Маньяк и пигалица - Ева Адамова

Демид Егорович. А я вам в благодарность ваш любимый чизкейк принесла; вы же вчера его ели с таким аппетитом, — и процокала ко мне на своих шпильках; как она вообще на них держится? У неё такой большой зад; как она не падает? У неё и грудь не маленькая; наверное, у неё идеальный баланс — спереди и сзади.

— Спасибо, Марина, — поблагодарил я её. А она уже села на кресло напротив меня и закинула ногу на ногу, перекинув свои волосы через плечо. Смотрит на меня, а я на неё; не понимаю, что ей от меня надо ещё.

—Что-то хотели? — раздражённо спросил я.

— Пожаловаться хотела.

— Пожаловаться? На кого?

— На девушку за дверью, — тихо сказала она и покосилась на дверь.

— На Аврору? — оживился я. Ну-ка, ну-ка!

— Да.

— Жалуйтесь, Марина! Я обязательно приму меры! — радостно сказал я. Она как-то подозрительно на меня посмотрела, но начала говорить.

— Как только я вошла, она даже не поздоровалась со мной нормально. Долго расспрашивала меня, зачем я к вам иду, ссылаясь на то, что у вас много дел и по пустякам она не собирается вас беспокоить! Это она меня так назвала! Пустяк! Она совершенно не подходит для этой работы. А я как раз подхожу! Такая манера общения, как у неё, может нанести ущерб вашей репутации, Демид Егорович! — торжественно закончила Марина.

Не пускала, значит? Моя ты хорошая! Охраняет свою территорию, тигрица моя в образе милого котёнка!

— Я обязательно во всём разберусь. Идите спокойно работать, Марина. — мне нужно выпроводить её.

— Подумайте на счёт меня, я со всем справлюсь гораздо лучше. — сказала она и пошла на выход. Какая навязчивая особа.

Аврора.

Зашла в кабинет и сразу же заметила рисунок. Фу! Какое бесстыдство! А вот подпись, звучащая как угроза или обещание, мне почему-то понравилась; я несколько раз её прочитала, и у меня появились приятные спазмы внизу живота. Ну, не может же такого быть, что мне это нравится? Может! Ещё как может!

Через несколько минут в кабинет врывается Демид с очень злым лицом. И у нас происходит очень неприятная беседа на повышенных тонах. Мариночка, значит, понравилась, а раньше не замечал! Может, он всегда такой? На каждую бросается! Обидно до слёз, но я вчера решила, что больше не буду из-за него плакать; решила так после того, как поплакала перед сном...

Через какое-то время появилась она, Мариночка! Держа в руках пакетик из кафе. Я его сразу узнала; это кафе, в которое мы все ходим.

— Доброго утречка! — сказала она, оценивая меня взглядом.

— И вам.

— Демид у себя?

— Да. — и она уже направилась к нему. — Стойте! — прикрикнула я и даже вскочила с кресла! Она остановилась.

— Что? — спросила раздражённо.

— Я должна сообщить о вашем визите; он может быть занят и не принять вас, по всяким пустякам.

— Не принять меня? — растерялась она, но быстро пришла в себя. — Примет, сообщайте; я подожду!

И он принял...

Пробыла она у него недолго, а когда вышла, то сразу подошла ко мне.

— Я сказала Демиду, что вы не подходите на эту должность, и Катю должна заменять я; я справлюсь лучше, а вы совсем не умеете общаться с людьми. Уверена, что он примет правильное решение и уже завтра вас здесь не будет. — какая мерзавка! Она ошарашила меня этим и ввела в ступор.

— Или вас. — только и смогла сказать я.

— Что? — спросила она, обернувшись.

— Или вас здесь не будет. На этом месте. До свидания. — у меня даже руки затряслись от её слов; так я разнервничалась.

— Посмотрим. — сказала и ушла.

Я посидела немного, потом походила и решительно пошла на разборки к Демиду. Открыла дверь и вошла под его пристальный взгляд.

— Мне уже можно уходить? — начала я, сказала очень недружелюбным тоном.

— Вообще-то рабочий день только начался! — таким же тоном ответил мне Демид.

— Я не про это! Уходить вообще! Как и сказала твоя любовница. — слово "любовница" я произнесла с отвратительным лицом и с нескрываемой неприязнью.

— Марина? — вкрадчиво спросил он и приподнял бровь.

— А есть ещё кто-то? Впрочем, мне всё равно. Если ты мной не доволен, то это твоя вина; я вчера говорила, что не моё это место и я не справлюсь. Взял меня ты! — обвинительно сказала я.

— Я тебя ещё не взял! Но возьму! Возьму, Аврора! Так возьму! — не отстаёт он от моей интонации.

— Марину свою бери! Она уже примиряется на моё место!

— Это твоё место! И пока я никого другого не рассматриваю! — улыбаясь, сказал Демид, чем сильнее меня разозлил. Весело ему?

— Пока? Ты! Да ты! — начала возмущаться я.

— Стоп! Всё, хватит! Ты остаёшься, и точка! Надоело уже всё! Давай поговорим, а? Нормально поговорим. Садись, давай! — рявкнул он, и я села.

Демид встал и откатил кресло вместе со мной к себе и тоже сел. Теперь мы сидим друг напротив друга, как в школе за партой, только смотрим друг на друга.

— Давай начнём всё с начала. По-хорошему и честно. Что у тебя с Сергеем и тем дрищом?

— Сергей — это мой сосед, просто сосед. А дрищ — это кто? — я правда не поняла, про кого он. Помнится мне, что он так Сергея назвал, а сейчас непонятно, про кого.

— Тот, который тебя на машине возит.

— А-а-а! Так это папа был. Мой. — это же он меня сегодня привёз. Только почему он его дрищом назвал? Или это он так, в шутку, его назвал — ну, типа большой и сильный — это дрищ, а дрищ — это большой и сильный. Странный он.

— Папа, значит. Хорошо. Понятно. Тогда у меня к тебе больше нет вопросов. Поговорим позже, когда готова будешь. Иди, Аврора, иди. — он даже откатил кресло со мной от себя.