Киллер - призрачный рассвет мира - Сергей Шишкин
— Не скучай, скоро увидимся в Лондоне, всем нашим передай привет, — блондинка на прощание чмокнула её в щеку.
Вечером, по пути в посольство, Дебора рассказала Спектору о своих приключениях. Особенно его поразил рассказ про стаю волков, хорошо, что это были не медведи, которые если верить американской прессе, спокойно ходят по городу (наверное, с гармонью и балалайкой).
— Ты очень близко познакомилась с Ольгой, что можешь сказать о ней? — поинтересовался Фил.
— Когда я училась в консерватории, у нас было несколько занятий по актерскому мастерству, чтобы уметь держаться на сцене. Так вот, я не знаю что ответить на этот вопрос, на ней всегда маска, которая меняется от обстоятельств, — пожала плечами Дебора
— Откровенность, за откровенность! Когда мне только предложили работать с Ольгой, я задал несколько вопросов о ней. И знаешь что мне ответили: не нужно задавать лишних вопросов, это может стоить жизни! Заметь, не за ответы, а всего лишь за вопросы!
Этой ночью всё небо было затянуто тучами, не видно практически ничего, поэтому приходилось идти очень медленно и осторожно. Легион инквизиторов, вернее его десятая часть, взяла в окружение лагерь браконьеров.
— Готовность десять секунд, — тихо прошипела рация.
Штефан Шульц крепче сжал приклад автоматической винтовки, той самой «Fusil Automatique Leger», которую по слухам хотели заменить на советский АК-47, но что-то не сложилось с патронами. Калашников ему нравился гораздо больше, чем это бельгийское недоразумение, весившее целую тонну.
— Вперед! — громко зашипела рация.
В небо тут же взлетели осветительные ракеты, через минуту стало светло как днём, послышалось несколько оглушительных выстрелов. Лагерь браконьеров состоял из нескольких хижин и десяток палаток, в которые начали вламываться инквизиторы. Задача Штефана заключалась в оцеплении, он со своим десятком контролировал периметр, чтобы ни один убийца священных животных не смог уйти от наказания. В священные были записаны слоны и носороги, на которые по словам Первосвященника, был опущен взор Ангела. Тут хочешь не хочешь, а начнешь выполнять волю крылатого создания, методично зачищая континент от контрабандистов и браконьеров. Ещё раньше, примерно месяц назад, их попросту сжигали, а сейчас всех пленных отправляли во временный концентрационный лагерь, состоявший из двух длинных бараков. Шептались, что участь этих еретиков будет решать сама Ангел, простой смертью они не отделяются. Грешно сказать, но половина инквизиторов ни в какого Ангела не верила, правда боялась в этом признаться, ибо вторая половина состояла сплошь из фанатиков. Где-то справа и сзади, начал нарастать гул, приближалась автомобильная колонна, чтобы забрать пленных и трофеи. Судя по агентурным данным, в этом лагере находился перевалочный пункт, здесь готовили к отправке рога носорогов, бивни слонов и панцири панголинов. Сейчас на этом месте царил хаос, были слышны выстрелы, ругань и крики, обильно сдобренный женским воем. Рядом протащили какого-то тощего черномазого, с разбитым всмятку лицом, не иначе он пытался бежать или оказал сопротивление. Через час всё было закончено, ценные трофеи и оружие погружено на грузовики, связанных контрабандистов закидывали в кузов. Женщин, которых набралось не меньше трех десятков, решили под конвоем отправить в ближайший госпиталь компании, поработают там санитарками.
— Видишь ту черномазую девку, — сотник показал Шульцу на молодую связанную негритянку, — её сняли прямо с члена местного главаря, ты бы видел, как она там скакала! Ничего, сегодня ей устроим общий заезд, но перед этим промоем все дырки брандспойтом, — хохотнул в конце командир.
Насилие у них не поощрялось, но иногда случались исключения, как например сегодня. Девка оказалась не простой потаскушкой, а двоюродной сестрой главаря, вхожая в криминальный бизнес семейства.
— Слушай Вайс, а правда, что Ангел появится на освящении главного Храма? — оглянувшись по сторонам, спросил шепотом Штефан.
— Истинная правда! Первосвященник поклялся своим кольцом, что Ангел лично прибудет к нам, чтобы не только освятить своим присутствием строение, но и принять вечную службу первой сотни инквизиторов! Я уже переговорил насчет тебя, так что готовься, — Вайс по-отечески похлопал молодого инквизитора по плечу.
Знаете, что я больше всего не люблю, это прощаться! В прошлой жизни у меня такой проблемы не было, а в этой появилась. Все дело в «новолунных» перемещениях, почти каждый месяц приходится с близкими расставаться. Здесь этого никто не замечает, чего не скажешь о Ланке, она так за меня переживает, что даже сквозь время чувствуется, как она там одна скучает. Вот и сегодня я попрощалась с Деборой Миллз, девушкой приятной во всех отношениях, без всякой чопорности и зазнайства. Насколько я знаю, у неё дворянские корни, однако её семье пришлось брать кредит на образование, как обыкновенным смертным. Хотя, о чем это я, в Европе этих благородных как кур неощипаных, по больше части конечно разорившихся, без гроша в кармане. Денег нет, а гонора выше крыши, не иначе голубая играет, не дает спать спокойно. А Деборе повезло, она наконец смогла расплатится с кредитами, выбраться из долговой ямы, что удается немногим. Не пригласи я её в свою группу, она бы ещё лет десять корячилась на банк, выплачивая не только долг, но и грабительские проценты.
— Передай привет всем нашим, скоро увидимся, — шепнула ей на ушко, чмокнула в щеку.
— Мы будем тебя ждать, — услышала в ответ, поцелуй приняла как само собой разумеющееся.
Помахала на прощание рукой, мой путь лежал в Останкино, в редакцию музыкальных программ. В фойе милиционер отдал мне честь, даже не спросил документы, чувствовалось, что меня уважает. Знаете, все с кем мне приходилось общаться по службе, ни разу не задали вопрос, почему я в таком возрасте с погонами капитана? Не буду вспоминать свои подвиги, о которых неоднократно печатали в журналах и газетах, главная моя заслуга, это отношение к простым милиционерам. Врать не буду, сама неоднократно слышала, как прибавку к окладу называют моим именем, типа: сколько тебе ледяных добавили? Про новую форму тоже забывать не стоит, люди намучились с шинелями и сапогами, анахронизмом прошлого века. Да что там говорить, даже Леонид Ильич на охоте одел милицейский бушлат, с большим меховым воротником, который хорошо