Дональд Портер - Белый индеец

Наблюдавшие за краткой церемонией Пепперел и Вильсон вполголоса обменялись несколькими словами. Полковник поднялся на ноги.

- Слушайте меня, вожди ирокезов. Губернатор Ширли, наш вождь, велел нам, мне и генералу Пепперелу, возглавить этот поход. Мы одержали победу, разгромив французов в Квебеке и преподав урок, который они не скоро забудут. Теперь они будут жаждать мести. Ненависть с новой силой запылает в сердцах гуронов, оттава и других индейских народов. В Квебек пришлют еще больше солдат, и через год опасность станет больше, чем теперь.

Полковник был прав. Гонка задумчиво кивал, раскуривая трубку.

- Наш губернатор хочет отправить специального посланника, который объяснил бы сложившуюся ситуацию нашему великому королю Вильяму, который живет в Англии. Только если король Вильям и члены его совета узнают и поймут, что на самом деле происходит в Новом Свете, они пришлют помощь, и мы навсегда сможем покончить с французами.

Гонка опять кивнул.

- Но мы должны послать такого человека, которого пожелают выслушать король и члены его совета. И мы знаем, что только один человек в силах справиться с задачей, от которой зависит будущее наших колоний на этой земле. Великий сахем, пошлешь ли ты своего сына в Англию?

Радость Ренно сменилась разочарованием. Он устал от войны. Он достаточно насмотрелся на английских колонистов. Он хотел вернуться домой, встретиться с матерью, теткой, сестренкой, хотел насладиться восхищением всех жителей города. Он хотел отдохнуть, поохотиться и порыбачить с Эл-и-чи, как в былые времена.

Гонка вытащил изо рта трубку.

- Мой сын старший воин, и он добыл много скальпов. Теперь он носит орлиное перо. Я не могу приказывать такому человеку.

- Это принесло бы пользу сенека и другим ирокезам. Наш король щедр, он пришлет вам еще больше мушкетов, железных горшков, чтобы готовить пищу и теплых одеял.

- Сын мой, - твердо сказал Гонка, - решай сам.

Ренно сохранял бесстрастное выражение лица. Он отошел от костра и отправился в лес, чтобы в одиночестве решить сложную задачу. Обязан ли он чем-нибудь бледнолицым, к которым принадлежит и сам по крови? Он не знал, хотя и считал себя только сенека.

Верно, он презирает гуронов и оттава, и, оказывая поддержку англичанам, причинит зло своим врагам, как и французам. С другой стороны, он уже исполнил свой долг, сражался смело и отважно, и заслужил отдых.

Ренно признавал, что не очень хочет отправляться в путешествие, которое продлится никак не меньше месяца. Он только слышал о великом море, и не мог представить, как можно плавать в огромной лодке. Вдобавок он с трудом думал о встрече с могущественным правителем в чужой стране.

Он обратился за советом к маниту, но духи не дали ему ответа. Ренно понял, что сам должен сделать выбор, как и следовало старшему воину. Мужчина сам должен определять свою судьбу.

Ренно вернулся к отцу.

Они уселись друг против друга, и Гонка обратился к сыну

- Когда воин становится вождем, ему предстоит нелегкий выбор. На испытаниях мальчика учат терпению. Но вождь должен уметь быстро принимать решение.

- Это так, - ответил Ренно. - Я сделал все, о чем просили англичане. Правда, что я хотел бы вернуться в родную землю, где увижу мать и сестру моего отца. Я сгораю от желания поохотиться с Эл-и-чи и пребывать в мире в великим лесом.

- Ты заслужил это право, - ровно ответил Гонка.

Ренно стало неудобно

- Но верно и то, - продолжал он, пристально глядя на Гонку, - что англичане стали нашими братьями. Они вместе с сенека стали такой силой, что ни один индейский народ не отважится нарушить мир, а французские солдаты не осмелятся прийти на нашу землю.

- Это так, - ответил гонка.

Наконец Ренно заставил себя открыть свое сердце, и слова потекли свободно, открывая мысли

- Из всех воинов сенека я по-настоящему брат англичанам. Моя кожа такого же цвета, как у них Мои глаза такие же, как у них, хотя сердце мое сердце сенека. Я знаю, что избран маниту. чтобы объединить сенека и англичан.

В глазах великого сахема отразилось восхищение

- У меня нет выбора, - заявил Ренно. Он говорил медленно, а сердце сжималось при мысли о разлуке со своим народом - Не имеет значения, что я заслуживаю отдыха. Я обязан ехать в землю великого сахема англичан. Я должен сделать то, что не по силам другим воинам.

- Ты поступаешь правильно, сын мой, - сказал Гонка, хотя сердце его разрывалось при мысли о разлуке с сыном.

Ренно, приняв решение, держал слово также крепко, как и отец. Пусть впереди трудности и неизвестность, и никто не знает, какую цену придется заплатить за собственное счастье, но Ренно отвечает за судьбу еще не рожденных детей. Он не подведет их.