Барбара Брэдфорд - Голос сердца. Книга вторая

Просиявшая от удовольствия миссис Моггс кивнула:

— Да, и большое вам спасибо за шляпку. Я так ценю вашу заботу.

Поколебавшись немного, миссис Моггс осторожно кашлянула.

— Мне бы хотелось что-нибудь вроде тех шляпок, что обычно носит ее величество королева-мать. Знаете, такие, с вуалью и с перышком, либо с розочкой, с красной.

— Именно такую я и имела в виду, — заверила ее Франческа. — Я…

В этот момент зазвонил телефон на стене.

— Простите, миссис Моггс.

Франческа подбежала к аппарату и сняла трубку.

— Алло?

— Привет, Франческа, — раздался голос Николаса Латимера. — Как поживаете?

— Превосходно, Ник, а вы?

— Без Дианы — ужасно. Я решил слетать к ней на этот уик-энд.

— Опять, — пробормотала Франческа, принужденно рассмеявшись.

Ник довольно хихикнул в ответ.

— Вот так-то. Послушайте, детка, кажется, я нашел себе квартиру. Буквально за углом от вас, на пересечении Гросвенор и Норт-Одли. Что, если вы забежите взглянуть на нее и выскажете свое мнение?

— Когда, Ник?

Франческа недовольно нахмурилась. Она держала в секрете свой отъезд в Лэнгли и не хотела, чтобы Ник узнал, что она уезжает сегодня после обеда, и попытался удержать ее.

— Надеюсь, что вы сможете прийти прямо сейчас, скажем, через полчасика. Что на это скажете?

— Да-да, прекрасно. Говорите адрес.

Ник продиктовал ей адрес, а потом добавил:

— Я буду ждать вас прямо в квартире — она на первом этаже. Рад буду повидаться с вами, детка. До свидания.

— До свидания, Ник.

Франческа повесила трубку и обернулась.

— Мне кажется, что мы обо всем договорились с вами, миссис Моггс.

Она собрала все разложенные на столе вещи обратно в конверт, который вручила миссис Моггс.

— Я выйду ненадолго. Вернусь примерно через час.

Спрятав бесценный конверт в карман передника, миссис Моггс интенсивно затрясла головой.

— Хорошо, ваша милость, а я пока продолжу уборку.

Сентябрьское утро было прекрасным, почти летним. Легкие молочно-белые облачка неторопливо проплывали по синему, цвета барвинка, небу. Но улицы, по которым Франческа торопливо шагала в сторону Гросвенор-сквер, казались ей странно неприветливыми. Высокие серые дома навевали на нее тоску и уныние. Ей не терпелось поскорее очутиться в Лэнгли. Она соскучилась по уюту родного дома, тихой мирной атмосфере старого замка, по бескрайним просторам обожаемых ею вересковых пустошей. Скорее туда, к пологим пустынным холмам, сейчас багряно-пурпурным от завядших кустарниковых зарослей, где воздух бодрящ и прохладен. Там она найдет покой и отдохновение от постоянной, непроходящей боли по утраченной любви. Вдвоем с Ладой они будут совершать далекие прогулки, проходить милю за милей по этим пустынным, внушающим благоговение местам, не встречая ни единой живой души, и одиночество будет для нее благословением.

С самого своего возвращения из Парижа вместе с Дорис Франческа жила, замкнувшись в себе, постоянно погруженная в свои мысли и переживания, отгородившись от всего остального мира и находя утешение лишь в Ладе да в своей работе. Ее изыскания в Британском музее подошли к концу, и теперь ей предстояли долгие одинокие дни собственно писательского труда. Но это ее только радовало. Погружение в прошлое давало ей возможность отвлечься от настоящего, ставшего столь мучительным.

Когда Франческа дошла до Гросвенор-сквер, ее мыслипереключились на Ника и на ту квартиру, что ей сейчас предстояло осматривать. Он решил прожить в Лондоне до самого Рождества, которое намеревался отпраздновать в Виттенгенгоффе вместе с Дианой и Кристианом. Прямо оттуда он намеревался заехать в Нью-Йорк навестить родителей, а потом двинуться дальше в Калифорнию. Он продолжал работу над новым сценарием и, по его словам, хотел бы пожить в уединении в Лондоне, чтобы скорее завершить его. Но Франческа понимала, что настоящей причиной, удерживавшей Ника по эту сторону Атлантики, была Диана. Она искренне хотела, чтобы у Ника и ее кузины, влюбленных друг в друга, все сладилось. «Но бывает ли хеппи-энд в реальной жизни?» — спрашивала себя Франческа и грустно сама себе отвечала, что крайне редко, вспоминая о собственном горе и о несчастье, ожидающем ее брата, о котором ему предстоит в скором времени узнать. Вчера вечером ей позвонила из Калифорнии Катарин. Волнуясь, переполненная восторгами по поводу своего нового фильма, Голливуда и всего там увиденного, она взахлеб расхваливала Бью Стентона, который стал ее постоянным спутником, причем, кажется, не только на съемках. О Киме речь зашла только в самом конце их разговора, и Катарин подтвердила свое намерение порвать с ним, но не раньше свадьбы их отца с Дорис, которая была назначена на декабрь. При этом известии настроение Франчески сразу упало. Сердце ее брата неминуемо будет разбито.

Терри Огден тоже был там, в Калифорнии, и Катарин минут пять болтала о нем. Он был один, без Хилари, которая еще не оправилась после аварии и лежала в лондонской клинике на обследовании. У нее не все было ладно с координацией движений и чувством равновесия. Это тревожило докторов, запретивших ей лететь в Америку, пока они не разобрались в причинах ее недуга. Франческа на прошлой неделе навещала Хилари в больнице, и та, обливаясь слезами, с таким пылом говорила, как она тоскует по Терри, что Франческа, хорошо понимавшая ее чувства, была глубоко тронута. «Как много потом всегда бывает слез!» — подумала она, ускоряя шаг и стараясь отогнать нахлынувшие на нее видения.

Незаметно для себя, она очутилась перед домом, где помещалась та самая квартира. Это было внушительного вида строение с громадными двойными стеклянными дверями за кованой железной решеткой. Франческа толкнула входную дверь, прошла через холл и, остановившись перед входом в квартиру, позвонила. Дверь немедленно распахнулась, и перед нею возник широко улыбающийся Ник.

— Привет, Никки, — тепло поздоровалась Франческа, всегда довольная встречами с ним.

— Добро пожаловать, красавица, — ответил Ник.

Продолжая улыбаться, он затащил ее в квартиру и заключил в объятия, крепко прижав к себе. Потом он немного отстранил ее от себя и заглянул в лицо, стараясь угадать, в каком она настроении.

— Спасибо, что пришли. Премного вам благодарен.

— Всегда рада вам помочь, чем могу, Никки.

Она оглядела просторную прихожую и одобрительно кивнула.

— Ну, судя по началу, вы нашли то, что нужно.

Она обвела взглядом прелестные античные вещицы, украшавшие прихожую, шикарную хрустальную люстру, восточный ковер на белом мраморном полу.