отказалась от предложения Кэвина и Нолэна ее подвезти. Вместо этого она терпеливо дождалась, пока наши друзья, слегка осоловев от количества съеденного, разъедутся по домам. А когда мы остались одни, повернулась ко мне и серьезно спросила:

— Проводишь меня до дома?

Я молча кивнул, сначала решив, что ей просто нужен совет. Ну или же пара мэнов полной тишины и эмоционального покоя, как нередко случалось раньше. Но потом увидел ее глаза и чуть не вздрогнул — там плескалась такая тоска и столько отчаяния…

А еще я увидел там отчетливое: «Помоги!» и с беспокойством понял, что наша огненная королева, похоже, и правда попала в беду.

[1] Час.

[2] Пятница.

Какое-то время мы шли молча, один за другим минуя жилые дома и рассеянно глядя по сторонам.

Я ее не торопил. Да она и сама не очень-то спешила. Но в какой-то момент, видимо, все-таки решилась и, подчеркнуто глядя в сторону, негромко произнесла:

— Скажи, Адрэа, ты когда-нибудь думал о будущем?

— В каком плане?

— В прямом. Что ты будешь делать после академии? Куда пойдешь? Как планируешь обустраивать свою жизнь?

— Честно говоря, пока не знаю, — пожал плечами я, отпуская йорка побегать по улице. А то чего на одном месте сидеть? — Все настолько зыбко и неопределенно, что я даже загадывать не берусь.

— Ну вот закончишь ты факультет маготехники, а куда потом двинешься? К военным подашься или все-таки на гражданке планируешь остаться?

— Еще не думал. Военные больше платят, и там иерархическая лестница уже ясна. Годам к сорока дослужусь до хорошего чина, а там — зарплата, соцгарантии, привилегии… Зато на гражданке свободы больше. И оклад не зависит от тарифной сетки. Если найду место по душе, то смогу зарабатывать больше.

— А как насчет личной жизни? — все еще не глядя на меня, поинтересовалась Ания. — Ты уже кого-нибудь присмотрел?

«Внимание, — тихонько шепнула у меня в голове Эмма. — Субъект „Ания Босхо“ демонстрирует нестабильное эмоциональное состояние, которое можно расценить как волнение. Или же внутреннее напряжение».

Она волнуется?

Я насторожился.

Что за фигня? С чего вдруг такие вопросы? И вообще, я ведь самородок. По крайней мере, официально. Вопрос договорного брака передо мной никогда не стоял, так что торопиться с решением я не буду, да и влиять на мое нежелание обременить себя семьей было, прямо скажем, некому.

Про Арли никто из моих друзей не знал. Про договор с Хатхэ, где в том числе и этот пункт был прописан, включая наших будущих наследников до второго-третьего колена, тем более.

Но раз Ания спросила, значит, вопрос важный. Более того, у меня создалось впечатление, что за время каникул в ее жизни что-то случилось. Причем достаточно серьезное, раз она решилась поговорить на такую щекотливую тему.

Неужели нашу королеву опять пытаются сосватать, и теперь она ищет варианты, как избежать неудобного брака?

— Почему ты спрашиваешь? — наконец решил я спросить у нее в лоб.

Босхо остановилась.

Затем медленно повернулась. Немного подумала. Огляделась, как будто хотела убедиться, что за нами никто не наблюдает. А потом вдруг подошла и взяла меня за руку.

— Потому что не хочу остаться на обочине, дожидаясь, пока жизнь пройдет мимо. И не хочу быть одна, зная, что рядом есть человек, с которым я бы точно смогла ужиться.

«Субъект „Ания Босхо“ не лжет», — так же тихо сообщила Эмма, не дожидаясь, пока я спрошу.

Я внутренне подобрался.

Черт. Неужели правда?

В принципе возраст у нее подходящий. Девятнадцать лет… весной уже двадцать будет. Самое то вернуться к разговорам о замужестве. Вопрос в том, какой род согласится принять к себе соломенную вдову, которая некогда была помолвлена с парнем из мертвого рода? Старшие рода, скорее всего, не рискнут, несмотря на ее уникальные данные. Тогда как с младшими Ания наверняка не захочет связываться, тем более если ее пытались сосватать так же, как когда-то за Кайтона Расхэ. То есть без согласия.

И этот тактильный контакт…

Обычно Босхо